xcounter
Calendar Icon

Елена Милашина: На всё, что касается чеченцев, у Кадырова полный карт-бланш

05.02.2022 03:50

Журналистка "Новой газеты" в интервью DW рассказала о причинах ее временного отъезда из России, о конфликте руководства Чечни с семьей судьи Янгулбаева, об опасности Кадырова для страны и о молчании Путина.Обозреватель российской "Новой газеты" Елена Милашина решила временно покинуть Россию после прямых угроз руководства Чечни в ее адрес. В интервью DW Милашина рассказала о причинах, побудивших ее уехать, об истоках конфликта чеченских властей с семьей бывшего федерального судьи Сайди Янгулбаева, и объяснила, чем Рамзан Кадыров опасен для России и почему молчит Владимир Путин.

DW: Почему вы решили на какое-то время уехать из России?

Елена Милашина: У нас (в "Новой газете". - Ред.) есть протокол безопасности, в первый раз он сработал в 2017 году, когда я писала о преследовании геев в Чечне. В тот раз реакция чеченских властей была примерно такой же: проходили какие-то митинги, собиралось большое количество людей в мечетях, провластные религиозные деятели заявляли, что я своими публикациями и предположением, что среди чеченцев могут быть геи, оскорбила весь чеченский народ и их религию - что, конечно, полный абсурд. Но угроза была достаточно серьезной. При этом было понятно, что это - только начало истории, что я продолжу об этом писать. И, чтобы сделать мою работу максимально безопасной, меня временно эвакуировали из России.

Сейчас, в данной ситуации, мы сочли, что уровень опасности так же высок, как в 2017 году, потому что звучат прямые обещания разобраться, и есть опасность какого-то физического воздействия. Обеспечить мою безопасность здесь, в России, сложно: никто из ЧОПов меня охранять не подпишется, в государственную защиту мы обращались уже неоднократно, и нам всегда отказывали.

И мы решили, что мне нужно на какое-то время уехать. Во-первых, чтобы схлынула волна, а во-вторых, мы планируем сейчас очень большое количество публикаций по Чечне. Так получилось, что они были запланированы еще до этой ситуации и они все - достаточно серьезные. И чтобы я не ходила с оглядкой по сторонам, а могла продолжать нормально работать, и мои источники, и источники главного редактора "Новой газеты" рекомендовали на какое-то время покинуть Россию.

- Вы не впервые становитесь объектом агрессивных выпадов и прямых угроз главы Чеченской республики и его сторонников. С чем связаны угрозы Кадырова в ваш адрес на этот раз?

- Точно с тем же, с чем и всегда, когда речь идет о моей работе и освещении конкретных ситуаций в Чечне. Когда речь идет о людях, которых иногда нужно просто спасти. В данном случае - с моей поддержкой семьи Янгулбаевых.

- Жену федерального судьи Янгулбаева чеченские силовики в середине января похитили в Нижнем Новгороде и силой вывезли в Чечню. Кадыров называет семью Янгулбаева "пособниками террористов" и публично угрожает им расправой. Депутат Госдумы Адам Делимханов грозит отрезать им головы. В чем причины этой нескрываемой ненависти чеченских властей к семье Янгулбаевых?

- То, что происходит сейчас, - это продолжение конфликта, который начался в еще 2015 году. Его причина - в том, что среднего сына Янгулбаевых Ибрагима подозревают в причастности к ведению аккаунтов в социальных сетях, в которых критикуются, иногда с переходом на личности, чеченские власти. А они этого совершенно не переносят - они не понимают того, что такие высокопоставленные чиновники не должны на каждое замечание или, допустим, даже оскорбление, реагировать так "по-пацански". В 2017 году семья Янгулбаевых вынуждена была выехать за пределы Чечни. Федеральный судья Сайди Янгулбаев за одну ночь лишился своей должности: его под давлением, под угрозой жизни его сыновьям вынудили написать заявление об отставке.

Сейчас Ибрагима Янгулбаева подозревают в администрировании анонимного телеграм-канала "1Адат" - с чеченского это переводится как "Закон", - где критикуются и довольно злым способом высмеиваются чеченские власти. Для меня в этом канале самое ценное - то, что там распространяется информация о нарушениях прав человека в Чечне. В первую очередь о массовых похищениях, которые по-прежнему очень актуальны для Чечни. Правозащитники и журналисты сейчас очень ограничены в своей работе в Чеченской республике, так что этот канал стал одним из главных ньюсмейкеров для СМИ и для правозащитных организаций. Такая критика Кадырова очень сильно раздражает, и это - основная причина, по которой захотели взять в заложники отца и мать Ибрагима Янгулбаева.

С тех пор как Зарему Мусаеву принудительно и, не имея на это никаких законных оснований, доставили в Чечню, ее никто не видел кроме чеченских силовиков. С ней снимают видео непонятно где, непонятно, в каком она состоянии. Добраться до Заремы Мусаевой не могут ни адвокаты, ни правозащитники. Уполномоченная по правам человека Татьяна Москалькова и председатель Совета по правам человека при президенте РФ ничего не могут сделать. А федеральные силовые структуры - как в рот воды набрали. Молчат Генеральная прокуратура и Следственный комитет, которые уже давно должны были дать оценку всем действиям чеченских властей. Молчат МВД и министр Колокольцев, который должен дать ответ обществу: как получилось, что российские полицейские в трех разных регионах помогали чеченским силовикам в похищении людей? Ведь жертвами стали не только Сайди Янгулбаев и Зарема Мусаева, но и родственники других чеченских блогеров.

- Как вы можете объяснить такое молчание, чуть ли не демонстративное, силовых структур?

- Его очень хорошо объяснил - по всей видимости, совершенно невольно, - пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков. После того как Делимханов угрожал отрезать головы всем, включая российских журналистов, возбудить уголовные дела и закрыть "Новую газету" и "Дождь", к Пескову обратился главный редактор "Эха Москвы" Венедиктов и попросил донести ситуацию до Путина. Песков ответил, дескать, хорошо, российских журналистов мы еще попробуем защитить, а вот Мусаева и чеченцы пускай между собой разбираются. Нас это вообще не интересует.

То есть это - позиция представителя верховной власти России, пресс-секретаря президента по отношению к полутора миллионам человек, которые живут в России и являются номинально российскими гражданами. На все, что происходит с чеченцами, у Кадырова полный карт-бланш. Вот он и действует в соответствии с этим карт-бланшем - везде, где бы они ни находились: в Чечне, в России, за пределами России. Он считает их своей собственностью. Это такая Салтычиха, у которой есть полтора миллиона человек крепостных.

Так что молчание федеральных силовых структур не демонстративное - они просто не знают, что делать. Все силовые ведомства не могут ничего в этой ситуации произнести, не скоординировав свои действия с Путиным и не получив от него разрешения на какую-то реакцию. Они молчат от растерянности. Они понимают, что происходят, в общем, вопиющие вещи. Но они знают, что Кадыров на особом положении, и никто его этого особого положения не лишал. Его иммунитет никто не отзывал.

Если его отзовут, Кадырова тут же разорвут на клочки в правовом плане. Потому что уже наделано и наговорено на кучу статей уголовных, а что можно поднять у Кадырова в анамнезе - там вообще можно посадить человека на несколько пожизненных сроков. Но пока никто иммунитет не снимал, поэтому они, может быть, и хотели бы что-то сказать, но не могут.

- А почему молчит Путин?

- Путин в этой ситуации всегда молчит. Я не помню, чтобы он лично когда-либо произносил что-то критическое в адрес Кадырова. Даже после убийства Немцова - хотя это был самый напряженный момент в отношениях между Кадыровым и Путиным. Но Путин никогда ничего не говорил и вряд ли скажет, потому что это разрушит тот иммунитет, которым облечен Кадыров, тот договор, заключенный с ним, когда Путин привел его к власти в Чечне: делай, что угодно, с этими людьми, лишь бы они были лояльны и сидели тихо.

И ни Зарема Мусаева, ни Елена Милашина, ни "Новая газета", "Дождь", "Эхо Москвы" и иже с ними в глазах Путина не стоят того, чтобы эту модель менять. Только угроза непосредственно стране. Хотя мне кажется, что она уже есть. Действия Кадырова ведут к росту сепаратизма в Чечне и кавказской фобии в России.

Недавно у Путина было заседание Совета по правам человека, и выступавший на нем режиссер Сокуров выступил с совершенно четкой антикавказской речью, сказав, что пора кавказским республикам дать возможность выхода из России и отпустить их. Что они не Россия, и нам с ними не по пути. Вот это - результат этой модели, этого договора (заключенного с Кадыровым - Ред.). Он не защитил Россию от потенциальной угрозы распада. Мне это очевидно. Не знаю, очевидно ли это Путину. Он видит свою историческую миссию в сохранении России как продолжателя Советского Союза, но он не может справиться даже с Чечней.

- Что должно произойти, чтобы Путин захотел изменить ситуацию?

- Понятия не имею. Кадыров уже вмешивается во внешнюю политику, во внутреннюю политику, он руководит силовыми структурами, он добивается всего, чего хочет, ломая об колено все общие правила, которые есть в России. Сейчас это совершенно уже очевидно. Дальше будет только хуже. Он идет тем путем, который заведет его в очень нехорошую ситуацию, когда федеральные власти будут вынуждены решать, что с ним делать.

Речь идет реально об угрозе существования страны в ее границах. Не война с Украиной, не война с Западом - очень серьезная угроза территориальной целостности России выросла у нас внутри; мы сами ее вырастили. Но это будет очень тяжелым решением, потому что оно станет признанием огромной ошибки, совершенной еще в 2007 году, когда была выбрана совершенно не та фигура и не тот способ утихомиривания Чечни. А я не помню, чтобы наши власти когда-нибудь признавали свои ошибки.

- Что изменится в вашей работе после отъезда из России?

- С точки зрения освещения ситуации в Чечне - ничего. Я не буду здесь постоянно жить какое-то время, но это не помешает мне приезжать и ездить в Чечню.

- Вы говорите, что ваш отъезд из России временный. Какие временные рамки вы для себя ставите, и от чего они зависят?

- Это будет зависеть от наших рабочих планов и реакции чеченских властей. Поэтому мы пока не зарекаемся, сколько это продлится, - может быть, месяц, может быть, полгода. В 2018 году я была за пределами России восемь месяцев, но практически каждый месяц я ездила в страну, в том числе, в Чечню. Все заказные убийства происходят тогда, когда людей вычисляют в привязке к работе, к дому - к тем местам, куда они ходят чаще всего. Сейчас в пандемию это стало сделать сложнее, учитывая, что люди на работу ходят нерегулярно. А чтобы исключить мою привязку к дому, мы выберем мне временный дом, и я буду работать оттуда.

- Может ли что-то произойти, что заставит вас отказаться писать о проблемах в Чечне?

- Ну, разве что меня приведут в какое-то состояние, когда я буду вообще неспособна продолжать свою работу. А так - нет.

Эта новость также на сайте Deutsche Welle.

Лучшие криптовалютные биржи 2021 года для начинающих трейдеров

Лучшие криптовалютные биржи 2021 года для начинающих трейдеров

Популярные видео на YouTUBE
Материалы по теме
Binance
А-9834,58 грн./литр
А-95+31,39 грн./литр
А-9529,72 грн./литр
А-9228,7 грн./литр
ДТ28,44 грн./литр
LPG15,83 грн./литр
Это интересно
Самые читаемые новости
Лучшие видео с YouTUBE
Популярные блоги
Погода и гороскоп
Автоновости