| Обед в месте компактного размещения переселенцев «Допомога Джерело» (фото dopomogadjerelo.com.ua) |
В последнее время в народе и в медиа был создан образ переселенца-бездельника, который не хочет ни воевать, ни работать, а лишь проедает государственную помощь. Чтобы разобраться, что и в каких объёмах предоставляет переселенцам государство и легко ли им найти работу, журналистка FaceNews пообщалась с волонтёрами, которые помогают переселенцам с жильем и работой.
Отвечает Оксана, волонтёр-переселенец в месте компактного размещения переселенцев «Допомога Джерело».
FасеNews: Сколько людей у вас сейчас проживает?
Допомога Джерело: На данный момент у нас 255 человек, из них 110 детей. Это всё семьи с детьми.
FN: Каковы условия проживания?
ДД: У нас есть двухместные комнаты, есть комнаты побольше. Если это большая комната — её, соответственно, занимает семья большая, из шести-восьми человек. Если это двухместные комнаты, то в них могут проживать и четыре, и пять человек. Есть семьи, где мама, папа и ребёнок — вот они в этих двухместных проживают в основном.
FN: Говорят, что людям, которые живут в компактных местах расселения, сложнее адаптироваться, чем тем, кто расселён точечно, в квартирах. Вы наблюдаете какие-то такие проблемы?
ДД: Ну конечно же, проблемы есть. Как и в любой коммунальной квартире. Есть конфликты, есть недовольные. Мы стараемся заглаживать ситуацию. Разговариваем, мирим. Проблемы есть, как с ними с правиться? Никак. Никак нельзя повлиять на людей. Никого не выселяем, хотя одного бы выселить стоило.
«Людям из Луганска и Донецка очень сложно найти здесь работу»
FN: Проживающие не ищут работу в Киеве, временные заработки?
ДД: Почему? Ищут. Но людям из Луганска и Донецка очень сложно найти здесь работу. Видят прописку донецкую или луганскую, и на порядок меньше заработная плата, или отказывают вообще.
FN: Отказ чем-то мотивируют?
ДД: Нет, никак не объясняют. Некоторые работают. У нас есть такие семьи, члены которых работают. Таких процентов двадцать, наверное.
FN: Занимаетесь ли вы помощью в адаптации на новом месте?
ДД: Конечно, помогаем. У нас здесь очень часто бывают социальные работники, люди из Центра занятости. Помогают, предоставляют работу. Недавно вот итальянский ресторан открывался в Киеве. Приезжали менеджеры по трудоустройству. Они сами нас нашли.
FN: И предлагали работу по рыночным ценам, или очень заниженная плата?
ДД: Мало очень предлагали, конечно.
«Не всем пока есть куда возвращаться»
FN: Как долго у вас проживают?
ДД: Это люди, которые как приехали, так и проживают по сей день. Кроме Славянска и Краматорска: некоторые семьи вернулись в освобождённые города. Кому есть куда возвращаться — они возвращаются, с удовольствием. Луганск, Донецк — там возвращаться пока некуда. Заселение началось 16 июня, то есть, большинство здесь остаются уже больше, чем два месяца. Есть люди, совсем недавно прибывшие, неделю назад.
FN: Что вы предоставляете проживающим и за чей счёт?
ДД: Всё за счёт волонтёров. Государство ничем не помогает. Всё на волонтёрских началах. Комнаты предоставили, всех кормят, у всех в комнатах есть горячая вода, может быть, временно, пока не отключили. Больше ничего не предоставляем. Люди, которые у нас живут, сами убирают и готовят. Только эти люди и принимают в этом участие. У нас наёмных рабочих всего лишь четыре человека: трое в котельной нам горячую воду включают-выключают и одна прачка. Остальные — люди-переселенцы, которые сами себе готовят еду, сами убирают.
FN: Как налажен процесс питания? Это какие-то дежурства, или каждый сам себе готовит?
ДД: Что вы, это сменная работа, четыре смены. Каждая смена готовит завтрак, обед и ужин.
«Нет перечислений людям из Донбасса»
FN: По вашему мнению, что должно было бы государство сделать для вашего конкретного центра?
ДД: Всё оно могло бы сделать. Мы могли бы отказаться от волонтёров. Но нам ничем не помогают. Предоставить питание, бытовую химию. Какие-то выплаты нужны социальные, хотя бы единоразовые.
FN: Вы обращались в Министерство социальной политики?
ДД: Мы куда только не обращались. Ничего не говорят. Немой ответ. Нет перечислений людям из Донбасса. Помогают только людям из Крыма. Что говорят — я не знаю, я лично с ними не общалась.
Волонтёрский центр занятости трудоустроил немногим больше 200 людей
В «Центрі зайнятості вільних людей» мне сообщили: к их инициативе за помощью обратилось более 1700 людей. При этом работу они смогли найти для двухсот. По словам волонтёров, не все соискатели обращаются в центр, чтобы сообщить, что им удалось-таки получить место, поэтому статистика не точная. Как бы там ни было, в базе центра зарегистрировано 500 работодателей. Вакансии предоставляют разного рода, от рабочих специальностей до IT.
На вопрос, почему обращаются к ним, а не в государственные центры занятости, говорят: люди везде обращаются, куда можно. При этом, волонтёры считают свою деятельность более эффективной, чем активность государственных служб помощи, потому что занимаются самостоятельным поиском и «уговариванием» работодателей, призывают компании разделить социальную ответственность. С государственной службой часто общаются за круглым столом. «Конечно же, всегда есть, куда расти. Им стоит искать работодателей, искать возможности для повышения квалификации обращающихся», — говорит девушка- волонтёр относительно того, справляется ли государство с потоком людей, потерявших работу на востоке страны.
Переселенцам нужно понимание, а не порицание
Волонтёрская инициатива, собирающая вакансии у работодателей, сознательно предоставляющих прерогативу при приёме на работу жителям из пострадавших регионов, в состоянии предоставить работу лишь восьмой части обращающихся к ним людей. Самостоятельно трудоустраивающимся «донецким» и «луганским» отказывают в приёме на работу без объяснения причин, лишь только увидят прописку. В таких условиях не удивительно, что переселенцы сидят без работы.
И они будут проедать чужой хлеб — не государственный, кстати, а волонтёров, которые вошли в их положение и кормят их абсолютно добровольно. В отличие от работодателей, которым, очевидно, жалко десяти минут времени, чтобы разговориться с соискателем и понять, является ли этот конкретный человек недобросовестным или сепаратистом. Эти семьи, живущие далеко от скоплений рабочих мест — потому что там их поселили — будут есть то, что им дают, потому что у них пока нет другого выбора.
Доколе? Пока работодатели не станут с пониманием относиться к людям, которые не по своей вине попали в сложное положение. И не начнут предоставлять им рабочие места с рыночной оплатой стоимости труда. Пока государство не создаст хорошо работающие центры занятости. В целом - пока их сограждане не начнут вместо стен строить мосты.
В другом материале FaceNews вы можете прочесть больше о том, как компактные места размещения переселенцев не способствуют их адаптации и началу нормальной их жизни на новом месте.
Чем можно помочь
Центру «Допомога Джерело» не хватает детских тёплых вещей, школьных принадлежностей, канцтоваров, школьной формы. Всегда есть потребность в еде и в бытовой химии.
В последнее время в народе и в медиа был создан образ переселенца-бездельника, который не хочет ни воевать, ни работать, а лишь проедает государственную помощь. Чтобы разобраться, что и в каких объёмах предоставляет переселенцам государство и легко ли им найти работу, журналистка FaceNews пообщалась с волонтёрами, которые помогают переселенцам с жильем и работой.
Отвечает Оксана, волонтёр-переселенец в месте компактного размещения переселенцев «Допомога Джерело».
FасеNews: Сколько людей у вас сейчас проживает?
Допомога Джерело: На данный момент у нас 255 человек, из них 110 детей. Это всё семьи с детьми.
FN: Каковы условия проживания?
ДД: У нас есть двухместные комнаты, есть комнаты побольше. Если это большая комната — её, соответственно, занимает семья большая, из шести-восьми человек. Если это двухместные комнаты, то в них могут проживать и четыре, и пять человек. Есть семьи, где мама, папа и ребёнок — вот они в этих двухместных проживают в основном.
FN: Говорят, что людям, которые живут в компактных местах расселения, сложнее адаптироваться, чем тем, кто расселён точечно, в квартирах. Вы наблюдаете какие-то такие проблемы?
ДД: Ну конечно же, проблемы есть. Как и в любой коммунальной квартире. Есть конфликты, есть недовольные. Мы стараемся заглаживать ситуацию. Разговариваем, мирим. Проблемы есть, как с ними с правиться? Никак. Никак нельзя повлиять на людей. Никого не выселяем, хотя одного бы выселить стоило.
«Людям из Луганска и Донецка очень сложно найти здесь работу»
FN: Проживающие не ищут работу в Киеве, временные заработки?
ДД: Почему? Ищут. Но людям из Луганска и Донецка очень сложно найти здесь работу. Видят прописку донецкую или луганскую, и на порядок меньше заработная плата, или отказывают вообще.
FN: Отказ чем-то мотивируют?
ДД: Нет, никак не объясняют. Некоторые работают. У нас есть такие семьи, члены которых работают. Таких процентов двадцать, наверное.
FN: Занимаетесь ли вы помощью в адаптации на новом месте?
ДД: Конечно, помогаем. У нас здесь очень часто бывают социальные работники, люди из Центра занятости. Помогают, предоставляют работу. Недавно вот итальянский ресторан открывался в Киеве. Приезжали менеджеры по трудоустройству. Они сами нас нашли.
FN: И предлагали работу по рыночным ценам, или очень заниженная плата?
ДД: Мало очень предлагали, конечно.
«Не всем пока есть куда возвращаться»
FN: Как долго у вас проживают?
ДД: Это люди, которые как приехали, так и проживают по сей день. Кроме Славянска и Краматорска: некоторые семьи вернулись в освобождённые города. Кому есть куда возвращаться — они возвращаются, с удовольствием. Луганск, Донецк — там возвращаться пока некуда. Заселение началось 16 июня, то есть, большинство здесь остаются уже больше, чем два месяца. Есть люди, совсем недавно прибывшие, неделю назад.
FN: Что вы предоставляете проживающим и за чей счёт?
ДД: Всё за счёт волонтёров. Государство ничем не помогает. Всё на волонтёрских началах. Комнаты предоставили, всех кормят, у всех в комнатах есть горячая вода, может быть, временно, пока не отключили. Больше ничего не предоставляем. Люди, которые у нас живут, сами убирают и готовят. Только эти люди и принимают в этом участие. У нас наёмных рабочих всего лишь четыре человека: трое в котельной нам горячую воду включают-выключают и одна прачка. Остальные — люди-переселенцы, которые сами себе готовят еду, сами убирают.
FN: Как налажен процесс питания? Это какие-то дежурства, или каждый сам себе готовит?
ДД: Что вы, это сменная работа, четыре смены. Каждая смена готовит завтрак, обед и ужин.
«Нет перечислений людям из Донбасса»
FN: По вашему мнению, что должно было бы государство сделать для вашего конкретного центра?
ДД: Всё оно могло бы сделать. Мы могли бы отказаться от волонтёров. Но нам ничем не помогают. Предоставить питание, бытовую химию. Какие-то выплаты нужны социальные, хотя бы единоразовые.
FN: Вы обращались в Министерство социальной политики?
ДД: Мы куда только не обращались. Ничего не говорят. Немой ответ. Нет перечислений людям из Донбасса. Помогают только людям из Крыма. Что говорят — я не знаю, я лично с ними не общалась.
Волонтёрский центр занятости трудоустроил немногим больше 200 людей
В «Центрі зайнятості вільних людей» мне сообщили: к их инициативе за помощью обратилось более 1700 людей. При этом работу они смогли найти для двухсот. По словам волонтёров, не все соискатели обращаются в центр, чтобы сообщить, что им удалось-таки получить место, поэтому статистика не точная. Как бы там ни было, в базе центра зарегистрировано 500 работодателей. Вакансии предоставляют разного рода, от рабочих специальностей до IT.
На вопрос, почему обращаются к ним, а не в государственные центры занятости, говорят: люди везде обращаются, куда можно. При этом, волонтёры считают свою деятельность более эффективной, чем активность государственных служб помощи, потому что занимаются самостоятельным поиском и «уговариванием» работодателей, призывают компании разделить социальную ответственность. С государственной службой часто общаются за круглым столом. «Конечно же, всегда есть, куда расти. Им стоит искать работодателей, искать возможности для повышения квалификации обращающихся», — говорит девушка- волонтёр относительно того, справляется ли государство с потоком людей, потерявших работу на востоке страны.
Переселенцам нужно понимание, а не порицание
Волонтёрская инициатива, собирающая вакансии у работодателей, сознательно предоставляющих прерогативу при приёме на работу жителям из пострадавших регионов, в состоянии предоставить работу лишь восьмой части обращающихся к ним людей. Самостоятельно трудоустраивающимся «донецким» и «луганским» отказывают в приёме на работу без объяснения причин, лишь только увидят прописку. В таких условиях не удивительно, что переселенцы сидят без работы.
И они будут проедать чужой хлеб — не государственный, кстати, а волонтёров, которые вошли в их положение и кормят их абсолютно добровольно. В отличие от работодателей, которым, очевидно, жалко десяти минут времени, чтобы разговориться с соискателем и понять, является ли этот конкретный человек недобросовестным или сепаратистом. Эти семьи, живущие далеко от скоплений рабочих мест — потому что там их поселили — будут есть то, что им дают, потому что у них пока нет другого выбора.
Доколе? Пока работодатели не станут с пониманием относиться к людям, которые не по своей вине попали в сложное положение. И не начнут предоставлять им рабочие места с рыночной оплатой стоимости труда. Пока государство не создаст хорошо работающие центры занятости. В целом - пока их сограждане не начнут вместо стен строить мосты.
В вы можете прочесть больше о том, как компактные места размещения переселенцев не способствуют их адаптации и началу нормальной их жизни на новом месте.
Чем можно помочь
Центру «Допомога Джерело» не хватает детских тёплых вещей, школьных принадлежностей, канцтоваров, школьной формы. Всегда есть потребность в еде и в бытовой химии.
<!--[if gte mso 9]> <w:LsdException Locked="false" Priority="69"