Мы присутствуем при историческом эксперименте.
Достаточно было одного-единственного решения украинского парламента о прекращении транзита российских военных в Приднестровье, чтобы вся иллюзорность существования постсоветского анклава между Украиной и Молдовой стала очевидна даже российским политикам и дипломатам.
Оказывается, для того, чтобы годами сохранять контроль над приднестровским конфликтом и напоминать о возможности применения военной силы в случае попыток восстановления территориальной целостности Республики Молдова, необходима была добрая воля украинского руководства. Без сотрудничества России и Украины никакого «независимого» Приднестровья давно уже не было бы, пишет Виталий Портников на сайте «Крым.Реалии».
Понимая теперь эту простую истину, хорошо бы посмотреть на Крым. Возможно, многим «российский статус» оккупированного путинской саранчой полуострова кажется константой. Но на самом деле эта константа – следствие нынешней непростой ситуации на востоке Украины, нежелания как руководства нашей страны, так и международного сообщества обострять ситуацию. О необходимости немедленного решения вопроса Крыма никто не говорит. Но никто о Крыме и не забывает.
Разве не стоит задуматься о том, как будет существовать Крым, когда война на востоке Украины завершится и оккупированные Россией территории либо будут реинтегрированы в состав украинского государства, либо окончательно превратятся в «криминальное подбрюшье» России, отделенные стеной от остальной Украины и границей – от государства-оккупанта. Ведь на самом деле мы присутствуем при историческом эксперименте. Впервые за тысячелетия своего существования Крымский полуостров отделен от территории, которая была жизненно важна для него и с точки зрения ресурсов, и с точки зрения оборота людей и товаров. Эту взаимосвязь – пусть с точки зрения средневековых норм государственного устройства – понимали и Гиреи, и Екатерина II. Единственный политик, который решил ее проигнорировать – это Владимир Путин.
Впрочем, я далек от стремления подозревать российского президента в инфраструктурной некомпетентности. Когда началась крымская авантюра, она должна была перерасти в куда более серьезную новороссийскую операцию. В Кремле были уверены, что не столкнутся с проблемами с разжиганием «восстания в Новороссии» и объединят восточную Украину, Крым и Приднестровье в единую буферную территорию между Россией и тлетворным Западом. В этой логике Крым сохранял экономическое и отчасти политическое единство с соседними регионами Украины.
Но путинский план провалился. Теперь для его осуществления нужна будет большая кровопролитная война, которая, впрочем, не решит проблем Крыма даже в случае успеха кремлевского правителя, так как восток Украины в результате военных действий рискует превратиться в выжженную землю. Вряд ли Путин решится на такую войну – тем более, что его экономические ресурсы тают на глазах. Тогда что же будет с Крымом?
А ничего особенного. Оккупированный полуостров будет постепенно превращаться во второе Приднестровье – его относительное благополучие будет зависеть исключительно от доброй воли Украины. Особенность крымской ситуации в том, что полуостров отделен от Украины – а к России не присоединен. И никакой мост – даже если предположить, что утопический проект будет когда-нибудь осуществлен – не станет альтернативой Перекопу.
Когда ситуация в Украине стабилизируется, вопрос Крыма встанет сам собой. Не вопрос реинтеграции, а вопрос прекращения содейтствия оккупации. А это означает, что рано или поздно всякая экономическая активность на украинском направлении окончательно прекратится, а на российском – не начнется. Из-за санкций, инфраструктурной дороговизны, криминализированности местной власти, маргинализованности населения – обстоятельств достаточно.
В результате Крым начнет приходить в естественный упадок. Активная часть населения начнет разъезжаться с полуострова – кто в Украину, кто в Россию. Крымские татары «закапсулируются», чтобы дистанцироваться от нарастающего безумия. Экономические проекты будут осуществляться исключительно для отмыва бюджетных денег. Если жителю Симферополя интересно, как будет выглядеть его город спустя десятилетие российской оккупации – пусть съездит в Тирасполь. Если такой же интерес возникнет у жителя Ялты или Феодосии – им стоит посетить северный Кипр, контролируемый Турцией уже 40 лет, погулять по набережной Фамагусты или по порту Кирении и посмотреть, во что превратились некогда фешенебельные курорты. А ведь Ялта или Феодосия – это даже не Кирения…