На фоне достаточно удачного опыта применения дронов турецкого производства в Сирии, Ливии и теперь в Карабахе, Украина форсирует двухсторонние контакты. Так, на днях появилось сообщение о том, что Киев и Анкара согласовывают договоренности по созданию совместного предприятия для локализированного в Украине производства ударно-разведывательных дронов Bayraktar TB2.
При это нельзя не отметить, что разговоры об этом ведутся еще с 2018 года, когда был заключен контракт на $70 млн на поставку первых шести беспилотников, трех станций управления и 200 управляемых боеприпасов.
Подробности интенсификации сотрудничества озвучил гендиректор «Укрспецэкспорта» Вадим Ноздря в интервью изданию «Левый берег»: «Нас интересует развитие ударных беспилотных авиационных комплексов Bayraktar TB2, поскольку Минобороны Украины, согласно Визии развития ВСУ, планирует закупить от 6 до 12 таких ударных комплексов в ближайшее время. В комплекс входят четыре беспилотника и одна базовая станция. Таким образом, Украина планирует получить 48 беспилотников, которые Минобороны планирует поставить на вооружение в ВСУ. И это уже совместное предприятие, крупноузловая сборка на территории Украины, при этом стоимость каждого комплекса в таком случае уменьшится на 35%. В том числе с учетом импортных комплектующих, которые сама Турция закупает. Сейчас идет выбор места для локализации такого производства».
Чтобы понимать, что этот контракт значит для Турции, отметим, что за все время силовые структуры этой страны получили всего 107 «Байрактаров».
А состоящие ныне на вооружении ВСУ турецкие дроны, сведенные в одну эскадрилью, проходят опытную эксплуатацию. В боевых условиях не применялись, только поразили учебные цели на полигоне в ходе недавних крупных учений на юге страны.
Однако у инициативы с насыщением армии достаточно современными ударными аппаратами есть и обратная сторона. Такое соглашение стало возможным только на основе компромиссного решения — взамен турки потребовали передать лицензию на производство противотанкового ракетного комплекса «Скиф» (экспортное название «Стугна-П»), по информации автора, с ракетами Р-2.
Причем если для турок этот контракт проходной — они по сути продают лицензию на аппарат предыдущего поколения, ведь сейчас уже используется новейший беспилотник Anka-S (кстати, с двигателями нашего производства), то для нас ситуация совсем другая. Фактически для КБ «Луч» комплексы с ракетами Р-2 — это курица, несущая золотые яйца, и передавать лицензию, не имея в производстве ракет более совершенной модели, является с коммерческой точки зрения довольно спорным решением.
Ведь те же турки уже имеют опыт производства боевого модуля Serdar ATMLS, в котором используются ракеты Р-2. Причем модуль стал основой вооружения партии турецких бронеавтомобилей, которые поставлены в Катар. При этом ракеты там были украинского производства. Думается, что в случае лицензионного производства их себестоимость окажется ниже, а покупатели на недорогое оружие всегда найдутся.
Можно возразить, что у «Луча» есть опыт создания производства по крупноузловой сборке своих ракет, например, в Иордании «Корсар» производится под местным названием Jadara Terminator. Но, во-первых, там, учитывая состояние местной промышленности, только отверточная сборка. А во-вторых, ракеты для ПТРК не производятся на месте, а поставляются из Украины. Турки же, насколько известно автору, настаивают и на полной локализации производства ракеты.
Вообще, турецкая политика вполне прагматична — любой образец оружия, который поставляется из-за рубежа и состоит на вооружении местной армии, должен иметь максимальную локализацию. И не важно, что это — пистолет или перспективный истребитель F-35. Кстати, именно поэтому выбор Анкары пал, например, на российские зенитно-ракетные комплексы С-400: ни США, ни Китай не согласились на локализованное производство подобного современного оружия.
Как видится, для Украины в такой агрессивной политике Турции есть большая опасность. Ведь ни для кого не секрет, что наша военная промышленность имеет буквально несколько направлений, где мы имеем более-менее современные разработки. И одна из них — именно противотанковые ракетные комплексы и ракеты к ним.
Так что вполне может сложиться такая же ситуация, как с сотрудничеством с Китаем в конце девяностых и начале нулевых. Тогда Пекин выкачал буквально все относительно современные технологии и специалистов, после чего практически свернул сотрудничество в военно-технической сфере. Теперь наш стратегический союзник на этом направлении — Турция, которая заинтересована, прежде всего, в наших ракетных технологиях, а также в наработках в области модернизации бронетанковой техники. И развивая с ней сотрудничество, не нужно ставить себя в положение бедных родственников. Украина может и обязана настаивать только на полноправном партнерстве.