Для начала – одна цитата, ныне граничащая чуть ли не с экстремизмом: «Нам всем кажется (не скрою, и мне иногда так кажется), что если навести твердый порядок жесткой рукой, то всем нам станет жить лучше, комфортнее и безопаснее. На самом деле эта комфортность очень быстро пройдет, потому что эта жесткая рука начнет нас очень быстро душить. И мы это мгновенно ощутим на себе и на членах своих семей. Только в условиях демократической системы, когда сотрудники правоохранительных органов, как бы мы их ни называли – КГБ, МВД, НКВД – как угодно… Когда они знают, что завтра либо через год может произойти смена политического руководства в стране, в регионе и в городе – с них спросят: «А как вы выполняли законы той страны, в которой вы живете?»
Этот прогрессивный карбонарий – не убитый оппозиционер Немцов, не застреленная в лифте Политковская. Это слова Владимира Путина, твердо произнесенные им в 1996 году.
Он врал и вербовал всегда. Он тихо и почти неслышно шелестел серыми крылышками, перелетая из одного кабинета в другой. Таскал за Собчаком тяжелые чемоданы, подписывал дурно пахнущие бумажонки, выполнял грязную работу в угоду Ельцину, и однажды воскликнул: «Алиллуйя! Вот я и в Кремле!..» По стране гремели взрывы жилых домов, в Чечне лились кровавые реки, и смертельно перепуганное население вопило, заходясь в истерике: «Мочи их всех, мочи!..» И он мочил.
Не забывая продвигать наверх своих дружков, сослуживцев да подельников, и походя набивать деньгами собственные карманы. Перенастроенные на пропаганду СМИ принялись воспевать его «мачизм», захлебываясь от восторга: с представителями «второй древнейшей», наконец-то, стали делиться «сверху», отламывая и швыряя в эту бл…дскую кучу доселе невиданные жирные куски. А облапошенное население, уверовавшее в исключительность и гениальность нового вождишки, развесило уши и включилось в процесс тотального разврата – до тех пор, пока, по выше означенному фигурантом сценарию, их не принялись душить – жестко и бесстрастно. «Вчера лохов душили-душили, душили-душили – а они любят все крепче и крепче», - так, наверное, шутили на Лубянке, анонсируя очередные «путинги» для бюджетников и гастарбайтеров. И «лохи» прижимали ушки, и пёрлись в любую погоду с плакатиками «Верим Путину!», дабы их не уволили, не вышвырнули на помойку, потому что «семьи, дети, больные родители, и надо их кормить…»
А потом были Крым, Донбасс, Сирия, санкции, «кругом враги, шпионы и предатели», убийства и посадки несогласных да инакомыслящих. Единственное, чего пока не случилось – это тяжкой расплаты за массовое погружение в политическую содомию. Но посыльный со счетом в руках уже открывает дверь в каждый подъезд, поднимается по первым ступенькам. Это – не злой почтальон, нанятый «завистливым Западом». Это – логичное возвращение бумеранга ненависти, пущенного обезумевшей империей в сторону цивилизованного мира.
Так получилось, что выбор, сделанный в 1999-м больным Ельциным и подтвержденный в 2000-м насмерть перепуганными россиянами, стал роковым и разрушительным как для самой России, так и для ее ближайших соседей. Он стал смертельным для десятков тысяч людей – как в России, так и за ее пределами. Серый подполковник, намертво вцепившийся во власть, сеет вокруг себя и вокруг России зерна смерти, лжи и ненависти.
7 октября ему исполнится 65 лет. Для злодея его уровня – вполне дееспособный возраст. Можно сказать, «расцвет», если подобное слово вообще уместно в контексте разложившегося государства и полуразрушенной страны. Это – период цветения кровавым цветом полицейских дубинок и наливания кровью упырей в судейских мантиях. Это – кульминация шабаша беспредельщиков и отморозков, призванных на государеву службу во имя продления его сатанинских дней. А точнее – погружения страны во тьму, призванную стать вечной.
И, пожалуй, единственное, что хочется подарить юбиляру в день «торжественного поклонения зверю» - это именной пистолет с одним патроном. Преподнести этот дар с единственным сопроводительным словом: «Сдохни!..»