После предварительного доклада о крушении малазийского Боинга Путин будет вынужден измениться. Ему всегда удавалось жить по бандитско-чекистском принципу «не пойман — не вор». Сейчас шпион провалился, вора поймали за руку буквально «на кармане». Шанса как-то «отмазаться» и замять скандал у Путина нет. Некоторые журналисты пишут, что, мол, вот СССР сбил южнокорейский лайнер и даже США - иранский и никаких особых последствий. Но они забывают, что уничтожение малайзийского Боинга - беспрецедентное в новейшей истории преступление. Дело в том, что оно было совершенно в ходе другого еще более масштабного злодеяния. Как если бы во время кровавого ограбления банка, стоившего жизни нескольким полицейским, гангстеры убили случайного прохожего. Если признать, что эти гангстеры убили прохожего, нельзя не признать, что они же грабили банк и стреляли в полицейских. Если признать, что Боинг был сбит российским Буком, придется автоматически признать российскую агрессию, в результате которой он оказался на чужой территории и начал стрелять по украинским военным самолетам. Таким образом в результате доклада о гибели малайзийского лайнера обрушилась конструкция защиты Путина, основанная на том, что «нет доказательств» участия российской армии в войне против Украины. Теперь фактически доказано, что российский президент начал тайную войну против соседнего европейского государства, в результате которой погибли десятки тысяч людей. Весь мир не только знает, но имеет юридические доказательства, что кровь этих жертв на нем и его подельниках, а значит они де-факто уже признаны международными военными преступниками (по всей видимости, известные всем фамилии будут прямо названы в ближайшие месяцы).
Некоторые считают, что теперь Путин будет вынужден уйти в тень, выдвинув на досрочных президентских выборах вместо себя новую подставную кандидатуру или старую марионетку-Медведева. Однако вряд ли это произойдет. Путин стареет, у него накапливаются проблемы. А тут еще появилась угроза международного уголовного преследования. Он не может не понимать, что только власть защищает его от расплаты за преступления. В этой ситуации Путин будет еще крепче держаться за свое президентское кресло, опасаясь, что соратнички, почувствовав его уязвимость, набросятся и съедят своего благодетеля (как неоднократно бывало в истории диктатур).
Путин не отдаст власть даже «понарошку», как это было в 2008 году. Ведь в этот раз холуи-предатели ее могут и не вернуть в его скучающие по наручникам руки. Наоборот, он будет мотивирован укрепить диктатуру. Репрессии против оппозиции и просто недовольных граждан могут только усилиться. А элиту легко держать в перманентном напряжении, точечно выхватывая из нее прямиком на тюремные нары случайных «козлов отпущения».
Разоблачения путинских преступлений будут и дальше подаваться обществу как заговор против России. В прошлом такая тактика обычно успешно помогала диктаторам. Достаточно вспомнить истории с санкциями Лиги Наций против Муссолини в 1935 году и резолюцией ООН 1946 года, резко осудившей режим Франко. Подняв волну патриотической истерии, эти диктаторы только укрепили свою популярность и власть. А вскоре им удалось выйти из международной изоляции. Муссолини заключил союз с Гитлером и Микадо. А Франко в ситуации Холодной войны продал себя Западу в качестве естественного союзника в борьбе с коммунизмом. Аналогичные попытки Путина подать себя в качестве борца с исламизмом, уже провалились. Так что страну ждет положение международного изгоя. В ответ власти сделают хорошую мину при плохой игре и начнут восхвалять изоляционизм как способ «защититься от разлагающего влияния растленного Запада». То есть в стране будет усиливаться насаждение государственной шовинистической ксенофобской идеологии. А во внешней политике, по своему обыкновению, Путин будет пытаться вести себя в стиле «лучшая защита — нападение», пускаясь во все новые военные авантюры.
Крыса, загнанная в угол, будет бросаться на окружающих, пока не попадет под неотвратимое колесо истории.