Вопросом будут заниматься специалисты с опытом эффективных процессов освобождения, заявил Тандит. Сама Надежда ранее высказалась против обмена ее на двоих пленных. «Моя жизнь не стоит больше жизни одного человека. Поэтому никаких двоих ГРУшников на одну меня. Или «один на один», или «всех на всех», – написала она в письме из российской тюрьмы. По словам Тандита, Служба безопасности Украины готова к компромиссам ради освобождения незаконно удерживаемых украинцев. При этом, российская сторона пытается использовать позицию шантажа, меняя заранее обговоренные условия, подчеркнул он. Только по официальным данным в России незаконно удерживается 10 украинских граждан. Однако СБУ известны факты и других заложников, рассказал Юрий Тандит FaceNews.
Есть ли в Киеве политическое решение на реализацию этого обмена, как это утверждает Марк Фейгин?
Украина рассматривает совершенно разные варианты. Все не так статично, как это может кому-то представляться. Все очень многогранно, скажем так. Мы используем абсолютно все каналы доставки информации, которые могут нам помочь в процессе освобождения, и абсолютно все способы. К примеру, когда мы освобождали Андрея Гречанова, киборга с позывным Рахман, то взамен был передан российский военный Владимир Старков. Его удалось передать только после того, как президент подписал указ о его амнистии. То есть мы действуем в рамках закона. Мы не можем просто взять кого-то и обменять. Имеется законодательство, в рамках которого мы действуем и достаточно эффективно.
Если говорить непосредственно о Надежде Савченко, то мы сейчас готовимся к определенным вещам, чтобы ее освободить.
Ранее Вы говорили, что пленных россиян нельзя сравнивать с пленной украинкой, поскольку они совершили преступление на территории Украины, а Савченко – невиновна. Учитывая это, насколько вообще целесообразно говорить о ее обмене на ГРУшников?
Хороший вопрос. Ответ людей, которые живут в истине, в правовом государстве, и которые добры друг к другу – мы христиане – их действительно нельзя сравнивать. Если Надежда Савченко не совершала преступления на территории Российской Федерации, а она действовала в рамках законодательства, защищала Украину, а это наша территория, то эти двое ГРУшников – совершали преступление на нашей территории, и один из них обвиняется в особо тяжком преступлении, то есть в убийстве (Александр Александров, – Ред.).
Но, несмотря на это, мы сделаем все, чтобы освободить Надежду Савченко, и, конечно же, будем использовать разные способы. Поэтому, если нужно будет идти на какие-то компромиссы, мы готовы на них идти. Ради спасения наших братьев и сестер.
Опять-таки, немного раннее Надежда Савченко высказалась против обмена ее на двух пленных бойцов спецназа российского ГРУ. «Моя жизнь не стоит больше жизни одного человека. Поэтому никаких двоих ГРУшников на одну меня. Или «один на один», или «всех на всех», – написала она в письме. Можно ли обменять Надежду против ее воли?
Знаете, мы любим эту молодую и прекрасную женщину, которая уже многие месяцы находится в неволе на территории соседнего государства. И мы сделаем все, чтобы ее забрать. Как мы это будем делать? Этим будут заниматься специалисты, которые имеют опыт эффективных процессов освобождения. Я, конечно, уважаю ее мнение, и не раз общался с ее сестрой, Верой. То, что она говорит – это ее гражданская позиция. Но нам в любом случае нужно ее освобождать. И мы будем использовать для этого различные способы.
Что все-таки планируете делать в краткосрочной перспективе, если обмен Савченко на ГРУшников не состоится?
На этот вопрос я бы не хотел отвечать. Я в самом начале сказал, что мы работаем, и работаем эффективно. На сегодняшний день уже освобождено и найдено официально 3 тысячи 8 человек. Заложниками считаются 133 человека и, конечно, мы будем использовать абсолютно все способы, не только коммуникацию, не только «Минский диалог», но, также другие возможности для их освобождения. В том числе, привлекать наших союзников, которые нам очень помогают в процессе освобождения.
Не хотел бы рассказывать подробности, раскрывать какие-то тайны. Они достаточно деликатные. И каждое слово необходимо выверять, если мы говорим об освобождении заложников. Поверьте, мы действуем. Мы используем не только официальные каналы, нам помогают и волонтеры, большое количество безымянных героев, и представители церкви абсолютно разного уровня. И все понимают, насколько важно освободить всех.
Видите ли лично Вы, политическое желание у российской стороны освободить наших граждан, которые незаконно удерживаются? К примеру, министр иностранных дел Павел Климкин заявляет, что в том же «нормандском формате» нет никакого прогресса в отношении возможного освобождения граждан Украины, незаконно удерживаемых в Крыму.
Могу подтвердить, что, к сожалению, соседнее государство использует наших заложников как истинных заложников. Потому что с нами пытаются даже в рамках Минских договоренностей разговаривать с позиции шантажа. То есть меняются условия, заранее оговариваемые, как допустим, 6 января это произошло в присутствии представителей ОБСЕ.
Но все-таки среди людей, которые живут в России, остается еще много порядочных. Они также делают все, чтобы этот процесс обмена был ускорен. Нам удавалось, в том числе и на территории Российской Федерации, благодаря принципиальной позиции истинных людей, офицеров находить наших заложников.
Известно ли, сколько украинских граждан сейчас незаконно удерживаются в России?
Официально, это десять человек. Мы не можем говорить о подробностях, которые могут повлиять на сохранение жизни наших ребят. Но я могу назвать, например, имя майора Вирича, который был, фактически, перевезен в один из госпиталей одного из областных центров. С ним была группа наших воинов, в том числе и офицеры, которые вынуждены были, спасая жизни своих подчиненных, выйти на территорию соседнего государства. Там были и раненые ребята. То есть нам известны факты, что кроме этих 10 человек там еще есть наши заложники.