Рубль как анекдот. Почему россияне готовы к курсу 27 миллионов рублей за доллар

Статті

07.12.2014 22:49

Статті

Спустя неделю после начала валютного кризиса возвращается традиционный русский фатализм. Похоже, что хорошие времена российского среднего класса позади, пишет The Guardian.

Шоппинг в Московском ЦУМе

Спустя неделю после начала валютного кризиса возвращается традиционный русский фатализм. Похоже, что хорошие времена российского среднего класса позади, пишет The Guardian.

Платежеспособность российских потребителей, за последние годы постепенно возраставшая за счет нефтегазового экспорта, начинает идти на спад. Потребительские возможности, точно так же как и улучшение качества жизни для нового городского среднего класса, теперь не кажутся досягаемыми в ближайшем будущем.

В фешенебельном кафе «Кофе Мания», попивая накачанными ботоксом губами зеленый чай, заседают женщины в меховых шубах, разыскивая взглядами новых богатеньких «спонсоров». Чуть далее по улице расположились открытые в последние несколько лет гламурные рестораны, богемные бары и пабы, названия многих из которых пытаются быть созвучными заведениям, снискавшим славу и популярность в странах Запада.

Однако стоит лишь соскрести этот пафосный налет, и вами овладеет растущее чувство неловкости. Цены растут с каждым днем, а ресторанные разговоры преимущественно сводятся к ухудшающемуся состоянию российской экономики. На прошлой неделе опасения еще более усугубились после падения рубля до нового исторического минимума (рубль обесценился по отношению к доллару почти на 50%), а также бескомпромиссной речи президента Владимира Путина, в которой он обвинил Запад во всех бедах страны.

Несмотря на санкции Запада, девальвацию рубля и падение цен на нефть, аналитики полагают, что повторение дефолта 1998 года маловероятно. Однако в среде городского среднего класса все же витает беспокойство и неуверенность в завтрашнем дне.

«Я не думаю, что все обязательно обернется катастрофой, но это, безусловно, возможно», – говорит Илья Ценципер, бывший редактор журнала, ныне возглавляющий собственную консалтинговую фирму и курирующий проект по перепланировке советского парка в Москве, который, как ожидается, будет превращен в место массового досуга для москвичей и приезжих. «До нового года еще можно что-то планировать, однако после можно представить себе все возможные сценарии. Это чувство напоминает мне студенческие времена, когда очень ждешь очередных каникул, но совершенно не представляешь, что ждет тебя после. Главное – это принять факт невозможности планирования чего бы то ни было».

Другие высказываются менее двусмысленно. «Мой комментарий в отношении сложившейся ситуации очень прост. Всему крышка», – делится своим мнением Антон Красовский, бывший телеведущий на государственном телеканале, экс-начальником штаба олигарха Михаила Прохорова в 2012 году, когда тот выступал в качестве якобы оппозиционного кандидата в президенты, но в итоге оказался всего лишь кремлевской креатурой.

Несмотря на то, что в 1998 году миллионы потеряли свои сбережения и беспокойство среди граждан шло намного дальше отмены импорта пармезана, и касалось непосредственно угрозы голода как таковой, Красовский считает, что сегодня психологическое состояние москвичей куда хуже чем в любой другой момент экономического кризиса. Все потому, что сегодня есть что терять. «В 1998 году никто не жил достаточно хорошо. Не было этого едкого чувства безнадежности, а сегодня мы понимаем: все хорошее, что мы обрели, исчезнет, и останется только дерьмо. В прошлые кризисы такого чувства не было. Невозможно выйти из кризиса пребывая в крайней стадии депрессии, а тогда все было по-другому, люди пытались взять себя в руки. Сегодня же все катится в бездонную яму».

Не все столь несчастны, как Красовский, но вряд ли мы найдем много москвичей, которые не испытали панику по поводу состояния рубля в последние недели.

Состояние российской валюты стало обрастать анекдотическими коннотациями и превратилось в самую обсуждаемую темой в рунете. «Центробанк России позволил рублю отправиться в свободное плавание», – гласит подпись к одному из мультфильмов, в котором мужчина выбрасывает валюту с балкона. Есть и другие примеры желчной сатиры. Например, о рубле и бочке нефти, опускающейся на дно океана, как будто отсылая к истории Титаника. Поэт-сатирик Дмитрий Быков даже написал стихи, приравнивающие последствия войны, пропаганду, ура-патриотизм и российскую валюту к пенису: «Каких ты, милый друг, дождался перемен! Да как ты сморщился! Да как ты опустился! Ты гордость растерял российскую свою — А посмотри, как я стою! Я сильно возбужден незримою войною, Одушевленье масс мне крайне помогло, Все лучшее в стране теперь зовется мною — Не помню, чтобы кто назвал тебя «рубло»!»

Илья Ценципер не уверен, что рубль вообще можно считать валютой: «Никто пока не знает, как низко он упадет. Можно говорить о 50-60 рублях за доллар, о 100 рублях или о 27 миллионах рублей за доллар. Я могу себе представить любой из этих сценариев».

В четверг Путин много говорил о санкциях и девальвации рубля как о стимулах для местных предприятий, мол, российская продукция станет более конкурентоспособной. Настоящая проблема в том, что Россия вообще не производит достаточно товаров, а также в том, что за последнее десятилетие гораздо большее количество прибыли от нефтяных доходов оказалось на оффшорных банковских  счетах, а шли на развитие и инновации. Больше половины продукции российских супермаркетов импортируется, а качество собственно русских товаров оставляет желать лучшего. Электроника приходят из-за рубежа, мебель из Ikea, и вы вряд ли встретите россиянина, в чьем шкафу висит одежда, сделанная на Родине.

Все это означает, что падение рубля может иметь катастрофические последствия для всех, включая тех немногих счастливчиков, которые уже привыкли к уикендам на юге Франции.   

Предприниматель Александр Лебедев, который владеет изданиями Evening Standard и Independent, а также Российским банком, в последние годы сосредоточил свои средства на проектах доступного жилья и картофелеводстве. Между тем падение рубля оказалось огромное влияние даже на такой типично русский продукт, как картофель. «Мы импортируем все семена, большинство пестицидов и элементов для удобрений, мы импортируем все оборудование и генераторы», – сказал Лебедев, потягивая латте в престижном московском ресторане.

Бизнесмен, в предыдущие годы имевший высокий статус в Кремле, а также владеющий частью «Новой газеты», одного из немногих независимых изданий России, говорит, что «сейчас не время для критики» и высказал поддержку в отношении действий России в Крыму, предполагая, что аннексию стоит рассматриваться как «преимущественно гуманитарную интервенцию». Лебедев считает, что западные санкции бессмысленны. Вместо осуществления смены режима, они, по его мнению, только усугубят положение простых россиян и повысят воинственные настроения в обществе, которые они, казалось бы, должны были нейтрализовать. «Я не думаю, что санкции повлияют на политическую повестку, и что изоляция России действительно играет на руку реакционным силам».

Согласно уже упомянутому выступлению Путину, лучшим ответом на санкции и происки гнусных западных врагов, а также на внутренние российские проблемы, будет «свобода для устойчивого развития экономического, социального и гражданского секторов».

Пускай риторика Путина была нехарактерной для бывшего агента КГБ, он быстро квалифицировал свое видение понятия свободы в духе русского философа Ивана Ильина: «Тот, кто любит Россию, должен пожелать ей свободы; в первую очередь свободы для самой России, ее независимости и международного авторитета... И, наконец, свободы русскому народу, для всех нас».

По сути, свобода – это хорошо, но интересы государства превыше всего. А тем, кто думал, что аннексия Крыма и действия Кремля в Украине вызвали санкции и экономический спад, Путин ответил: «Запад просто ищет предлог, чтобы наказать Россию, и нашел бы любую причину, если бы это потребовалось».

В настоящее время пропаганда работает среди широких слоев населения, и рейтинг Путина остается высоким. Но тревожные настроения в Москве дают понять, что настроение среди элиты меняется. В следующем году, в первый раз за много лет, реальная заработная плата упадет. Прогнозировать, что произойдет дальше, не так просто.

«Даже если рубль опустится до 250, уровень политического контроля в сочетании с уровнем толерантности людей в этой стране будет способен удерживать легитимность власти в течение нескольких лет», – заявил Лебедев. Другие, вполне в традиции русского фатализма, допускают, что катастрофа наступит еще быстрее, несмотря на то, что аналитики предвещают скорее застой, нежели финансовый кризис или дефолт.

Красовский, проведший выходные в подготовке к выполнению диджейского сета в одном из центральных московских баров, считает, что в отсутствие какой-либо уверенности в завтрашнем все, что остается, – так это наслаждаться жизнью. «Это один из тех случаев, когда невозможно ничего изменить. Борьба не имеет смысла. Если у вас есть наличные – идите в город, если нет, то просто сидите и смотрите телевизор. Что можно сделать, находясь в падающем самолете? Молиться, быть может…»

Перевел Егор Галабурда