В штабе «радикалов» шумно и людно. А еще прохладно, и несмотря на работающие «уфо», публика не спешит расставаться с верхней одеждой. Исключение составляют разве что некоторые бойцы батальона «Айдар» и «Луганск-1» и — чуть позже — певица и в скором времени нардеп Злата Огневич.
| Радикальная партия считает, что ей есть, что праздновать (фото: FaceNews) |
Большой экран транслирует политическое шоу, на моменте оглашения результатов национального экзит-полла программа виснет, но так как вай-фай в холле «Украинского дома», где и располагается штаб Радикальной партии Олега Ляшка, работает исправно, очень скоро гул по залу разносит результаты: Порошенко, Народный фронт, Садовый, Ляшко, «Оппы», Свобода, Батькивщина.
Про поющего депутата и грязные инсинуации:
Злата Огневич исполняет гимн Украины, Ляшко с командой выступают перед собравшимися гостями и журналистами. Судя по лицу главы радикалов, результаты выборов его удовлетворяют полностью, хотя партии и пророчили более высокое место. Причиной низкого, по сравнению с результатами соцопросов, рейтинга, Ляшко называет недоработки штаба.
«Первая причина, наверное, в нас, — говорит глава Радикальной партии, — Где-то недоработали». Второй причиной Ляшко назвал неправдивую информацию, выброшенную накануне выходных. Мол, по решению суда 1+1 должен был предоставить эфирное время для опровержения всех грязных инсинуаций (http://tsn.ua/video/video-novini/yak-lyashko-rezhisuye-i-znimaye-svoyi-podvigi.html), однако почему-то так этого не сделал. Когда Ляшко успел выиграть суды (которые у нас, разумеется, сплошь продажные), если разоблачающее подвиги видео было обнародовано в пятницу — непонятно. В целом же результаты Олег Ляшко назвал хорошими, обратил внимание присутствующих на то, что за столь короткий срок существования партии это большой прорыв.
Вопросов, кажется, не предвидится — когда глава Радикальной партии и будущие счастливчики из числа «без пяти минут нардеп» заканчивают выступление, охрана сопровождает их за кулисы. Журналисты, вооруженные камерами, фотоаппаратами и вопросами, преследуют Олега Валерьича, однако на животрепещущий вопрос «а с кем же будут радикалы — с коалицией или оппозицией?» звучит ответ, достойный не радикала, но популиста 80 уровня — «Мы будем там, где страна будет в нас нуждаться». В списке первоочередных задач — отмена депутатской неприкосновенности, изменения в налоговом кодексе, уменьшение пенсионного возраста и экономические реформы.
Про коньяк и уставших комбатов:
Спустя две-три минуты, не успевших разбежаться журналистов пригласили на фуршет, где обстановка была уже чуть более раскованной и присутствовали вилы — правда, не для особо наглых седалищ, но для радикального лидера. В подарок. Звон бокалов, радостные поздравления и, кажется, первые номера по списку Радикальной партии действительно довольны предварительными итогами.
Оглядываю официантов, изысканный фуршет и радостную публику, половина из которой обступила Олега Валерьевича, внимание другой приковано к столам с закусками, к Ляшко не пробиться, к столам и не хочется. Из унылой задумчивости выдергивает чей-то вопрос «мандаринку хотите?» и почищенная мандаринка, лежащая на широкой солдатской, точнее, капитанской ладони.
| Артем Виктко в зоне АТО (фото: informator.su) |
Соглашаюсь и на мандаринку, и на коньяк. Артем Витко, комбат батальона «Луганск-1», проходит по спискам «Радикальной партии Олега Ляшка» под седьмым номером и не узнать его сложно: то ли по правильно-«капитанской» внешности, то ли по военной форме и нашивке батальона на рукаве.
«Можно поздравить вас с назначением?» — я приподнимаю бокал. Лицо комбата делается почти несчастным: «Обратно хочу. На фронт. К своим пацанам», — грустно отвечает он. Камеры и журналисты его, судя по всему, угнетают.
В следующий раз мы пересекаемся на улице, когда Ляшко с женой, Лозовым и многочисленной охраной уже уехал на эфир, а сам комбат курит с бойцами своего батальона.
Артем Витко — профессиональный и потомственный военный, выпускник Харьковского военного университета, лугачанин. Это мало походит на интервью, скорее, просто беседа под перекур, но с включенным диктофоном — против записи комбат не возражает. Знакомит с Сашей «Тимати» — бойцом батальона Луганск-1.
Про «Тимати» и братство:
— Нас было тридцать человек из батальона Луганск-1, штурмовали со стороны реки, мост через Северский Донец, когда мы разбили пост сепаратистов и когда вверх начали подниматься, и когда я говорил «ребята, да нас тут разобьют всех», а мне говорили «да нет, да все будет хорошо». И когда действительно разбили большую часть, мы тогда легли в ложбинке. Там можно было уйти через одну канавку, и я думаю: какая разница, нас здесь тридцать трупов найдут или двадцать девять? А «Тимати» один ребенок в семье, и сирота уже, род его прервется. Подзываю его, говорю, Саша, Тимати, уходи отсюда. А у него слезы на глазах: «товарищ капитан, я не уйду, я хочу с вами здесь умереть». Вот так вот.
Про луганчан и предательство:
— 90% бойцов моих — луганчане. Не все луганчане сепаратисты, всего лишь 30%, мы самое начало этого всего видели. Когда действительно можно было погасить эту всю волну, к сожалению, власти не приняли никаких адекватных решений. Крым отдали без выстрелов… А рассказывают, что якобы это украинская армия не в состоянии выполнять свои обязанности. Люди готовы выполнить самые сумасшедшие приказы по военной тактике, но, к сожалению, нас предали. Когда мы были уже в городе Луганске, в части «Веселая гора», есть там такая, нам дали команду назад. Нельзя с таким шутить. Я понимаю, что политики в большинстве своем обманщики, но одно дело, когда деньги воруют, и другое — когда из-за их конченых решений солдаты погибают. Это очень страшно, когда предает страна, за которую ты готов умереть.
Про споры с генералами:
— Когда приходишь в эти «калуары», в эти кабинеты, воробушек**, а там сидят эти жирные генералы, в погонах, аж ноги сводит, а ты заходишь — капитан какой-то, и говоришь «Кхе-кхе! Джаст э момент, плиз!* Я считаю, это должно быть не так!» и на тебя все смотрят так «Это кто? Это кто тут сказал сзади?..». Самая страшная война у нас была не на фронте. Самая страшная война была с теми генералами и полковниками, которые войну учили только по книжкам. И когда пришло это страшное время, для которого мы, офицеры и предназначены, никто из генералитета не смог взять на себя ответственности. И все боятся — а как правильно сказать, а как правильно сделать. Они просто не умеют этого делать. Потому что основная масса купила свои звания и награды.
Про Полторака:
— С Полтораком я сталкивался пару раз на совещаниях. Нужно четко разделять, что такое Вооруженные силы и что такое Внутренние войска. Внутренние войска предназначены на освобожденных территориях наводить конституционный порядок, а ВСУ… о, глянь, девушка идет, которую по телевизору часто показывают (мимо нас в штаб проходит Катя Осадча, — Прим. автора), а ВСУ призваны для того, чтобы воевать. Не знаю, как он [министр обороны, Степан Полторак] себя проявит там, я просто молюсь, чтоб у него все получилось.
Про Семенченко:
— Как-то не по-порядочному среди военных друг на друга гадости говорить. Ну вообще. Не по-порядочному. Я думаю, Бог ему судья, за все, что он сделал.
Про то, как Ляшко под «грады» попал:
— Я ему [Ляшко] доверяю на сто процентов. Когда они вот с Игорем Моляром (Витко подзывает курящего неподалеку Моляра — члена «Радикальной партии», проходящего по мажоритарке) приехали ко мне на фронт, мы попали под обстрел. Сначала легло три мины, я крикнул: «мины», а когда я услышал «Грады»… думаю, ничего себе, лидера привез, а сейчас его бабахнут здесь, и вот так вот.
Подключается Игорь Моляр: А мы ж не понимаем. Грады ложатся где-то в километре от нас, рельеф, где-то в ямке, взрывов не видно, слышно только как человек говорит, спокойно так: «грады». А при этом бойцы, которые там стоят, извините, говорят «Чего вы боитесь, крашеные** клоуны, это всего лишь грады!». И мы — крашеные клоуны, мы ж гражданские, не понимаем, тут уже лидера выдернули из БДМ-ки***, он выходит поле первого залпа, и я говорю: «Олег Валерьевич, страшно?». Он говорит: «Страшно». И я: «Страшно, но все равно ж пойдем снимать?», а он говорит: «Да».
Витко перебивает: А я в шоке был, когда он говорит «пойдем еще снимать», даю слово офицера! В шоке был! И говорю: «Хорош!», извиняюсь за выражение, «к вспотевшей** матери!», — смеется комбат, и рассказ снова подхватывает Моляр: И тут, когда я услышал «к такой-то матери», я понял, что дело серьезно. Очень грамотная военная команда «к такой-то матери». И мы разбежались по окопам. Я прилетел в окоп, и десять залпов — сердце «ёк, ёк», а потом земля сверху сыпется, и ты думаешь: вот это «оно», а это не оно, это просто кто-то за тобой в окоп прыгает. Куча новых впечатлений.
Комбат испаряется со сноровкой бывалого разведчика, и мы остаемся беседовать с Игорем Моляром, и благодаря журналисту мой список жизненных стишков пополняется еще одним:
Война не смерть, война скорее жизнь,Поскольку, а ля гер, ком а ля гер,Лишь тот солдат богат на героизм,В котором есть хоть сантиметра… РИФМА.
***
Мне нравится Моляр и нравилась его передача, мне симпатичен комбат Луганска-1, Тимати славный парень, Огневич как певица даст фору Повалий, да и коньяк на фуршете был очень хороший.
После возвращения домой я пересматриваю кадры «разоблачения» Ляшко, и если допрос сепаратиста «ты махровый рецидивист, хотя это, конечно, преувеличение, у тебя только свитер махровый» от лидера радикалов, еще можно трактовать как: «поймали клоуна какого-то, а не бойца, ну что поделать». И можно, пожалуй, представить, ну на минуточку, где-то рядом с радужными пони, что известное видео про «Борю» было снято в качестве шантажа на будущее, и Ляшко вынужден был говорить то, что говорил… Но при всем желании не нашлось у меня аргументов против двух дублей съемок с обстрелом. Тут крылатые пони спускаются на землю и начинают некуртуазно ржать что-то про особые отряды Македонского, которым от такого было бы стыдно.
* just a moment, please — (англ.) — один момент, пожалуйста!
** из этических соображений ненормативная лексика заменена случайными словами.
*** очевидно, Моляр имел в виду БМД (боевую машину десанта), так как из БДМ (бумагоделательной машины) лидера радикальной партии можно было бы вытащить, только присутствуй он на фронте в качестве картонного макета.