Девушка из Гаваны, уже давно не видевшая косметики, и забывшая о том, как можно наносить макияж, говорит: "Да, наше правительство ужасно, а в магазинах все дорого, и вообще – сложно выжить в современной Кубе, но – не трогайте Фиделя. Фидель – велик, он – гений!.."
Ничего не напоминает? Приблизительно так говорили о Муссолини в Италии, ругая правительство, но превознося вождя; почти то же самое артикулировали жители гитлеровской Германии, оказавшись под бомбежкой союзников из антигитлеровской коалиции: "Наши генералы бездарны, правительство состоит сплошь из предателей, но фюрер – велик!"
Вся нынешняя система в России "заточена" под одного человека. Его имя – Владимир Путин. Наверное, когда-нибудь психологи и историки по опросам Sotnik-TV будут изучать феномен и природу путинской диктатуры. Вот две девушки говорят, глядя в камеру, о том, как им надоела пропаганда, которая сталкивает людей друг с другом, насаждая ненависть. Они убеждены, что новости должны давать полную и объективную картину мира; они должны отражать, как зеркало, все, что происходит внутри страны, и что на федеральных каналах поселилась цензура, запрещенная Конституцией. Они говорят об этом, как умеют. Но после моего "контрольного" вопроса тут же восклицают: "А Путина мы любим! Мы очень любим Путина. Он – молодец, он – лучше всех!.."
Бренд Путина начал формироваться с лета 1999 года, когда Ельцину стало понятно, что только этот человек сможет гарантировать ему и его "семье" неприкосновенность. Все остальные, рано или поздно – обманут, "подведут под монастырь", предадут. В предвыборные месяцы зимы 2000 года Путин взлетал в небеса на истребителях и делал жесткие заявления, демонстрируя "чекистский мачизм", он бомбил и зачищал Чечню, и вообще всячески показывал свою "трезвость и энергичность". Он никогда не участвовал в дебатах в прямом эфире – просто потому, что решение по факту было принято, а институт выборов уже тогда перестал существовать. Путин никогда не был публичным политиком. Он был кабинетной "молью", привыкшей перелетать из одного кабинета в другой посредством подковерных интриг и закулисных договоренностей. И телевидение оказало ему "услугу", выпестовав из никому не известного подполковника – Президента. Правда, даже первый срок его оказался нелегитимен: ведь он пришел к власти, так и не победив в первом туре, и набрав всего лишь 48% голосов. Разъярившись, он "выкрутил руки" председателю ЦИК А. Вешнякову, и тот "дорисовал" Владимиру Владимировичу еще 4% "с копейками", после чего – вздохнул с облегчением и отправился возглавлять посольство в одной из прибалтийских стран…
Одна из первых критических публикаций в газете "Московские новости" вызвала болезненную реакцию Путина. Тогда главный редактор этого издания – ныне покойный Егор Яковлев – сказал: "Наш мальчик оказался очень обидчив. Боюсь, что он еще и злопамятен…" Иначе и быть не могло. Понимая собственную политическую слабость, осознавая факт, что он личностно профнепригоден и занимает не свое место в кресле Президента, Путин был просто обязан с самого первого дня своего пребывания на этом посту начать "игру на выживание". И он выжил. В отличие от страны, которую с таким театральным трепетом передал ему Ельцин, подчеркнув: "Берегите Россию".
Первые годы своего "президентства" Путин потратил на уничтожение свободы слова и зачистку "личностного поля" в России. Тем или иным образом, он брал под контроль печатные и электронные СМИ. Спецоперация по уничтожению НТВ уже стала притчей во языцех, и как бы ни исходил "оппозиционностью" бывший член правительства Альфред Кох – он тоже приложил к этому руку. Закулисные интриги заставили "самоликвидироваться" партию "Союз Правых Сил", и даже убитый год назад по приказу Путина Борис Немцов открыто поддержал своего будущего убийцу, озвучив призыв "СПС – в Думу, Путина – в президенты!"
Целая череда политических убийств (Галина Старовойтова – 1998 г., Сергей Юшенков – 2003 г.) и странных "катастроф" (генерал Лебедь, офтальмолог Святослав Федоров – эти люди участвовали в президентских выборах в качестве кандидатов), безусловно – были частью спецоперации по "зачистке" личностного поля – для того, чтобы потом можно было констатировать: "У нас остался только Путин. Если не Путин – то кто?" Зачистка шла даже на региональном уровне: странная автокатастрофа Михаила Евдокимова, вопреки воле Кремля ставшего губернатором Алтайского края, и быстро набиравшего там политическую популярность, на самом деле – вовсе не "странная". Она вполне вписывается в парадигму "зачистки". Можно вспомнить и шокирующую авиакатастрофу, в которой погиб известный журналист Артем Боровик…
В итоге Путин одержал убедительную победу, оставив вокруг себя выжженное личностное пространство, над которым уродливым образом возвышается его возвеличенное карликовое существо. Но, поскольку рядом никого нет, а в условиях сложившейся диктатуры и быть не может – вполне естественно звучит сакраментальный вопрос: "Если не он, то – кто?" Из конструкции личной диктатуры можно извлечь какой угодно "кирпич" или "винтик" – и эта конструкция останется незыблемой и непоколебимой. Из нее нельзя извлечь только, собственно, личность самого диктатора. Можно критиковать правительство, Медведева, Силуанова; можно стереть в порошок чиновников Центробанка; можно даже пожертвовать парой приближенных лиц – даже Медведевым, которого не возит сонной мордой по столу лишь ленивый. Только – не Путиным. Ибо в сложившейся системе должна оставаться вечной и неприкасаемой лишь его "вывеска". Убери ее – и все рассыплется. На нее работает вся громоздкая пропагандистская машина федеральных телеканалов, на ее молится многомиллионная армия чиновников и силовиков, с нее берет пример обыватель, то крича "Крым – наш!", то – проклиная партию "Единая Россия", формальным лидером которой – опять же – Путин, вроде бы, не является. Но то, что он – ее создатель и вдохновитель – должно оставаться не озвученным и незримым…
Брежнев пробыл у власти 18 лет. Андропов – 1 год и 3 месяца. Черненко – 1 год и 1 неполный месяц. Горбачев – 6 лет и 9 месяцев (до официальной отставки с поста Президента СССР). Ельцин – чуть больше 8 лет. С 2000 года – вот уже 16-й год (давайте не будем льстить "прокладке" Медведеву) – у власти находится человек, абсолютно не имеющий права быть главой государства. Он доказал это своим непрофессионализмом, личной агрессией, склонностью к авантюрам, интригам и спецоперациям по умерщвлению всего живого, что еще теплилось в политическом и экономическом пространстве на территории России.
Жить в быту при личностной диктатуре очень легко: достаточно лишь усвоить, когда нужно вовремя крикнуть "Да здравствует великий, вечный и незаменимый имярек". Но выживать при ней становится все труднее. Даже слова восхваления не гарантируют неприкосновенности; даже демонстрация личной преданности не служит гарантией того, что тебя не съедят. Диктатура личности опасна тем, что данная конкретная личность прекрасно осознает тот факт, что удерживает власть незаконно – потому и вынуждена постоянно прибегать к насилию, зачисткам, войнам и физическому устранению политических конкурентов. При этом количество "личных грехов" диктатора нарастает подобно снежному кому, вынуждая его действовать все жестче и кровавее.
Муссолини окончил свой путь головой вниз. Его растерзала толпа. Гитлер застрелился и был сожжен. Чаушеску расстреляли те, кто еще несколько дней назад пел ему осанну. Хуссейна повесили. Каддафи умертвили с показательной шокирующей жестокостью. Путин тоже не вечен. "Беда в том, что человек внезапно смертен", – сказал булгаковский Воланд. От себя добавлю: но и это еще полбеды. Настоящая катастрофа – в том, в каком состоянии он оставит после себя Россию. Да и оставит ли вообще?..