"Путина будут судить", - оптимистично заявил министр юстиции Павел Петренко, прогнозируя последствия решения Международного суда ООН в Гааге по иску Украины против России. По его словам, Минюстом собрано большое количество доказательств против России, которые уже направили в суд. Эти документы являются календарным дневником нарушений прав человека со стороны России, которые были зафиксированы в Крыму и на Донбассе. Даже настроенные на победу специалисты понимают, что процесс будет длиться годами, но все равно в конечном итоге они видят российского президента на скамье подсудимых. Желательно – в наручниках.
Фраза "Путина в Гаагу!" за три года превратилась в мем и на самом деле является непреодолимым желанием подменить действительность. Потому что мир реальный, и в нем Путин обречен дожить до глубокой старости, спокойно умереть в своей постели, и его похоронят с почестями в кремлевской стене, недалеко от его кумира Иосифа Сталина. Рядом с Лениным его не положат, отдельного мавзолея также не построят, как бы не стремились к этому едкие сатирики. Современный мир впервые столкнулся с явлением, которое на языке российских уголовников называется "отрицалово" - когда пойманный за руку на месте преступления начинает отрицать очевидное и не принимать никаких доказательств собственной вины.
На тома выводов и после часов зачитывания приговора он всегда скажет коротко: "Это не я". Анекдот про ракетный комплекс, найденный "повстанцами" в шахтах Донбасса – красноречивый тому пример. Потому что даже понимая абсурдность ситуации, председатель украинской делегации в Международном суде Елена Зеркаль написала на своей странице в Facebook: "Не надо легкомысленно относиться к российским представителям. Каждое их слово будет серьезно принято во внимание судьями". Даже этот маразм про "БУКи" в шахтах, ведь правила России – играть без правил.
Проблема также, что отдельно взятого преступника потом все равно можно дальше держать в изоляции от общества, в отличие от президента вооруженного до зубов государства, которое, ко всему, имеет огромные финансовые ресурсы для подкупа тех, кого нельзя запугать. Нефтедоллары для России такое же оружие, как и ядерное, причем его, в отличие от боеголовок, можно применять тихо, безопасно для себя и, главное, ежедневно. Это не означает, что Путин подкупит суд ООН, чтобы там приняли решение не в пользу Украины. Сотни "друзей России" в Европе, Америке и всем мире начнут вслух сомневаться в объективности судей. Ведь поддерживать Россию и искать дружбы с Путиным пока не считается поступком, за который в приличном обществе не подадут руки и исключат из всех джентльменских клубов.
Если вчитаться в формулировки, Украина обвиняет Россию не в нарушении государственных границ и военном вторжении и последующей оккупации, а в нарушении прав человека на оккупированных территориях и поддержке незаконных вооруженных формирований и финансировании терроризма. Ладно, пусть поставки оружия и военной техники еще можно доказать, но юридическая ловушка здесь заключается в том, что торговля оружием законная, если, извините за тавтологию, она происходит законно. Однако обвинения в нарушении прав людей на оккупированных территориях могут означать следующее. Чтобы права населения Крыма и ОРДЛО не нарушались, то есть, если бы каждому выдавали ежемесячно на руки солидную сумму денег и они все хором славили Россию, претензии Украины к агрессивному соседу не имели бы под собой оснований.
Украинцы хотят видеть в Гааге что-то вроде Нюренберского процесса над нацистской Германией. Нацизм признан преступной идеологией, но коммунисты, не меньше виновные в развязывании Второй мировой, суда избежали как победители. Не состоялось суда над коммунистами и после распада СССР, поэтому на его обломках восстала нынешняя Россия, которая успешно перенимает тактику большевиков: именно они развязали за сто последних лет десяток войн разного масштаба, но ни за одну не взяли на себя ответственность. Из-за этого первым реальным шагом, который приблизит Путина к скамье подсудимых, будет не решение суда ООН относительно украинского иска, а другое решение: приравнять коммунистов к нацистам, пусть и через полвека. И на основании уже этого изолировать государство, чья политика базируется на реставрации СССР. Запрет советского и несоветского должен сработать так же, как запрет нацистского, и тогда на нынешнюю Россию можно будет взглянуть новыми глазами.