Именно они, а не представители спецслужб, будут теперь принимать все решения на Донбассе, в том числе и по применению военной силы. Но главное: Украина наконец-то юридически признала: на востоке страны она имеет дело не с террористами, а с представителями оккупационных администраций, коими являются так называемые "ЛНР" и "ДНР". Ну, а оккупант, теперь уже официально, - Россия.
Четыре года АТО на Донбассе
12 апреля 2014 года отряды боевиков, которыми руководили представители российских служб, начали войну в Донбассе. Вооруженный захват Славянска, Краматорска и Дружковки положил начало военному конфликту на востоке Украины. Тогдашний и. о. президента Александр Турчинов объявил о начале антитеррористической операции. Впрочем, в ходе спецоперации по освобождению захваченных городов стало ясно, что украинское государство столкнулось не с классическими террористами, а с российскими военными. И то, что в Киеве нарекли АТО, оказалось обычной войной.
На протяжении четырех лет войны на Донбассе боевые действия, в результате которых уже погибло более 10 тысяч человек, продолжали называть антитеррористической операцией. За это время те, кого считали террористами, при активной поддержке России сформировали свои армейские корпуса, вооружились тяжелой техникой и научились воевать. "ЛНР" и "ДНР" превратились в инструмент для оккупантов. Хозяином на территориях стал Кремль.
Кто-то говорит, что изменение вывески АТО на Операцию объединенных сил кардинально ничего не меняет. Мол, все это - пиар президента Порошенко накануне предстоящей избирательной кампании. Если это и так, то за этим пиаром - давно ожидаемое признание России оккупантом, а "ЛНР" и "ДНР" - оккупационными администрациями. Юридически слова "война" взаконе о реинтеграции Донбасса, согласно которому завершено АТО, нет. Возможно, для того, чтобы не провоцировать Россию на широкомасштабные действия. Но война шла и идет. И больше не надо стыдливо называть ее АТО.
Что теперь будет на Донбассе?
С 30 апреля на Донбассе действует особый порядок. Его внедряет командование Объединенного оперативного штаба, которое пришло на смену Службе безопасности Украины (СБУ). Вдоль линии соприкосновения будут действовать так называемые зоны безопасности. Теперь только военные будут принимать решения и по ужесточению пропускной системы, и по перемещению военных и гражданских лиц в зоне боевых действий. Словом, все и вся, в том числе и подразделения СБУ и Нацполиции, подчинены командующему Объединенного оперативного штаба, а тот - министру обороны и президенту, как верховному главнокомандующему вооруженных сил Украины.
По закону о реинтеграции военные получили право в случае необходимости применять оружие, временно ограничивать или запрещать движение транспортных средств и людей на улицах, проверять документы и многое другое, что уже и так давно происходило. Возможно, со стороны все это выглядит странно - война же идет, но военные до сих пор были ограничены в действиях законом. Результат - не вовремя принятые решения и потери.
Переход ситуации на Донбассе под контроль военных означает, что именно на них возложено освобождение оккупированных территорий и защита территориальной целостности Украины. Министр обороны Степан Полторак говорит, что сейчас речь идет о стабилизации ситуации в зоне боевых действий. Будет принято решение об освобождении Донбасса, обещает глава Минобороны, военные выполнят и это решение. Словом, создав Объединенный оперативный штаб, Украина продемонстрировала всему миру: она готова и дальше бороться за свою территорию.
Дилемма для Порошенко
При этом за последний год Петр Порошенко не единожды подчеркивал, что он - президент мира, а не войны. По его словам, Украина не собирается с оружием в руках освобождать оккупированный Донбасс. Только дипломатия, только мирные переговоры. Но вопрос, с кем Киев должен вести переговоры? Согласно уже упомянутому закону о реинтеграции Донбасса, Россия признана агрессором и оккупантом. "ЛНР" и "ДНР" - оккупационными администрациями. И в то же время российская сторона - участник переговоров по урегулированию конфликта в Донбассе и в минском, и в нормандском форматах.
Создание украинской стороной военной администрации в Донбассе, с одной стороны, четко объясняет, что происходит на востоке страны. А с другой, - вряд ли это кардинально что-то изменит, учитывая, что Киев не собирается силой отвоевывать свою территорию. Иными словами, достав пистолет из кобуры, Петр Порошенко не собирается стрелять. Почему? Глава украинского государства, очевидно, опасается разворачивания широкомасштабной войны с Россией, которая несет угрозу не только Украине, но и всему миру.
Завершение АТО не означает завершения войны на востоке Украины. Просто страна привыкает жить в состоянии войны. Хотя люди, очевидно, никогда не смирятся с гибелью дорогих и близких им людей. Поэтому день окончания АТО на Донбассе - это продолжение борьбы с оккупантами, имена которых четко артикулированы на законодательном уровне.