Комментируя решения Дмитрия Яроша о создании нового движения и выходе из «Правого сектора», его соратница и боец Елена Белозерская отмечает, что это историческое решение. Стремление Яроша создать новое движение поддержали многие соратники из «Правого сектора», среди которых, например, Белозерская, комбаты пятого и восьмого батальонов со своими подразделениями. Все подробности о новой организации станут известны в феврале на съезде, однако Белозерская рассказывает, что движение будет состоять из военного крыла, медицинского направления, политической структуры и общественной платформы. Об желании избежать конфликтов с «Правым сектором», новой революции и арестах Корбана с Мосийчуком Елена рассказала в интервью FaceNews.
Кто вместе с Дмитрием Ярошем вышел из «Правого сектора»?
Команда – это достаточно масштабное количество людей. Сразу после того, как Дмитрий Ярош объявил о сложении полномочий проводника национально-освободительного движения «Правый сектор», значительное количество областных организаций, оба боевых батальона ДУК «Правый Сектор», восьмой и пятый, и медицинский батальон «Госпитальеры» заявили, что не принимают его отставку, что он остается нашим проводником. После этого начали думать, как выходить из той ситуации, потому что раскола в «Правом секторе» никто не хотел. Думали-думали и пришли к выводу, что у нас есть определенные разногласия в том, как дальше двигаться. Как Дмитрий Ярош и написал, он решил, что на данном этапе «Правый сектор» как узкофункциональная сила выполнила свою миссию, теперь нужно расширяться, создавать новое движение. Конечно, движение патриотическое, националистическое, но куда будут приниматься не только ярко выраженные националисты, ведь националистами не рождаются, ими становятся.
В этом решении Дмитрия Яроша поддержали побратимы: комбат восьмого батальона «Червень» со своим батальоном, комбат пятого батальона «Черный» со своим батальоном, подавляющее большинство членов Провода, я, заместитель по политической части друг «Богема». Это достаточно мощная группа, мощная команда. Хотя мощности еще не хватает, нужно расти, нужно развиваться.
Как долго готовилось решение о создании нового движения?
Конечно, думали долго. Для нас принципиально сейчас создать это широкое движение для борьбы на всех фронтах. Мы принципиально не пойдем на конфликт с теми, кто остался в «Правом секторе». У нас с ними позади долгий и сложный путь политической борьбы, революционной борьбы, борьбы на фронте. Главное – мы не хотим конфликтовать. Дмитрия Яроша в последнее время в интернете очень много поливали грязью. Мы не хотим действовать такими же путями, не хотим конфликтовать, не хотим враждовать со своими на радость врагу. Мы просто пошли своим путем.
Мое личное мнение, что это новое движение должно стать тем самым, чем был «ПС», но лучше, чище, лишенным определенных отрицательных явлений, которые имели место. Но если бы мы захотели сохранить старое название, несомненно, возник бы конфликт. Мы конфликта не хотим. Тем более, если это будет новое явление и новое движение, то и название должно быть новое.
Вы сказали о борьбе на всех фронтах. На каких фронтах будет действовать новое движение?
Конечно, сейчас одно из первоочередных заданий – дать отпор внешнему агрессору. То есть, будет продолжаться боевая деятельность наших боевых батальонов и медицинского батальона. Мы будем заниматься помощью семьям погибших, помощью раненым, на лечение, реабилитацию. Возможно, в перспективе не только нашему членству, но и всем раненым добровольцам. Также будет политическая структура, которая, как я понимаю, будет принимать участие в выборах разного уровня, и будет общественная структура для общественной деятельности. Однако как все они будут называться – пока сказать не могу. На февраль готовится съезд, будем все это решать. Главное, чтобы это было красиво, порядочно и без ссор между своими.
В своем заявлении Дмитрий Ярош отмечает, что новое движение выступает против псевдореволюционной деятельности. Сейчас в Украине очень много спекуляций на новой революции, вероятности третьего Майдана. Как можно бороться с этим?
Люди не глупые, они разберутся. По моему мнению, сейчас не назрела революционная ситуация. Народ сегодня не готов к такому массовому восстанию, которым был Майдан. Возможно уже завтра или через неделю, или через месяц, в обществе случится что-то такое, что народ будет готов. Но я говорю то, что вижу сейчас. Исходя из этого, если сейчас какие-то люди пойдут на определенные силовые действия против власти, то революции от этого не произойдет, будет еще несколько посаженных патриотов, а организации, к которым они принадлежат, вместо политической, общественной, фронтовой работы будут заниматься освобождением заключенных побратимов. В таком случае эти организации будут ослаблены за счет их отсутствия, за счет того, что будут обыски, допросы, проверки. Я считаю, что сейчас это просто не нужно.
Однако, конечно, если народ восстанет и захочет, так сказать, повторения Майдана, то я думаю, мы не будем сидеть в стороне, и что этот новый Майдан не закончится тем, чем закончился предыдущий, а закончится все-таки сменой системы.
Основное внимание нового движения будет направлено на то, чтобы решить это на каком-то более высоком государственном уровне?
Да, конечно. Дмитрий Ярош всегда говорит, что пока не исчерпаны легитимные методы и мирные методы, нельзя проливать кровь. Когда на Майдане пошли на силовое противостояние, там уже было очевидно, что все протесты зашли в глухой угол. Тогда это было уместно и на это пошли. Сейчас же это будет просто кровопролитием, которое ничего не изменит. Придет время – и эта власть заплатит за все «хорошее». А сейчас рано.
Однако легитимные методы работают не всегда. Например, многие называют репрессиями или избирательным правосудием следствия в отношении, например, Геннадия Корбана, Игоря Мосийчука…
Избирательное правосудие – это и есть репрессии. Для меня это так. Корбана все время пытаться закрыть, а он серьезно болен, он перенес операцию на сердце. Корбан явно не собирается никуда бежать, он не несет опасности обществу, мог бы вполне быть дома, пока суды разбираются. То есть, так не должно быть.
Если сажаете таких людей как, условно говоря, Мосийчук, значит, нужно сажать на одного условного Мосийчука двух из команды действующего президента. Хотя бы потому, что они сейчас у власти, у них больше возможностей для злоупотреблений. Тогда никто бы не говорил об избирательном правосудии, а говорил бы, что в стране восстанавливается справедливость, ловят коррупционеров.
Как на это можно влиять? Если мы говорим о мирных методах, наверное, должны быть какие-то акции протеста. Может, это и некрасиво, но мы в последнее время были чуть-чуть далеки от этого, потому что решали свои организационные вопросы, не занимались делом Мосийчука или делом Корбана.