18 января в Украине де-юре завершилась антитеррористическая операция (АТО) в Донбассе. Принятием закона о реинтеграции Донбасса (полное название - "Об особенностях государственной политики по обеспечению государственного суверенитета Украины над временно оккупированными территориями в Донецкой и Луганской областях") Киев поставил точку в дискуссии о статусе отдельных районов Луганской и Донецкой областей (ОРДЛО), а также о роли России в конфликте на востоке Украины.
На четвертом году войны оккупация признана оккупацией, а агрессор назван агрессором. Впрочем, несмотря на это, остается еще множество вопросов относительного будущего как оккупированных Россией территорий, так и взаимоотношений Украины со страной-агрессором.
Победа Порошенко
Принятие закона о реинтеграции Донбасса можно без преувеличения назвать победой президента Петра Порошенко. И дело даже не в том, что за этот документ проголосовали без учета большинства поправок, которые предлагала демократическая оппозиция. Их большинство депутатов не одобрили. Речь идет о полномочиях главы государства. Оппоненты Порошенко утверждают, что отдельные нормы закона по введению военного положения без четкого контроля той же Верховной рады могут привести к узурпации власти. Речь идет о контроле Донбасса с помощью Объединенного оперативного штаба Вооруженных сил Украины.
Собственно, с момента вступления этого закона в силу все происходящее в зоне боевых действий будет подчинено именно этому штабу. До сих пор контроль над так называемой АТО в Донбассе был возложен на Службу безопасности Украины (СБУ). Согласно документу, штаб должен осуществлять планирование, организацию и контроль по выполнению задач для сдерживания и отпора агрессии. Объединенный штаб будет устанавливать и порядок перемещения товаров в ОРДЛО. Последнее, кстати, вызывает много вопросов, учитывая уровень коррумпированности власти, а также то, что весной 2017 года Украина прекратила торговлю с оккупированной частью Донбасса.
К большому сожалению, парламент Украины так и не решился законодательно определить так называемые "ЛНР" и "ДНР" террористическими организациями и усилить нормы закона более точными формулировками относительно агрессора. Но все же важными остаются три момента: ОРДЛО придали статус оккупированных территорий; АТО завершено, и, очевидно, должно появиться понятие "война"; Россия признана страной-агрессором и оккупантом. Как украинская власть будет использовать эти законодательные нормы в своей дальнейшей борьбе за Донбасс, а позже - и за Крым - вопрос пока открытый.
Война - войной, а реинтеграция - без расписания
План возвращения Украине оккупированного Донбасса уже давно существует. Он навязан Москвой Киеву в виде минских соглашений. В них, как известно, есть все - и амнистия для воюющих на стороне ОРДЛО, и создание отрядов "народной милиции" на освобожденных территориях, и проведение местных выборов и многое другое. Кремль и не скрывает, что после завершения войны в Донбассе он хотел бы оставить за собой контроль над ОРДЛО. В составе России так называемые "ЛНР" и "ДНР" не нужны. Это очевидно.
У украинской власти четкого плана реинтеграции Донбасса пока нет. До сих пор Киев вынужден был только реагировать на инициативы Москвы. Принятый Радой закон только определяет возможный инструментарий для возвращения ОРДЛО под контроль украинского государства: объявления на оккупированных территориях режима военного положения, введение туда войск, создание военных администраций и перемещение товаров под контролем Объединенного оперативного штаба Вооруженных Сил Украины. Когда ОРДЛО перейдет под контроль украинского государства никто не знает. Очевидно, Киев будет это решать не самостоятельно, а вместе с той же Москвой и международными посредниками.
Самым трудным для Украины будет не столько возвращение территорий, которые сегодня находятся в оккупации, а людей. Пропагандистская машина ОРДЛО, сформированная при помощи российских консультантов, делает свою работу - формирует у жителей оккупированного Донбасса образ Украины как врага. Вывод техники РФ не вернет сознание жителям так называемых "ЛНР" и "ДНР", прожившим четыре года в условиях оккупации, и не отучит их детей называть украинцев "украми" и "захватчиками". Похоже, во всей этой истории с возвращением Донбасса это - самое сложное задание для украинской власти.
Гибридная дипломатия
После признания Верховной радой очевидных фактов - оккупации и страны-агрессора не совсем понятным остается один вопрос. Собирается ли в условиях российско-украинской войны официальный Киев и дальше поддерживать дипломатические отношения с Москвой. Ранее украинская власть утверждала, что эти самые отношения сведены к минимуму: посла Украины в РФ давно уже нет, а консульства просто вынуждены работать ради тех соотечественников, которые сегодня находятся на территории вражеского государства.
Предложение о разрыве Украиной дипломатических отношений с Россией Верховная рада не поддержала. Более того - до сих пор действует Договор о дружбе, сотрудничестве и добрососедских отношениях между двумя странами, который еще в 1997 году подписали Борис Ельцин и Леонид Кучма. В 2014 году после аннексии Крыма в украинском парламенте пытались денонсировать этот документ. Второй раз - во время рассмотрения закона о деоккупации. В Раде посчитали, что отказ от этого договора снимет с России все обязательства относительно нерушимости границ Украины.
После 18 января 2018 года возникает иная реальность. Россия признана страной-оккупантом с одной стороны, на нее возлагаются все обязательства по содержанию оккупированных территорий, а с другой - она же остается добрым соседом, другом и братом. Никакой высылки из Украины российских дипломатов, мирно работающие здесь посольство и консульства, культурные центры РФ, присутствие российского бизнеса практически во всех сферах, в том числе и стратегических, украинской экономики. Вслед за гибридной войной, которую Украине навязала Россия, Киев пытается сохранить с Москвой гибридную дипломатию. Хотя, эта самая дипломатия все больше похожа на шизофрению: признавать РФ агрессором и продолжать с ней дружить.