В частности, в ходе т.н. "открытого урока" 1 сентября этого года он несколько раз говорил на тему, какую со времени разгрома гитлеровского режима затрагивать в политическом дискурсе стало не совсем приличным.
В.Путин: Мы сейчас с Дмитрием Юрьевичем Мироновым, исполняющим обязанности губернатора, когда добирались сюда, он мне показал: "Смотрите, вот Успенский собор – построен в честь тысячелетия Ярославля". Только Ярославлю у нас более тысячи лет! А страна наша существует ещё больше, гораздо более тысячи лет. Для чего это говорю?! Посмотрите, далеко не все страны, не все народы смогли пройти такое испытание временем, существовать, развиваться, преодолевать трудности и укреплять себя более чем тысячу лет. За эту тысячу лет наши предки, поколения, которые жили до нас, предприняли колоссальные усилия для того, чтобы наша страна стала той державой – могучей, великой державой, – какой она является сегодня, вышла к Тихому океану, добилась высоких результатов в науке, технике, образовании... Но возникает вопрос: если мы существуем более 1000 лет, так активно развиваемся и укрепляем себя...
Не вполне обычное – шестикратное за несколько минут – упоминание Путиным возраста страны в тысячу лет и более заставляет вспомнить о гитлеровском тезисе про "тысячелетний рейх". И, естественно, производит впечатление, что новый кремлевский лозунг взят из тех же источников, что и предыдущие идеологические и практические заимствования подобного рода ("арийское племя, спустившееся с Карпатских гор..."; "хороший Гитлер до 1939 года"; "крупнейший разделенный народ мира"; аннексия Крыма как римейк аннексии Судетов).
Строго говоря, во время "открытого урока" Путин старался не использовать достаточно точный и более или менее однозначно понимаемый термин государство, заменяя его словом страна ("страна наша существует", "наша страна стала...", "не все страны, не все народы смогли пройти").
Тем не менее практическое использование им термина "страна" явно свидетельствует о том, что Путин применяет его в значении именно "государства":
- "наша страна стала той державой – могучей, великой державой", т.е. страна стала даже не просто государством, а могучим, великим государством – могучей державой;
- "наша страна... вышла к Тихому океану" – как известно, страна в физико-географическом смысле не может "куда-либо выйти", она может лишь "находиться" в том или ином месте; в отличие от этого страна в политическом смысле, т.е. государство, может "двигаться", "передвигаться", "выходить к морям и океанам", поскольку государство может передвигать свои государственные границы, выносить их к тому или иному морю или океану.
Какое же событие Путин имел в виду в качестве рождения возглавляемого им государства, когда говорил о "тысячелетнем, более чем тысячелетнем, возрасте нашей страны"?
Судя по всему, его не удовлетворяет традиционная, всем хорошо известная, концепция времени основания российского государства Рюриком в 862 г.
Во-первых, в этом случае нынешний возраст государства (1155 лет) было бы уже не так просто округлять до просто "тысячи лет", даже до "более тысячи лет".
Во-вторых, не припоминаю, чтобы Путин когда-либо публично отмечал роль Рюрика в становлении российского государства. Или же после 2004 г. он предпринимал бы какие-либо усилия по закреплению в общественной памяти роли Старой Ладоги и Великого Новгорода как первых столиц российского государства, с которыми как раз и была связана деятельность Рюрика.
Наоборот, невероятный интерес лично Путиным был неоднократно проявлен (и средствами государственной политики в течение уже многих лет поддерживается) по отношению к деятельности другого князя – Вольдемара-Владимира Святославовича. Главное же отличие интенсивно рекламируемого нынешней властью Вальдемара от неинтересного Путину Рюрика заключается, естественно, не в их этническом происхождении – оно у них обоих одно и то же – варяжское.
Главное их различие, судя по отношению к ним Путина, заключается в результатах их деятельности – в том, что в отличие от Рюрика Вольдемар был создателем идеологического (православного) централизованного государства.
Именно захват Вальдемаром Херсонеса и крещение им Руси – это главные идеи в путинских "крымских" речах и выступлениях, в памятнике Вальдемару около московского Кремля, в предложенной Путиным недавно формуле Русского, централизованного Российского государства:
...что касается Херсонеса,... [то з]десь нужно создавать русскую, российскую "мекку"......дело в том, что после этого началось укрепление централизованного Российского государства. Да, конечно, мы знаем, что и в Новгороде, в других регионах Древней Руси складывалась государственность уже к этому времени, все понятно. Но вот идеологической базы для объединения славянских племен в единую русскую нацию и в укрепление единого национального Российского государства на базе нескольких составляющих [не было. – А.И.], они хорошо известны – это единый рынок, это общий язык, это вера общая и власть князя. Вот четыре главные составляющие, которые привели, собственно говоря, к созданию относительно современного, по тем меркам современного единого национального Русского государства и созданию, по сути, русской нации как таковой. ...место, где мы находимся сейчас, Херсонес, оно... имеет уникальное значение для нашего государства, для нашего народа и для нашей государственности.
Иными словами, в интерпретации российской истории Путин совершает настоящий переворот (кто-то скажет: революцию, кто-то: ревизию), утверждая, что создание централизованного православного государства (оставим на время в стороне выяснение того, насколько это утверждение соответствует действительности) было событием несопоставимо более важным (уникальное для нашего государства, нашего народа, нашей государственности), чем факт появления самого государства (ив Новгороде, в других регионах Древней Руси складывалась государственность уже к этому времени, все понятно. Но вот идеологической базы [не было]).
Таким образом, Путин по сути заявляет, что русское государство возникло только в результате приобретения им идеологической базы (православия), а до этого государства не было, была лишь государственность, да и она только складывалась (в Новгороде, в других регионах).
Поэтому, по Путину, российское государство появилось не в Ладоге в 862 г., не в Новгороде в 864 г., не в Киеве в 882 г., а только в Херсонесе в 989 г.
Тем самым ради "централизованного государства с идеологической базой" Путин совершает, между прочим, поистине невероятный шаг, уменьшая традиционный возраст российского государства, минимум, на 137 лет.
Но зато такая "жертва" теперь "достойно" окупается возможностью провозгласить существование "тысячелетнего централизованного государства с православной идеологической базой", так сказать, тысячелетнего православного рейха.
Что, собственно, дает нам некоторое представление об идеологической и практической составляющих приготовляемого для российских граждан ближайшего будущего.