Вернулся из инспекционной поездки по Харькову и Днепру. Отчеты будут позже, а пока о том, что надо сказать срочно – пока не расплескалось.
Я был в Харьковском центре сердечной хирургии, который я давно люблю, хоть никогда его и не видел. Поэтому посещение его поставил одним из условий визита в Харьков.
Не буду разливаться в сердечных признаниях, потому что «я старый солдат, и не знаю слов любви». Но вышел я оттуда, пошатываясь от обретенного знания. Возможно, я первый человек, который зашел в кардиологический центр со здоровым сердцем, а вышел с больным. Но оно не будет болеть только у того, у кого нет сердца.
Послушайте и поймите меня.
Каждый год они оперируют по двести малышей с пороком сердца, четверть из которых надо доставить и оперировать немедленно, потому что смерть даже не на пороге, а уже бредет по комнате к кроватке. И за неделю в клинике, обреченный на смерть ребенок становится здоровым на всю жизнь.
Я видел спящих после операции мурзилок, размером чуть больше ладони, с трубочками диаметром со спичку. Шовный материал для них вообще невидим глазом без увеличения. Шьют этим материалом люди, одетые в свинцовые фартуки весом с бундесверовский бронежилет 6-го класса защиты, стоя на ногах по несколько часов. Зато через несколько дней мурзилку выпишут, и она даже знать не будет, что вопрос ее жизни и смерти когда-то решили усталые дяди и тети.
Нет, надо не так писать, а то какой-то производственный очерк получается.
Каждый год они возвращают с того света на этот целый сбитый «Боинг» с детьми. Просто представьте себе это.
А сумма, которая им нужна, чтобы продолжать возвращать самолеты малышей в мир живых, даже меньше той, которая стоит на парковке концертного дворца «Украина» во время концерта какого-нибудь Бобу Ивила.
Но этих денег нет.
Походу, мы живем в разных Украинах. Я лично хочу жить в той, где добрые папа Игорь и мама Кира, и еще «злая тетя Таня» (злая, потому что меняет повязки и снимает швы у малышей, когда они уже не под наркозом) вытаскивают из небытия самолетами и вагонами.
А в какой-то другой я жить не хочу.
Спасибо братскому народу Ирландии, помогающему нам. И братскому народу Америки, и остальным братским народам, и доктору Биллу Новаку лично. Стало абсолютно понятно, что братские народы состоят из людей, а не из жадных и лживых обезьян.
Спасибо тем харьковским школьникам, которые передали деньги, собранные на выпускной вечер, на нужды центра. Я не знаю, как вы сдали остальные экзамены, но этот вы сдали на «отлично». Это годное начало взрослой жизни, а костюмы и танцы у хороших людей будут в любом случае.
Спасибо и вам, усталые ангелы. Вы стоите редкой цепью на границе Жизни и Смерти, и совершаете рейды на ту сторону, вытаскивая из-за линии фронта живых. К вам редко и скудно подвозят подкрепления и боепитание, но вы не уходите с передовой.
Дорогая доктор Кира. Ты написала, что хотела еще многое рассказать, но постеснялась. И я хотел многое спросить – но тоже постеснялся. Редко когда удается человеку так отчетливо почувствовать малозначительность своего существования в мире, как на встрече с вами. Пишешь тут всякую херню, хихоньки да хахоньки, а вы там реально гоняете старуху с косой ссаными тряпками.
Это не вы должны со мной фоткаться «ой, Горький Лук приехал!», а я с вами. Вы – настоящее сокровище Украины. У меня после таких встреч появляется чувство надежды. А сердце мое лечить не надо, оно правильно болит – и я хочу, чтобы оно так же болело у других.
Я считаю ваш Центр особым другом Кафедры, и буду еще много писать о вас. Знакомство с вами - большая честь и радость.
Береги Бог ваши руки и сердца.