xcounter
Calendar Icon

Ангела Меркель: "Политикой я больше заниматься не буду".

07.11.2021 19:10

После 16 лет во главе правительства Германии Ангела Меркель уходит на пенсию. Одно из своих последних интервью на посту федерального канцлера она дала Deutsche Welle.С 2005 года Ангела Меркель (Angela Merkel) бессменно возглавляла правительство Германии - то в коалиции с либералами, то, как в последние четыре года, с социал-демократами. В эксклюзивном интервью DW - одном из последних в должности канцлера - она рассказала, чем собирается заниматься на пенсии, о международных кризисах, ставших для нее самыми большими вызовами, своей тактике на переговорах с Владимиром Путиным и другими зарубежными лидерами, а также о том, что придавало ей силы в течение 16 лет нахождения на посту главы правительства ФРГ.

DW: Госпожа канцлер, это, по всей видимости, одно из последних интервью в вашей должности. Вы рады, что в скором времени вам больше не придется постоянно находиться в центре общественного внимания?

Ангела Меркель: Да, это действительно одно из последних интервью. Я, так сказать, совершаю прощальное турне в последние дни пребывания в должности, и, с одной стороны, я счастлива. Потом, конечно, мне будет немного грустно, потому что моя работа всегда приносила и до сих пор приносит мне удовольствие. И, конечно же, нужно оставаться внимательной до последнего дня пребывания на посту.

- Кстати, о прощальном турне. Несколько дней назад вы были во Франции, и вас там очень тепло встретили. По-моему, прохожие даже кричали: "Vive Mutti". Что вы чувствуете, когда слышите подобное?

- Конечно же, меня это радует. Я знаю, что есть люди, которые не очень довольны моей политикой. Но когда находишься во Франции, отношения с которой, если посмотреть на историю, часто были не особенно дружественными, очень приятно, что столько людей пришли поприветствовать французского президента Эмманюэля Макрона и меня. Должна сказать, это было действительно прекрасным ощущением.

- И прощание с Эмманюэлем Макроном - потому что это, вероятно, было прощание - тоже было очень сердечным. Вы будете по нему скучать?

- Да, конечно. Мне будет не хватать Эмманюэля Макрона. Мне будет не хватать многих моих коллег, потому что я очень охотно сотрудничала со многими из них. Международная политика, конечно же, всегда означает, что вы много говорите друг с другом, что вы немного ставите себя на место вашего собеседника: как обстоят дела дома? Какие там проблемы? И если посмотреть на Францию и Германию, у нас всегда очень разные проблемы, а иногда есть и общие. И с этой позиции мы обсуждали друг с другом европейские шаги. И мне, конечно же, будет не хватать этих дискуссий. Мне они всегда нравились.

- Но ведь он по-прежнему сможет вам звонить?

- Ну, разумеется. И, тем не менее, дела обстоят таким образом, что мы как главы государств и правительств все очень заняты, и каждый день у нас много работы. Так что в будущем Эмманюэль Макрон будет говорить с главой правительства Германии, по всей вероятности, с Олафом Шольцем (Olaf Scholz). Ну, возможно, что время от времени мы тоже будем общаться. Я буду этому рада. Но что касается работы и дальнейшего продвижения вперед, эти вопросы будут обсуждаться с новым канцлером. Именно так происходит при демократии. И это очень хорошо.

- Вы сказали, что вам приходится много говорить - логично предположить, что речь идет и об общении с другими главами правительств и государств. И разговоры с некоторыми из них, определенно, менее приятны чем тот, который был сейчас с Эмманюэлем Макроном. В этой связи можно упомянуть Владимира Путина или президента Турции Эрдогана. У вас один и тот же подход ко всем собеседникам? Иными словами, считаете ли вы, что со всеми нужно разговаривать одинаково, или что в некоторых случаях необходимо провести четкую грань?

- Я думаю, было бы заблуждением не проводить четкой грани в переговорах и с главами дружественных правительств. У нас всегда есть немецкие интересы. У остальных есть, скажем, французские интересы или какие-то другие, и мы должны попытаться найти баланс. Но объединяет нас, конечно же, общая система ценностей, общий взгляд на демократию. И тогда переговоры, возможно, протекают иначе, чем в том случае, если вы испытываете сомнения, тревоги или вам нужно обговорить какие-то конкретные вопросы.

Но я всегда иду на такие переговоры с открытым сердцем. Я всегда надеюсь, что на переговорах удастся чего-то достичь, и я представляю интересы Германии. Но я также ратую за хорошие двусторонние отношения, и в этом смысле эти переговоры, возможно, иногда немного более противоречивы. Однако я также хочу сказать, что, если у кого-то совершенно другой взгляд на мир, мы все равно должны прислушиваться друг к другу. Потому что, если мы не будем слушать друг друга, мы больше не сможем найти решений.

- На последнем саммите ЕС премьер-министр Люксембурга Ксавье Беттель назвал вас "машиной по поиску компромиссов". В данном случае это прямая цитата.

- Я знаю.

- Многие наши зрители и читатели по всему миру в последние недели задавались вопросом: чем займется госпожа Меркель после ухода с поста канцлера? Останется ли "машина по поиску компромиссов" на службе международных интересов?

- Ксавье Беттель также сказал мне, что назвал меня так, зная, что я, конечно же, никакая не машина, а такой же человек, как и он. Но я всегда старалась находить компромиссы, даже если их поиск занимал много времени. И в большинстве случаев мы их находили. Что же касается вопроса о том, чем я займусь… Политикой я больше заниматься не буду. Я не буду разрешать политические конфликты - я занималась этим много лет: 16 лет на посту федерального канцлера, с удовольствием в Европейском Союзе, на международном уровне, я всегда выступала за мультилатерализм. А сейчас я еще не знаю, чем я займусь. Я уже говорила: вначале я немного отдохну, а потом посмотрим, что придет мне в голову.

- Вы говорили, что будете читать и спать.

- Да, читать и спать - попеременно.

- Но, наверное, есть и какие-то другие планы, помимо чтения и сна?

- Думаю, что потом в голову придут и другие планы. Просто в течение многих лет я полностью концентрировалась на той повестке дня, которая мне была дана, и мне всегда приходилось быть наготове. Одна из задач главы правительства состоит в том, что необходимо немедленно отреагировать, если что-то случается. А сейчас я посмотрю, что бы мне хотелось делать. Это станет ясно только через пару месяцев.

- Значит, вначале перерыв. Но вы как-то сказали, что вы израсходовали много энергии. Откуда вы черпали эту энергию? Иными словами: где вы заряжали ваши батарейки?

- Ну, во-первых, мне действительно доставляет удовольствие эта работа, и потом, я всегда была очень любознательной. Сейчас я была на климатической конференции в Глазго, уже 26-й по счету. А когда-то мне разрешили вести первую климатическую конференцию в Бонне, я тогда была совсем молодым министром по охране окружающей среды, и передо мной открылся целый мир со множеством стран-членов Рамочной конвенции ООН по защите климата.

И попытаться найти компромиссное решение, преодолеть конфликты - это было особенно сложной задачей, решением которой с тех пор я занималась постоянно. С тех пор я столько всего узнала: множество различных людей, множество культур, и я всегда воспринимала это как источник духовного обогащения. И это дает энергию. Ну и, конечно, не нужно взваливать на себя слишком много…

- Честно говоря, не похоже, чтобы вы следовали этому правилу…

- Нет, отчего же. Каждый из нас, например, получает гораздо больше приглашений, чем может принять. И я думаю, что искусство заниматься политикой заключается, среди прочего, и в том, чтобы не строить слишком много планов заранее и не принимать на себя обязательства, от которых затем приходится отказаться. От этого у меня портится настроение. От этого портится настроение и у тех, кому вы что-то пообещали.

Так что в этом плане мне всегда давало энергию осознание того, что я в состоянии выполнять ежедневные задачи. А еще природа, работа в саду, иногда просто возможность отключиться… И, кроме того, я всегда заботилась о том, чтобы в году у меня было несколько недель отпуска. Это очень важно.

- Вы упомянули климатический саммит в Глазго. Что вы могли бы сказать молодому поколению, обеспокоенному будущим планеты и своим собственным будущим? Мир не стал проще с тех пор, как вы стали канцлером 16 лет назад. Что вы скажете молодежи? Как дать им надежду на то, что политики, находящиеся сейчас у власти, придут к согласию и действительно будут эффективно бороться с изменением климата?

На основе моего многолетнего опыта борьбы с изменением климата я могу им сказать: кое-что мы все же сделали. Это была уже 26 конференция государств-участниц Рамочной конвенции ООН, и, тем не менее, доклады Межправительственной группы экспертов по изменению климата (МГЭИК) становятся все более предостерегающими и угрожающими. После саммита G8 в Хайлигендамме - первого саммита "большой восьмерки", на котором я присутствовала, - в наш адрес раздавалось много похвал в связи с тем, что и президент США Джордж Буш сказал: "Да, я думаю о том, что к 2050 году мы в Соединенных Штатах Америки вдвое сократим выбросы СО2".

Сегодня мы знаем, что в то время это было достойной целью, но этого было совершенно недостаточно. Мы должны действовать намного, намного быстрее. Об этом говорит каждый отчет МГЭИК. И я говорю молодежи, что они должны усилить давление, а мы должны стать быстрее. Мы уже стали быстрее. Еще ни разу не было так, чтобы в очередной раз не увеличился разрыв с научными прогнозами. В этом десятилетии эта тенденция должна измениться. Мы должны снова следовать за научными прогнозами, и это означает, что необходимо оставаться очень близко к 1,5 градусам глобального потепления. Конференция в Глазго уже добилась определенных результатов, но молодым людям справедливо кажется, что все продвигается еще слишком медленно.

- Если не ошибаюсь, борьба с изменением климата - это та тема, в отношении которой вы были наиболее самокритичны. А что, собственно, мешало вам в минувшие 16 лет делать в этой области больше?

- Я всегда что-то делала. Но приходилось считаться с тем, что научные оценки становились все более негативными и ужасными, чем в предшествовавших исследованиях. Во время моего правления мы уже отказались от каменного угля. Мы приняли план отказа от угля (угольной электрогенерации. - Ред.), но звучит и критика: "Это слишком поздно".

В сравнении с другими странами Германия в этом деле не так уж плоха. Так что нам не следует только критиковать, мы ведь еще и одна из ведущих индустриальных стран. И Германия должна показывать пример, если речь идет о новых технологиях, о новых формах мобильности, о переходе на другие источники энергии. Для принятия решений нам всегда нужно большинство.

Это тема, которую я всегда затрагиваю в разговорах с защитниками климата, которые говорят: "Вам надо делать вот это". А я им отвечаю: "Но мне нужно для этого иметь большинство". Есть к тому же много социальных ожиданий, много страхов. Я всегда занималась этой темой. И, тем не менее, не могу сказать, что результат уже удовлетворительный.

- Раз уж мы заговорили о кризисах, в минувшие 16 лет на вашу долю выпала парочка…

- Да, точно. Климатический кризис был не единственным.

- Что меня интересует и наверняка многих наших зрителей и читателей по всему миру, так это вопрос о том, какой из этих кризисов был лично для вас самым большим вызовом?

- Лично для меня самыми большими вызовами были два события… Одно - это прибытие множества беженцев, что я бы не хотела называть кризисом, ведь речь идет о людях. Но, как бы то ни было, было давление беженцев из Сирии и других стран региона. А теперь - пандемия коронавируса. Это, пожалуй, те (кризисы. - Ред.), в которых было видно, что они непосредственно затрагивают людей, что имеешь дело с людскими судьбами. Это было для меня самым большим вызовом.

А еще я много усилий прилагала в том, что, возможно, тоже можно уже назвать кризисом, а именно - поставленный многими под вопрос мультилатерализм мира. Для меня это всегда было очень важным, я всегда старалась укреплять международные организации, МВФ, Всемирный банк, Всемирную торговую организацию и другие. Я их каждый год приглашала, 13 раз, и всегда просто пыталась ясно продемонстрировать: "Мы в мире должны сотрудничать". И ведь в мое время после финансового кризиса возникла группа G20 - с моей точки зрения, очень важный формат, чтобы показать: "Только сообща мы можем решить проблемы".

- Давайте чуть остановимся на прибытии порядка миллиона беженцев и мигрантов в 2015 году, что, разумеется, особенно интересует наших зрителей и зрительниц в арабских странах. Тогда вы сказали культовую фразу, облетевшую весь мир: "Мы справимся". Вопрос, который и нам задают, заключается в том, считаете ли вы, что мы справились?

- Да, мы справились. Но нас было действительно много, много людей в Германии, которые помогали - многие бургомистры, многие добровольцы, многие, которые до сих пор имеют подшефных. Но мы увидели, что не все прошло гладко. Были и прискорбные инциденты - если вспомнить события новогодней ночи в Кельне, которые, возможно, врезались в память. Но в целом мы… У нас есть замечательные примеры успешного человеческого развития, если подумать о поступающих в вузы и других примерах.

Но мы, разумеется, еще не справились с тем, чтобы устранить причины, побуждающие людей становиться беженцами. Мы еще не справились с тем, чтобы в Европе была единая система предоставления мигрантам убежища. У нас до сих пор нет устоявшегося баланса между странами исхода и странами прибытия. И нам надо еще очень много сделать в том, что касается помощи развитию и легальной миграции.

Я считаю прискорбным, что до сих пор тон задают, верх берут контрабандисты в ущерб легальным путям. Когда, например, Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев нам говорит: "Примите такие-то и такие-то категории беженцев", мы знаем - это те, которые действительно нуждаются в помощи. И тут еще много есть чего сделать. Так что кое-что удалось, но тема беженцев и миграции останется на повестке дня - в том числе, к сожалению, из-а ситуации в Сирии и во многих других странах.

- Еще очень коротко: вы считаете, что сейчас Германия лучше, чем в 2015 году, подготовлена к тому, чтобы справляться с такой ситуацией. Правильно?

- Да, я так думаю. Но не столько потому, что теперь полиция лучше подготовлена и налажена логистика в том, что касается мест в общежитиях, а потому, что мы поняли, что надо делать больше для международных организаций, на международном уровне. Вот и сейчас, когда мы испытываем давление мигрантов со стороны Беларуси, мы знаем, что надо прежде всего говорить со странами, из которых вылетают туда самолеты. И в этом деле мы кое-чего добились, мы теперь лучше подготовлены. Но это (миграция. - Ред.) останется большим вызовом для мира, в котором есть много и других проблем.

- Вы упомянули страны исхода. Похоже, и поправьте меня, если я ошибаюсь, что ваш интерес к Африке пробудился в первую очередь в 2015 году. В Африке много стран исхода, и тогда вы стали туда усиленно ездить с визитами. Или это ошибочное впечатление?

- Немного ошибочное. Я и раньше сильно интересовалась Африкой. Но во время финансового кризиса в еврозоне на это было довольно мало времени. Но я и раньше посещала некоторые африканские страны. Мой интерес к Африке, я как раз сегодня об этом думала, слегка сдвинулся с востока - Эфиопия, Кения, это были страны, которые были для Германии на первом плане - на Западную Африку. Но не только из-за потока беженцев, но и по причине террористических вызовов - после событий в Ливии.

В той ситуации мы, Германия, воздержались от участия в операции НАТО. Меня за это сильно критиковали. Но я очень, очень сильно сомневалась, что то, что будет после Каддафи, окажется лучше. Теперь и стало ясно, что это является колоссальной проблемой для мирового сообщества. И расхлебывать эту проблему приходиться соседним странам, южным соседям Ливии, поскольку в распоряжении террористических организаций оказалось невероятное количество оружия, что приводит к сильной дестабилизации этого региона.

Поэтому важно восстановить в Ливии государственность, помочь тому, чтобы Ливия принадлежала самим ливийцам, и одновременно добиться стабилизации стран региона. И к притоку беженцев это не имело большого отношения. Мали, Нигер - не те африканские страны, из которых идет главный поток мигрантов. Но я в результате познакомилась с другой частью Африки, которой в последние десятилетия Германия мало занималась, поскольку там всегда было сильное присутствие Франции.

- И еще один кризис, если позволите…

- Прошу, с удовольствием.

- В таком случае, если выбирать, - Афганистан. Это тоже страна, жители которой смотрят на нас и спрашивают: что думает канцлер? Что вы можете сказать тем местным помощникам Германии и Запада, которым пришлось остаться в условиях режима талибов, поскольку эвакуация, мягко говоря, не сработала?

- Для начала хочу сказать людям в Афганистане - причем не только помощникам, о них чуть позже, - что мы, конечно, очень сожалеем о том, что не смогли достичь того, чего хотели: чтобы в Афганистане был устойчивый политический порядок, при котором девочки могли бы ходить в школу, женщины исполнять свои желания, в котором царил бы мир. На протяжении многих лет наши военнослужащие во имя этого старались изо всех сил.

Часто возникали дискуссии: как так может быть, что так много молодых афганских мужчин хотят к нам, и одновременно наши военнослужащие находятся там? Это вызывало напряженность. И, тем не менее, следует признать: какими бы благими не были наши намерения, мы не смогли создать желаемый порядок, который Йошка Фишер (Joschka Fischer) (министр иностранных дел ФРГ с 1998 до 2005 года. - Ред.) еще в самом начале этого столетия хотел, так сказать, создать для Афганистана в гостевом доме на горе Петерсберг (где проходила конференция по мирному урегулированию в Афганистане. - Ред.).

Виновата не только Германия. И сами афганцы оказались неспособны, что просто очень, очень прискорбно. Что касается местных помощников нашей федеральной полиции и бундесвера, то очень многих мы смогли вывезти из страны. Самая большая часть тех, кто еще остается в Афганистане, это те, которые сотрудничали с нами по программам содействия развитию. И должна сказать, еще в июне я сознательно поддержала решение о том, что программы содействия развитию нельзя сворачивать.

Ведь тогда мы бы продемонстрировали, что не верим в возможность победить талибов. Теперь же мы должны позаботиться о том, чтобы как можно больше наших помощников вывезти из страны. Но мы ведь помогли (выехать из Афганистана. - Ред.) очень многим афганским женщинам и мужчинам, которые не сотрудничали напрямую с Германией, но были очень активными в том, что касается свободы и демократии в Афганистане. Но еще многие там остались, и мы их не забудем.

- И под конец пару слов о вашем преемнике. Вы сделали необычный шаг, взяв вашего вероятного преемника Олафа Шольца на встречу G20. Вы хотели тем самым заверить ваших партнеров или коллег в том, что и с Олафом Шольцем сохранится преемственность и стабильность в Германии?

- Ну, очень уж великодушно это не было с моей стороны…

- Но необычно…

- На встречи G20 всегда ездят главы правительств и министры финансов. И так уж получилось, что мой вероятный преемник является министром финансов действующего правительства. Так что было ясно, что он принимает участие в заседании G20. Жест, который был мне важен, заключался в том, что на всех двусторонних беседах Олаф Шольц тоже был, а я могла тем самым как бы сказать: вот тот, с которым вы, скорее всего, будете иметь дело в следующий раз как с главой немецкого правительства.

Я считала это важным. Ведь на Германию смотрят, спрашивают, что здесь происходит. Люди интересуются. И если у них возникает чувство, что есть хороший контакт между действующей главой правительства и вероятным следующим, то это обнадеживающий сигнал, направленный в столь неспокойный мир. И я считала это правильным.

- Госпожа федеральный канцлер, спасибо за беседу. И если позволите личное замечание: по прошествии 16 лет будет непривычно видеть на посту канцлера кого-нибудь другого.

- Ничего, привыкнете.

Эта новость также на сайте Deutsche Welle.

Лучшие криптовалютные биржи 2021 года для начинающих трейдеров

Лучшие криптовалютные биржи 2021 года для начинающих трейдеров

Популярные видео на YouTUBE
Материалы по теме
А-9834,58 грн./литр
А-95+31,39 грн./литр
А-9529,72 грн./литр
А-9228,7 грн./литр
ДТ28,44 грн./литр
LPG15,83 грн./литр
Это интересно
Самые читаемые новости
Лучшие видео с YouTUBE
Популярные блоги
Погода и гороскоп
Автоновости