Главной темой визита была принадлежность спорных Курильских островов, но также поднимались и вопросы экономического сотрудничества, что в условиях действующих санкций раззадорило российские СМИ больше самого факта визита японского премьера в страну-изгой.
Тем не менее, радость и оптимизм российской журналистской и политической братии не следует разделять, ведь пускай и представляют они выгодную в пропагандистском тоне сторону визита, но негатива от него куда больше. И в первую очередь негативный фактор исходит от традиционного друга и брата России – Китая.
Даже несколько дней спустя после визита Абэ в Сочи китайская пресса бурно обсуждает поездку потенциального противника Пекина к потенциальному союзнику (хотя тут тоже не все так однозначно). Китайских братьев возмутил факт того, что данный визит состоялся накануне намеченного в июне в Китай визита президента Путина (первый иностранный визит за более чем полугодичный перерыв). Хотя, в действительности, обеспокоенность Поднебесной обусловлена несколько иными моментами.
Прежде всего, в данной игре стратегически важным для Токио является возвращение временно оккупированных территорий, и тот политический деятель, при котором это произойдет, войдет в историю страны, что дорого стоит. Претендует ли на такие лавры Абэ? Нет. При самых благополучных раскладах при нем не суждено Курилам вновь стать японскими, но у него есть шанс дать толчок этому процессу и стать политиком – катализатором процесса возвращения.
Известно, что основным условием возвращение Курил является вывод ВМС США из Японии. Конечно, кажется это совершенно невероятным, но Пекин видит явно не пацифистские изменения в стране Восходящего Солнца, такие, как прошлогодние правки конституции в пользу милитаристских акцентов,и активность японской дипломатии на российском плацдарме. Как-никак, 13 визитов Абэ к Путину против 7 к Обаме о многом говорят.
Важным моментом в данной истории является и то, что Япония готова идти навстречу РФ по ряду экономических вопросов, в то время, как дальневосточный сосед, в основном, использует северную соседку как сырьевой придаток и источник технологий, оставляя её на задворках своей инвестиционной политики. К примеру, товарооборот между странами в 2015 году упал на 27,8%, и главной составляющей российского экспорта остаются энергоресурсы.
К тому же, начиная с 2015 года, в Китае наблюдаются явно не добрососедские информационные выпады в адрес России, основанные на оспаривании её территориального суверенитета, и это при том, что Пекин заручился поддержкой Москвы по вопросу Южно-Китайского моря.
А потому раздражительность Поднебесной, проявляемая через лихорадку в СМИ, имеет под собой основания. Пекин опасается сближения Москвы и Токио, понимая, что Япония выходит на новый уровень международной политики, порою идя наперекор своему историческому сателлиту – США.
Распиаренный визит премьера Японии в Сочи не принес сколько-нибудь значительных результатов, за исключением негативного фона, на который, скорее всего, и был рассчитан. Да, не стоит исключать и того факта, что Абэ вполне-таки успешно сыграл в тандеме с Госдепартаментом, создав неблагоприятную волну на глади российско-китайских отношений, и речь может не столько идти о возвращении Курил, сколько о намеренном сталкивании лбами стратегических партнеров.