«Вставание с колен» в обоих смыслах – физкультурном и национально-патриотическом – является гимнастикой. Пассивной публике специально подготовленные демонстрируют красивые движения и позы, без практического выхлопа, в отличие от забивания гвоздей в шпалы, разгрузочно-погрузочных работ, или же вращения электрогенератора балериной по рецепту артиста Райкина.
Как и в гимнастике, оценка за исполнение выставляется не беспристрастными секундомером и весами, а предвзятыми судьями. Поэтому, заняв последнее место в патриотическом вставании, всегда можно кричать «засудили!» или «а наш все равно лучше!»
Соответственно, патриотическое «вставание с колен», как и гимнастика, делится на художественное и спортивное.
Художественное выглядит как отчеты об успешном запуске ракеты за день до самого запуска, пудовый ноутбук ценой на такой же вес денег в стодолларовых купюрах, олимпийский город Сочи без ливневой канализации, спутники-батискафы ГЛОНАСС, танки «Армата», парадная стрельба ракетами по акватории собственного порта и прочие крымские мосты. Публику эти художества радуют, но особого уровня вовлеченности не дают, более того, самые вредные и несознательные мокшане начинают шипеть «на что деньги тратим?»
А вот спортивное вставание создает эффект присутствия. Лежа на диване можно наблюдать, как шустро чешет по ледовой дорожке собственный, мокшанский кореец, разделяя с ним усилия и волю к победе. А потом напиться от радости по этому поводу и орать «Спартак – чемпион, Россия вперет!» Конечно, случаются накладки, как с футболом, но в целом спортивное вставание государству обходится дешевле, чем художественное. К тому же в нем всегда можно показательно найти и выебать виноватого – в отличие от художников, распиливших и спиздивших деньги на ливневку, танк и мост.
Понятно, что спортивное вставание с колен – это вам не личная домашняя физкультура, а государево дело, и держава должна бдеть и радеть.
Допинг является старой и уважаемой областью медицины, и часто тянет за собой фармакологию в целом – как военпром изредка делится с населением технологиями, материалами и инновациями для создания ширпотреба.
Появился он, изначально в профессиональном спорте, связанном со ставками и призовыми. Сперва на скачках, где кололи лошадей, потом на коммерческих велогонках, где кололи уже наездников, а там и везде. Любители особо не баловались, поскольку овчинка не стоила выделки, бегали-прыгали в свое удовольствие.
Потом спорт стал элементом национального престижа, и чем сильнее он им становился – тем больше государство уделяло внимание производству нужных пилюлек и укольчиков. В эгоистических капстранах, где индивидуалистам было похуй на престиж, добываемый в спортивных песочниках, спортсмены занимались самодеятельностью, постоянно палясь на незамысловатых тестах. Но в мире развитого социализма, где один – за всех, а все – за одного, государство не пускало державную справу спортивного доминирования на самотек.
Примером может быть DDR, благодаря тевтонскому гению своих алхимиков регулярно занимавшая на всяких олимпиадах места с третьего по пятое, сразу после США и СССР. Демократические немцы умели изготавливать не только качественные, но и беспаливные стаффы, так что основная волна разоблачения пришлась на то время, когда Дойче Демократише Републик уже спеклась, и ехидно показывала «разоблачителям» язык с того света. А если бы не спеклась – то немецкие бородатые спортсменки, возможно, забрасывали бы сейчас ядра на орбиту – кто его знает?
Ленивые же совки особо не заморачивались, делая ставку на мощное лобби в международных спортивных организациях, по-братски заимствуя просроченные микстуры у демократических немцев и рассчитывая на то, что соответствующий тест еще не разработан, а препарат не внесен в расстрельные списки.
Это только кажется, что для сдачи теста достаточно поссать в банку, поставить ее в распознающую шляпу, и она тут же заорет дурным голосом «Хо-о-огвартс! До-о-опинг!» Надо делать тесты отдельно по каждому из пяти основных типов запрещенных препаратов, внутри них скорчились еще подтипы, и внутри них тоже. Сдававшие анализы на наркоту знают, что по каждому виду удовольствия материал тестируется отдельно.
А теперь считайте – в Лондоне было разыграно 302 комплекта олимпийских медалей (комплекта, не штук, то есть, футболисты или гребцы – сразу десяток проб), тестируются все призеры – множьте на три, и выборочно минимум еще столько же из остальных. Теперь пять типов препаратов по действию, да подтипы... выходной и калькулятор вам в помощь.
Ну и представьте себе эдакий уринобар в виде стола, заставленного всеми этими склянками, и лабораторию, вынужденную их все перенюхать. Не за бесплатно. Понятно, что Олимпиада событие выдающееся, и там «дышать в трубочку» приходится ответственно – на соревнованиях попроще и надзор подешевле. Так что можно не просто проскочить, а даже длительное время проскакивать. Но спустя много лет могут вскрыть пробу – и тогда ой! Лэнс Армстронг подтвердит.
Древний, как говно трилобита, мельдоний был известен еще в позднем Союзе и юзался вояками, однако допингом не считался в силу того, что прет от него не очень – немцы подгоняли более вштыривающие порошки. Однако достижения тевтонских братьев Россия бездарно профукала в боях с WADA, и под государственным надзором начала кормить своих спортсменов тем, что как бы нехорошо, но прямо не запрещается. В принципе, это нормальное отношение к олимпийским идеалам и чистому спорту для страны «ихтамнетов» и крымских «референдумов» - чего еще ждать от потомственного и принципиального жулика?
Беда пришла откуда не ждали – осенью прошлого года мельдоний внесли в списки запрещенных препаратов и вскрыли пробы. А ловится он элементарно (я же говорю – дерьмо трилобита, применяемое на грани наглости и риска). Святой Мельдоний перестал хранить российских национал-гимнастов, они сорвались с перекладины, и с диким воем, под аплодисменты зрителей вылетели в окно олимпийского спортзала. Было бы еще то самое, непробиваемое советское лобби в спортивных федерациях – может быть и выкрутились бы, но кто станет считаться с мировым изгоем?
Честно ли это?
Как сказать. С одной стороны, закон обратной силы не имеет. С другой – есть преступления без срока давности. Хитрым социалистическим немцам направленный вперед, в будущее, вектор действия закона не помог – медальки у них забрали и из спорта выпихали.
Во-первых, российское национальное вставание с колен уже изрядно заебало весь мир – как спортивное, так и художественное. Нельзя поливать говном всех вокруг, и рассчитывать на снисходительность в случае косяка. Я ни секунды не сомневаюсь, что решение было не столько спортивным, сколько около – учитывая специализацию снигерийских спортсменов на конкретном препарате, решение было верное, как фильтрация русо-туристо на границе по лаптям и перегару, типа секторальных санкций. Так что кацапские болельщики уже сейчас могут начинать выть «засуди-и-или!»
Во-вторых, запомните, кацапы: хотите наебывать с допингом – придумайте что-то новое, свое, а не пользуйтесь латвийской разработкой времен молодого Брежнева. Наука не стоит на месте, иначе вместо допинга у вас получится дупинг. Раз уж для вас важен престиж государства, то распиливайте и откатывайте на художественной национал-гимнастике, рассчитанной для внутреннего недоумкуватого потребителя, но в спортивную вкладывайтесь. Берите пример с ГДР – этих кудесников колбы и пипетки. Дешева рибка – дешева юшка.
И, в-третьих, спорт в идеале должен быть чистым. Особенно олимпийский, потому что боги не простят. Когда атлеты, размазывая сопли, рассказывают о том, что препарат назначил врач, эксперты со смеху покатываются – уж что-что, но терапевтический уровень препарата в крови от ветеринарного для слонов они умеют отличать. Кстати, терапевтический уровень разрешен – вот сюрприз! Уже сто раз было сказано, что кацапы врать любят, но не умеют - а выводов никаких.
Так что – давай, дасвиданья, наш ласковый Мишка, олимпийская сказка, прощай.
В целом, ничего страшного для лаптеногих не произошло, олимпийскую команду РФ не отстранили целиком, и даже одну легкоатлетку допустили до соревнований - судя по всему в виде медицинского эксперимента: что ей скормят на этот раз? Этого вполне достаточно, чтобы еще раз встать с колен для домашней публики. Остальные народы даже не заметят потери бойца, потому что будут болеть, как всегда, за своих.
Их больше олимпийское шоу интересует, чем очередное вставание убитого стаффами хитровыебанного московитского наркомана с колен.