Президентство Трампа все же является головной болью для Москвы. Популярная мысль, дескать, Кремль мечтал видеть Трампа в Белом Доме, в лучшем случае, преувеличение. Москве было бы удобнее работать с Хиллари Клинтон. По мере того, как разворачивается шоу Трампа, в российских политических кругах нарастает ужас. Попытки пропаганды демонстрировать симпатию в отношении Трампа плохо маскируют реальную обеспокоенность Москвы, - пишет Лилия Шевцова для The American Interest. Перевод статьи приводит НВ.
Провал Флинна, после которого Белый Дом сменил риторику в отношении России на более жесткую, взбесил Москву: с одной стороны, Кремль хочет сохранить удобную площадку для диалога с Трампом; с другой – должен ответить на выпады Трампа, но не переусердствовать.
Россия недоумевает, как реагировать на Трампа. Российские политики определенно приветствуют перспективу смену политического курса США, который может отбросить все ценности и оставить европейских союзников в сложном положении.
Несколько вещей особенно беспокоят Кремль.
Лозунг Трампа "Америка прежде всего". Россиянам стоит волноваться, если эта фраза означает американский изоляционизм. Но если, как считают некоторые наблюдатели, речь идет о самоутверждении с расовой или этнической окраской, РФ может воспринять это как угрозу.
Во-первых, Кремль стоит во главе многонациональной империалистической конструкции, а значит, не осмелится увлекаться идеями этнического превосходства. Во-вторых, Москва не может себе позволить участвовать в еще одной гонке вооружений с США, которая грозит завершиться так же, как и у Советского Союза.
Кроме того, глобальный национализм – не тот принцип, на котором Кремль сможет построить интересную ему политику; как убедить украинцев, белорусов и остальные постсоветские нации отказаться от национальной идентичности?
Деловой подход, который пообещал Трамп, не успокаивает Москву. Представление Трампа о ведении дел в формате "кто кого" – когда есть однозначные победители и проигравшие – мало подходит для игры Путина. Если учесть стиль руководства Трампа, требующего обожания и покорности подчиненных, станет ясно, что все надежды на взаимное сближение напрасны.
Может ли Россия стать союзником США в борьбе с Китаем и Ираном? Да ладно! Кремль не склонен к суициду. Москва, конечно, не готова обниматься с Китаем и Ираном, но вражда может обернуться полным кошмаром.
Может ли Россия стать партнером США в борьбе с международным терроризмом? Для начала Трампу с Путиным придется договориться о том, кого называть "террористами". Москва признает ХАМАС и Хезболлу террористическими организациями? Вряд ли. Так что Трампу с Путиным понадобится немало времени, чтобы понять, насколько они далеки друг от друга в этом вопросе.
Во-вторых, если Трамп мыслит в категории "столкновения цивилизаций" и считает ислам глобальной угрозой, он не примет поддержки Москвы. Кремль не может помогать бороться с исламом, когда 20 млн мусульман – граждане России.
Если этого мало, чтобы заставить Москву волноваться, можно добавить еще непредсказуемость, воцарившуюся в Вашингтоне. Кремль мог себе позволить быть непредсказуемым и безумным на международной арене в последние годы, полагаясь на предсказуемость Запада. Но если так себя ведет Вашингтон, Россия теряет основные инструменты ведения международной политики. Кроме того, Трамп/Бэннон/Ленинист призывают уничтожить господствующую верхушку и устроить хаос, а это – проклятие Кремля, ненавидящего саму идею революционных изменений, особенно тех, что касаются высшего класса.
Можно поспорить, что команда Трампа в поиске баланса между постмодернизмом последних лет с долей премодерна и антипросветительского традиционализма, может тепло отреагировать на сообщения Кремля в этих вопросах. Ирония в том, что эти стремления в стиле Муссолини со стороны Вашингтона (если он продолжит), совпадающие с кремлевскими поисками новых форм легитимности, обречены привести к взаимной вражде и подозрительности до тех пор, пока кто-то не согласится стать младшим партнером в их общем разрушительном проекте. Что сомнительно.
В конце концов, стоит внимательно отнестись к предостережениям некоторых российских прокремлевских обозревателей: они считают, будто глупо надеяться на любую сделку с Трампом по двум причинам.
Во-первых, не стоит сбрасывать со счетов возможность импичмента Трампа. Сегодняшние приятельские отношения Путина с Трампом могут создать проблемы для следующего американского лидера и заложить русофобию в основу будущей американской национальной консолидации.
Во-вторых, любая сделка с Вашингтоном Трампа будет направлена против союзников России (таких как Иран) и плохо скажется на великом русском проекте по созданию плеяды союзников на ее орбите. Почему? Потому что мир решит, что основой партнерства Россия-США стал не союз равных. Они решат, что США использовали Россию для продвижения собственной политики, так же, как Россия использует международные связи для продвижения своей повестки.
Кремль может надеяться, что Вашингтон выберет план Киссинджера и попытается достичь "нового баланса" с Москвой, согласившись на российские условия.
Обе стороны для начала могут попытаться найти общий знаменатель. Но рано или поздно они выяснят, что во времена релятивизма у них разное понимание того, как выглядит беспроигрышная сделка. Помните, мы живем в мире постправды, и Трамп – новичок по сравнению с Путиным, когда речь заходит о манипуляции "правдоподобностью" в политике. Трамп не терпелив и высокомерен, а эти черты мешают добиваться от Кремля положительных результатов.
Более того, любое улучшение отношений с Америкой после недавнего Холодного мира будет зависеть от того, согласятся ли США с недавними кремлевскими успехами. В противном случае непросто объяснить российской аудитории такой резкий разворот от конфронтации к кооперации.
Готов ли Трамп отойти от американских позиций, когда такая очевидная близость к Путину подтвердила бы все подозрения, что он поддерживает РФ? Путин и Трамп могли бы избежать возвращения к конфронтации, создав новый формат совместной работы, выгодный обеим сторонам: публично продолжая использовать твердую риторику, между собой они могли бы достичь согласия.
Президент Трамп в таком случае должен ослабить санкции. Тем не менее, такое сложно представить. Высшие круги в Вашингтоне считают Россию врагом и Кремлю нечего им предложить.
А значит, нет сомнений в том, что роман Трампа с Путиным закончится плохо. Однако важнее, какими будут последствия новой Холодной войны, если учесть, что президентство Трампа пробуждает в России премодерные инстинкты. Пока можно сказать, что Россия после Трампа достигнет нового баланса: более агрессивного, подозрительного и обиженного. По крайней мере, это единственное в чем можно быть уверенным в этом неопределенном мире.