И запретил расследовать деятельность бывших акционеров банка. Оказывается, так можно было. Сначала выводишь из страны миллиарды долларов. Потом запрещаешь кому-то расследовать, как ты это сделал. И все. И украинский суд, самый справедливый суд в мире, входит в твое положение. И говорит, что ни в коем случае нельзя узнавать, что же делали бывшие акционеры в банке.
Мы, конечно знали, что юристы Привата могут в украинских судах все. И без поддержки государства, без политической воли, там Коломойского и Ко не одолеть. Но, казалось, что у власти хватит чувства собственного достоинства, чтобы не допустить таких решений суда. Но, похоже, случайные встречи в Амстердаме не случайны. И сначала прокуратура помогает Суркисам в их борьбе за деньги налогоплательщиков, ставая на сторону очевидно связанных лиц. И заставляют банк выделять деньги на новые трансферы Динамо и ставки в казино в Монако. А потом суды вообще запрещают расследовать деятельность бывших собственников. Просто и красиво. И нагло. Впрочем, примерно также, как и говорить, что генеральный прокурор может случайно встретить крупнейшего олигарха в Амстердаме. Если они относятся к людям как идиотам, то относятся так во всем.
Представляете, вы убиваете человека. А потом запрещаете полиции вас ловить за это преступление. И суд принимает вашу сторону. Дико звучит? Совершенно. Тоже самое и тут. Также дико. Просто запрятано во множество сложных слов. Но преступление всегда есть преступление. И если украинские налогоплательщики вынуждены потратить на национализацию банка больше 150 млрд грн, то это преступление. За которое кто-то должен заплатить. Но пока что платят только украинские налогоплательщики. С молчаливого согласия власти. Которых может заставить МВФ сделать национализацию. Но не может потом условный государственный департамент уследить за всеми решениями судов.
Из хорошего – наверное детективы Kroll накопали много интересного, если результат их труда запрещают публиковать. Впрочем, там никогда особо не заморачивалась и не прятали свои схемы.