Произошло то, что предполагали большинство экспертов, и о чем говорил Пристайко, когда вспоминал заранее подготовленное коммюнике. Мы знали, что будет одобрен процесс разведения войск, определят еще несколько участков, и пойдет речь об обмене пленными. К этому можно еще добавить деятельность СММ ОБСЕ: было еще раз подчеркнуто, что миссия будет иметь доступ ко всему Донбассу, то есть и к ОРДЛО, и должна работать 24/7, как важно заметила Меркель.
Но в действительности это все те вещи — за исключением разведения войск — о которых говорилось с 2014 года. И перемирие должно было вступить в силу не с нового 2020 года, а еще в сентябре 2014-го. И согласно Минску-2 должен был состояться, и очень быстро, обмен пленными. Поэтому, несмотря на заверения в том, что процесс сдвинется, гарантий нет: договоренности срывались часто. Три бойца погибли во время саммита, что является довольно показательным отрицательным символом: переговоры идут, а в это время происходят обстрелы.
Во время саммита мы также отметили разницу в подходах к вопросу выборов и контроля над границей. Думаю, команда Зеленского действительно осознала красные линии, которые намечались как предыдущей властью, так и общественным мнением. Акции «Нет капитуляции» сыграли свою положительную роль. Зеленский увидел сопротивление, и вместе с командой внимательнее присмотрелся к этим вопросам, что позволило занять более жесткую позицию на переговорах. Формально Путин ссылается на записанное в Минске-2: Украина получит контроль над границей на следующий день после выборов. А украинская позиция, в том числе предыдущей власти, заключалась в том, что это надо пересматривать, и что если не украинский, то международный контроль должен быть до выборов. Очень интересно, что здесь Меркель, в отличие от Путина, сказала, что Минские договоренности являются гибкими и их можно пересматривать. Это очевидный реверанс в украинскую сторону.
Мы слышали, что сейчас начнут работу советники и министры, и через 4 месяца должен состояться саммит в Берлине — хотя это еще вопрос. Ибо в отличие от таких технических моментов как разведение сил на местах, вопросы выборов и контроля за границей политически являются очень принципиальными и важными. Поэтому не исключаю, что ситуация застопорится.
Из отрицательного я бы отметил закон об особом статусе ОРДЛО: согласно коммюнике, теперь его примут на постоянной основе. Об этом шла речь еще в Минске-2, поэтому это наследие еще предыдущей власти, но сейчас мы заново это зафиксировали и я вижу здесь опасности. Так как непонятно, как будет выглядеть этот закон и что значит, что мы зафиксируем его на постоянной основе. За несколько дней до саммита помощник президента Андрей Ермак во время выступления в Chatham House сказал, что ОРДЛО может воспользоваться теми же преимуществами, что и другие регионы Украины в условиях децентрализации. То есть призойдут конституционные изменения и все регионы получат дополнительные права — и это нормальная трактовка Минских договоренностей. Однако дальше Ермак сказал, что ОРДЛО может получить и дополнительные конституционные полномочия — и тут возникает знак вопроса. Во-первых, значит ли это, что новая власть собирается зафиксировать это в Конституции, что может вызвать массовые акции протеста? Более того, я далеко не уверен, что наберется необходимые две трети в парламенте, так как общественное мнение достаточно четко выступает против закрепления особого статуса в Конституции. И второе, сама идея о том, что «особенности местного самоуправления» будут прописаны в законе, который будет действовать на постоянной основе — тоже вызывает вопросы. Наша власть клянется и божится, что никакой федерализации и автономии не будет. Но как по-другому назвать то, когда определенные регионы получают дополнительные права, хотя единственное, что их отличает от других — это опыт пребывания под оккупацией России?
Все это может создать очень опасный прецедент. По моему мнению, нас ждет очень жесткая дипломатическая борьба. Не исключаю, что де-факто команда Зеленского вернется к линии, которую проводил Порошенко, и позиция команды по выборам и особому статусу становиться все жестче. Я помню, как на Киев давили в 2015-м, в начале 2016-го, и как Порошенко вместе с депутатами объясняли, что не могут пойти на предложенное, так как нет большинства в парламенте, и против выступает общественное мнение. Так все и зависло. Не исключаю, что сейчас будет то же самое.
Поэтому мой прогноз таков: закон об особенностях местного самоуправления, который действует до 31 декабря, пролонгируют. И, скорее всего, в нынешнем виде, так как времени на переработку нет, — это, кстати, тоже требование России. Ну а дальше уже новая власть будет вносить правки. Какие именно — это уже вопрос.
Читайте также: Обстрелы будут продолжаться: почему Зеленский не победил в Париже