Во вторник, 3 октября, Верховная Рада приняла закон №6232, запускающий судебную реформу. К документу было подано более 4 тысяч правок, поэтому он рассматривался несколько пленарных недель. Так, голосования за первые правки начались 7 сентября. Пока одни депутаты говорили, что это нормальная для Верховной Рады работа, другие обвиняли коллег в сознательном затягивании процесса.
В итоге семь сессионных дней депутаты-авторы правок получали доступ к микрофону, а нардепы, которым замечания коллег были не слишком интересны, голосования за правки, не сказать иначе, игнорировали.
«В сессионном зале играли роль ряд факторов, – рассказывает глава Комитета избирателей Украины Алексей Кошель. – Отдельные правки есть основания рассматривать как работу по сознательному затягиванию работы парламента. С другой стороны есть также логика ряда депутатов, которые были авторами правок, что в таких серьезных законопроектах каждая запятая может иметь чрезвычайно большое значение».
Главной же проблемой, которую «оголило» рассмотрение изменений, по его мнению, является отсутствие желания поиска компромиссов. «Нежелание работать как единая команда ни у парламента, ни у парламентской коалиции», – акцентирует Кошель.
Однако это не все сложности работы Верховной Рады, которые возникают не впервые, но в очередной раз «выплыли наружу» во время рассмотрения судебной реформы. FaceNews разбирался в проблемах работы парламента подробнее.
«Оптовое» голосование
№6232 вносит изменения сразу в ряд кодексов и законопроектов. По словам народного депутата от «Батькивщины» Сергея Власенко, это было сделано неслучайно. «Порошенко нужно одно голосование за все законы единственный раз. Потому что пять раз собирать депутатов сложнее, чем собрать один раз», – отмечал политик на одном из брифингов в Верховной Раде.
Вопросы к Комитету
Во-вторых, перед попаданием в сессионный зал законопроекты рассматриваются в профильных комитетах. Исключением не был и №6232, рассматриваемый в Комитете по вопросам правовой политики и правосудия.
Его член и нардеп от «Самопомощи» Руслан Сидорович отмечает: «Комитет работал несколько недель, но чтобы качественно рассмотреть все поданные поправки, очевидно, недостаточно даже трех-четырех недель. Нормально комитет должен был бы поработать, как минимум, несколько месяцев».
По мнению Кошеля, не было сделано все возможное, чтобы решить максимальное количество вопросов именно в формате работы парламентских комитетов. Он рассказывает: «Достаточно показательно, что много правок касалось филологических вопросов. И уже в зале парламента Руслан Князевич сказал, что комитет берет на себя обязательства подготовить отдельный законопроект, который внесет нормы в ряд законов касательно унификации терминов. Проблема в том, что этот вопрос возник в сессионном зале. Если бы подобный компромисс был найден во время работы парламентского комитета, естественно, частично напряжение в зале можно было бы снять».
Неучастие в голосованиях
В-третьих, не так много нардепов принимали участие в голосованиях за правки. В подавляющем большинстве случаев наибольшее их число высвечивалось не напротив строк «за», «против», «воздержался», а около слов «не голосовали».
«Чтобы принять то, что нужно власти, депутатов нужно мобилизовать, в другом случае им не интересно ходить в сессионный зал, – подчеркивает Сидорович. – Честно говоря, депутатам, которые не голосуют, я бы хотел дорисовать четвертую кнопку – «фиолетово», потому что у меня такое впечатление, что им фиолетово, что происходит в сессионном зале и с законопроектами».
Несовершенство регламента
Говорят депутаты в контексте рассмотрения судебной реформы и о необходимости доработать регламент Верховной Рады.
Например, народный депутат от фракции «Блок Петра Порошенко» Валерий Карпунцов уверяет: «У нас некачественный регламент, потому что в данном случае, качественной была работа комитета или нет, она нивелируется. Такое количество правок продиктовано в большинстве доступом к микрофону. Граждане Украины же, когда видят пустой зал, когда не поддерживаются правки, говорят: «Что же это там за такие нехорошие работники, что они не ходят?». А дело не в том, что не ходят и не голосуют, а в том, что это законодательный спам, который не воспринимается парламентариями, и нет смысла там пребывать на таком этапе. Но наихудшее, что в этом спаме утонули нормальные вещи, которые предлагает и оппозиция».
Поменять это, по мнению политика, просто. «Например, если комитет отработал законопроект и вынес его в зал в принятой им форме, то для поднятия вопроса правки нужно 150 голосов. Это как раз тот уровень, который даст возможность и оппозиции объединяться», – предлагает Карпунцов.
Внефракционный народный депутат Олег Петренко в свою очередь отмечает, что нужна реформа работы парламента, которая сделает Верховную Раду более гибкой. «Например, в случае, когда на голосование выносятся реформы, глобальные законы с огромным количеством правок, я считаю, нужно иметь возможность гибко менять календарный план, работать две-три недели в пленарном режиме. В этой гибкости я вижу потенциал, чтобы все-таки эффективнее работал парламент. Почему? Потому что критиковать депутатов за большое количество правок – я не уверен, что это правильно. Это право депутата, часть демократического парламентского процесса», – подчеркивает политик.