Мари Ле Пен, лидер партии Национальный фронт Франции, который причисляют к ультраправым, один из немногих европейских политиков, кто оценил выход Британии из Европейского союза позитивно. В интервью с журналистом Time Вивьен Уолт она объясняет, как планирует воспользоваться примером Брексита, чтобы вывести Францию из членства в ЕС, и почему она уверена в своем успехе.
При этом следует отдельно отметить, что Ле Пен неизменно поддерживала дружеские связи с Россией. Национальный фронт стал настоящим плацдармом России во Франции. Лидер НФ — безусловная сторонница Владимира Путина. В российской прессе она подчеркивает верность отставному полковнику КГБ, называет его старшим братом с востока, не скрывает восхищения им. Она даже выступает за то, чтобы Франция вышла из НАТО и сформировала военный альянс с Москвой.
Вы сказали, что Брексит самое значительное событие, произошедшее в Европе с момента падения Берлинской Стены. Это что, конец Евросоюза?
Да, это начало конца ЕС. И, надеюсь, это рождение европейских наций, европейского сотрудничества, которое пропагандировалось годами. ЕС объективно полностю провальный проект. Провал социальный, провал экономический, провал управленческий, провал дипломатический. Они (руководители ЕС, – Ред.) делают ровно то, что делалось в Советском Союзе: когда оказалось, что результаты не соответствуют ожиданиям, сказали, что просто недостаточно коммунизма. И в ЕС происходит то же самое. Каждый раз, когда они терпят неудачу, они говорят что недостаточно европейскости. И британцы просто сказали: Хватит, мы прекращаем, для нас это закончилось.
Каким Вы видите переход между настоящим днем и днем выхода Франции из ЕС?
Для того, чтобы организовать и провести референдум, мне нужно победить в президентских выборах в следующем году. Я единственный крупный кандидат, который предложил провести референдум. Это было предложено еще четыре года назад. Я обращусь в европейские институции. Я потребую для французского народа четыре суверенитета: территориальный – наши границы; монетарный и бюджетный; экономический и законодательный. И либо ЕС говорит «да», либо, если они говорят «нет», тогда я скажу французам, что нет иного варианта, кроме выхода из ЕС.
По Вашему мнению, Евросоюз не может быть сохранен или реформирован?
Я бы сказала, нет. Но они бы сказали: да, не работает. Но СССР это прекрасно! Нам просто не хватает демократии, политического плюрализма и частной собственности. И Советского Союза не стало. С Евросоюзом то же самое.
Как Брэксит повлиял на Ваши политические перспективы относительно предстоящих президентских выборов?
Каждый прожитый день показывает, что то, что мы продвигали в предыдущие годы – часто в полном одиночестве, часто вопреки мнению всех, под градом оскорблений и издевательств – показывает, что мы правы. И Брэксит стал подтверждающей демонстрацией. Нам говорили, что невозможно выйти из ЕС. Но британцы показали, что это возможно. И мы приняли это к сведению. Они объединились и выступили против системы. И в других странах ЕС люди так же хотят выйти.
Опросы общественного мнения показывают, что случись референдум сегодня, Франция бы не вышла из ЕС.
Неужели? Ничего об этом не знаю. Это то же, что говорили о Британии.
Какими в идеале видятся отношения между ЕС и Британией сегодня?
Страна-сосед, которая должна пройти через подписание коммерческих соглашений с ЕС. У ЕС есть соглашения – хуже того, соглашения о свободной торговле – с более чем 30 странами мира: Колумбией, Мексикой, Албанией, Алжиром, Фаррарскими островами… При том, что Великобритания наш сосед, европейская страна, со структурированной как в других европейских странах. Нет никаких оснований отменять имеющиеся соглашения, если только они не хотят сделать это из мести. Но это выглядит сильно антидемократически. Вуаля!
Кроме Франции, кто еще хочет выйти из ЕС?
Зависит от голосований. Мы не знаем. Я не знаю, какие факторы могут повлиять. Мы получили сигнал, что в глубине души люди расстроены. Идея о том, что невозможно выйти из ЕС, которую вдалбливали в головы годами, разрушена. Почему британцы проголосовали против ЕС? Свобода, право самостоятельно решать вопрос иммиграции, социальный демпинг, обусловленный директивой свободного перемещения работников. И, полагаю, стоимость пребывания в ЕС, потому что ежегодно это стоит огромных денег. Думаю, было три элемента.
Брэксит изменил для Вас буквально все?
Это не все меняет. Это стало подтверждением наших убеждений, за которые мы боролись в очень сложных условиях. Система ополчилась против нас. Во Франции вы не найдете ни одного медиа, в котором бы одобрялась идея референдума. Ни единого. И ни одной политической фигуры ни в одном медиа, высказывающегося за эту идею. И ни одной партии. Ни одного профсоюза. Нелегко бороться в таких условиях. Но когда случается хорошее событие (как Брэксит), это становится моментом наслаждения. Потому что это дает энергию для продолжения борьбы.
Какие у Вас прогнозы для Европы на ближайшие 10 лет?
Думаю, в ближайшие 10 лет Евросоюз будет демонтирован. Будут все эти митинги, здания и нации. И мы будем по-прежнему работать вместе над большими проектами, как Ariane (европейская космическая программа), или Erasmus (программа по обмену студентами). Будут проекты, которые не будут иметь ничего общего с единым европейским рынком. Когда кто-то захочет продвигать какой-то проект, один может сказать: «Мне нравится этот проект и я буду в нем участвовать». А другой может сказать: «Мне это не нравится, и я не буду в нем участвовать». Это то, что я называю европейской кооперацией.