На первый взгляд, тот самый Brexit касается только Англии. И ситуация там вполне понятная: на прекрасном наидемократичнейшем референдуме большинство высказалось за выход из объединенной Европы. И весь мир пришел в восторг: вот она, вершина демократии! Вот он, учет каждого мнения! Образцовая страна показала пример решения вопроса – как народ пожелал, так и будет сделано. И всем странам понятно, что нужно брать у этой самой Британии пример. И вообще, почаще проводить референдумы, ибо это гарантия справедливости. Вон, смотрите, в той же Дании – там референдум вообще по любому поводу. Нужно садовые скамейки в сквере поставить – сразу референдум, и вот уже датский народ постановил, сколько скамеек должно быть, какой формы и какой краской их красить.
И вот все восхитились этим британским референдумом, а потом началось... ну, вы знаете, что началось. Молодежь завопила, что она не хочет жить без Европы; в ведущих британских партиях сменились лидеры; Северная Ирландия и Шотландия заявили, что выйдут из состава Великобритании. А единая Европа хочет организовать общее государство, а британской молодежи намеревается предоставлять какое-то особое европейское гражданство. Эти события могут показаться странными и необоснованными, пока снова не посмотришь на результаты референдума.
Во-первых, мы знаем, что победило большинство. Да, большинство, целых 52%. Минуточку, а какое, при этих цифрах, у нас меньшинство? 48%! Вы меня простите, но разве 48% можно назвать меньшинством? Это меньшинство?! То есть формально – это меньшинство, но фактически это без двух процентов половина населения страны! За отделение, как выясняется, голосовали ровно те, кто в России голосует за Путина; кто в Германии голосует против беженцев, кто в Голландии голосует против ассоциации с Украиной. Нет, это не какая-то таинственная партия, не секта и не масоны. Это обычные пенсионеры. Именно они – те, кто давно не платит налоги, кто думает только о том, чтобы, не дай бог, на копейку не уменьшилась их пенсия, – голосуют за заморозку любой страны. Даже если правительство предлагает изменения, чтобы им стало лучше, то они голосуют против, потому что для старческого ума любая стабильность лучше любого изменения. И этих людей, как известно, с каждым днем становится все больше – Европа стареет.
Именно перевес в миллион голосов жителей Великобритании от 55 до 75 лет лишил европейского будущего молодежь этой страны, в пользу риска потратить лишнюю копейку. То есть те, кто через 20–30 лет уже покинут этот мир, лишили будущего тех, кто будет рулить Британией именно через эти 20–30 лет; кто будет тяжело работать, чтобы на их налоги и могли жить те старики и старухи, которые сказали "нет" молодежи. Парадокс ситуации в том, что если бы референдум был "наоборот" и за Европу проголосовали бы не 48, а 54 процента, то это создало бы "обратную несправедливость" – и действительно, почему противники ЕС, которых бы была почти половина, должны идти на поводу у сторонников альянса, которых всего на 4% больше?
Тут неважно, кто голосовал и за что, важно, что это не референдум о покраске скамеек. Скамейки можно добавить числом, перекрасить и поставить в других местах. Их можно вообще увезти, проведя соответствующий референдум. Но в случае с Brexit ничего поменять нельзя. И получается, что остается писать петиции королеве о проведении нового референдума, чтобы "исправить ошибку". Да, не сомневаюсь, что нация одумается, что молодежь на пять минут оторвется от интернета и побежит голосовать. И результат будет 52 за Европу и 48 против – но это будет новая несправедливость уже по отношению к пенсионерам.
Поразительно, что повсеместно идут дискуссии о том, что делать сейчас пенсионерам и молодежи, но нет главной дискуссии – о том, что референдум как институт высшего волеизъявления себя исчерпал. Да-да, именно так, ибо, выявляя большинство, он рождает меньшинство, которое огромно. Согласитесь, ведь мы не голосуем вопрос "Хотите ли вы быть вечно здоровыми и никогда не болеть?". Тут бы было 100 против нуля, а если бы кто-то все же проголосовал за болезни, то его бы увезла психиатрическая скорая. Но главные политические вопросы на референдуме решить невозможно, потому что политические предпочтения видны по ведущим партиям любой страны, а там все почти всегда 50 на 50. Так будет и на референдуме.
Таким образом, референдум превращается из гарантии волеизъявления в обычную, простите, диктатуру большинства. Ее, этой диктатуры, даже две – диктатура геронтологическая, когда страна под пятой пенсионеров, и диктатура одного процента, когда даже один процент перевеса может завести страну в тупик и привести к хаосу, сломать судьбы и обрушить планы на будущее.
Каков выход? Возможно, нужно отменять обязательное исполнение референдума, а окончательные решения должны принимать парламенты как представители народа. Обязательно нужно ограничить возможность голосований пенсионеров, вернее тех, кто сидит на деньгах государства и уже не платит налоги. Тут ничего личного – просто пенсионеры всегда будут против изменений, если только это не прибавление денег в их кошельке.