Черные внешнеполитические лебеди слетались к инаугурации стаями: души 200 вагнеровцев, посланных кремлевским поваром отжать в пустыне у бармалеев нефтяной заводик; стражи исламской революции по пути на встречу с cорока девственницами, куда их отправили израильские ракеты; Трамп и Си, серьезно продвинувшиеся в решении корейской проблемы; ракеты Javelin, поставленные в Украину несмотря на все апокалиптические предупреждения директора Московского центра Карнеги Дмитрия Тренина; 24 распятых на сайте министерства финансов СШАкремлевских мальчика в олигархических трусиках; неблагодарные армяне, совершившие непозволительную мирную революцию против своих воров во власти, пишет Андрей Пионтковский для "Радио свобода".
Не заметить кумулятивную катастрофу российской внешней политики было невозможно, и на нее откликнулось немало экспертов. Наиболее откровенно и жестко высказался давний и последовательный критик Кремля, краткий дайджест записи в блоге которого приводится ниже.
Путинская внешняя и внутренняя политика последних лет привела к тому, что к российскому государству в мире теперь относятся как к мафиозной группировке, влияние которой необходимо нейтрализовать всеми возможными способами. Конечно, первый по значению и времени фактор, который сформировал такую ситуацию, – политика в отношении Украины. Кремль не желает признавать, что аннексия Крыма и кровопролитие в Донбассе – это вовсе не достижения, а источники серьезнейших проблем. Одновременно ситуация в Сирии, которая для России является капканом, в который она добровольно влезла. События 7 февраля в районе Дейр-эз-Зора на востоке Сирии можно считать более чем внятным предупреждением. Можно предположить, что осознание стратегического тупика стало одним из источников вдохновения для выступления Путина в Манеже в марте этого года. Однако в США рассказы российского президента о суперракетах считают полезным для них блефом.
Статус государства-мафии в глазах Запада (и не только) будет постоянно и мощно работать против России. Еще в 2015 году приглашенному на военный парад в Пекин Путину показали целые колонны военной техники, окрашенной в зимнюю маскировку. Как вы думаете, где и с кем китайцы собираются воевать в снегу? Утрата Россией международной политической субъектности, квалификация ее как государства-мафии приведет к тому, что к нашей стране будут относиться как к большой потенциально ничьей территории, богатой природными ресурсами.
Люди мейнстрима, связанные своим положением во властных и околовластных структурах, но не совсем равнодушные к судьбе своего отечества, высказывали, по существу, ту же оценку положения страны в мире, но в выражениях гораздо более округлых и щадящих самолюбие начальства. Их задачей было тактично склонить инстанцию к зондирующим переговорам с США о деэскалации напряженности, а возможно, и частичном снятии санкций. Замысел удался, и предварительную работу в поле поручили профессионалам с обширным кругом хороших знакомых и даже близких друзей в Вашингтоне. Один из них изложил не без литературного изящества исходную позицию российской стороны:
Дорогой Джон!
Пишу тебе с грустью, которую ты, вероятно, разделяешь. Отношения России и США продолжают ухудшаться день ото дня. Очередные отчаянные попытки переломить негативный тренд в наших отношениях оказались бесплодными. Ясно, что нам всем предстоят еще более тяжелые времена. Возможно – очень надолго.
Похоже, ваше давление на Москву будет только усиливаться на широком фронте или даже одновременно на нескольких фронтах – экономическом, политическом, военно-техническом, информационном. Не хочу начинать спор о том, как мы дошли до жизни такой и какая сторона виновата больше. У меня к тебе, если позволишь, другой, более актуальный вопрос.
Джон, а чем все это, с твоей точки зрения, должно в итоге закончиться? Насколько я могу судить из Москвы, никакие тактические уступки Кремля положения уже не спасут и общий вектор политики США не поменяют. Стратегическое направление избрано всерьез и надолго. Прошлогодний закон о санкциях – четкий и недвусмысленный сигнал. Джон, скажи честно, а ты бы взялся оценить региональные и глобальные риски, связанные со сменой режима в Москве? В том числе и риски непосредственно для американской безопасности и американских интересов? Как ты полагаешь: не слишком ли высокую цену придется заплатить Вашингтону за попытки изолировать Москву?
Что же с нами всеми происходит, Джон? Когда мы утратили способность к стратегическому мышлению? Этика ответственности, по Веберу, предполагает готовность предотвратить большее зло, в том числе и с помощью зла меньшего.
Виртуозная вербовка с грустью. Никакого грубого ядерного шантажа – так, легкими мазками: риски, высокая цена, мы зло меньшее по Веберу, которого мы с тобою, Джон, люди одной крови, оба читали в далекой юности…
Единственная помарка и явная натяжка в почти безупречном тексте – это его заголовок: "Чего ты хочешь, Джон?" Резкая эскалация конфронтации, начиная с 2014 года, вызвана не тем, чего хочет Джон, а как раз тем, чего не просто хочет, а настойчиво домогается силой Кремль. Официально это называется Новый миропорядок (подсознательная фрейдистская аллюзия к гитлеровскому Новому порядку). В Кремле об этом даже фильм сняли, свой маленький "Триумф воли". А в практическом плане вожделенный "Миропорядок-2018" заключается прежде всего в "Новой Ялте".
Один известный практикующий раб на галерах назвал распад Советского Союза крупнейшей геополитической катастрофой XX века. На мой взгляд, распад этот вызвал прежде всего крупнейшую психиатрическую катастрофу в головах людей, скромно называющих себя российской политической элитой. Если есть сегодня какая-то одна сверхидея, объединяющая ушибленных катастрофой персонажей, то это их "доминирование на постсоветском пространстве"; признание его "зоной наших привилегированных интересов"; преодоление "унижения 90-х"; восстановление в новом качестве ордынско-российско-советской империи.
Но что сегодняшняя российская "элита" может предложить своим бывшим соседям по коммунальной квартире? Ничего, кроме помпезных разговоров о своем величии, своей исторической имперской миссии, о сакральном Херсонесе. Но этот бред никому не интересен. Вороватая и бездарная, чванливая и трусливая, мечущаяся между Куршевелем и Лефортовом российская политическая "элита" никак не может понять, что она никому не нужна на постсоветском пространстве в качестве учителя жизни и центра притяжения. Но признаться себе в этом государство-мафия не может. Все свои хронические и закономерные неудачи на постсоветском пространстве оно объясняет тем, что "американка гадит", и маниакально снова и снова требует дорогого Джона заключить с ним "Новую Ялту".
Сам дорогой Джон плюнул бы и заключил. Сказал же дорогой Барак в интервью журналу Atlantic примерно следующее: "Русские хотят изнасиловать Украину гораздо больше, чем мы хотим ее защитить, и мы ничего не можем с этим поделать". Но органически не способны в Кремле понять, что проблема их геопсихологических хотелок не в американцах, а в том, что никто из соседей России никогда не пойдет покорно в их "Ялту". Потому и захлебнулась российская агрессия в Украине, потому и ушла Украина навсегда. И все постсоветское пространство ушло навсегда.
Неспособность нарциссирующей в своих фантазиях "элиты" не формально на бумаге, а внутренне психологически воспринимать всерьез независимость "братских" стран, ее поразительная глухота к возможной реакции соседей, духовная лень и имперская спесь, не позволяющие попытаться взглянуть на себя их глазами, – все эти качества вождей российской клептократии закономерно порождают цикл отчуждения и вражды на постсоветском пространстве. Сегодняшние угрозы Леонтьева и Юрьева залить кровью Армению – озвучивание "шестерками" имперских дум хозяев государства-мафии, которые те пока еще не готовы по тактическим соображениям лично артикулировать.
Безумная концепция "Русского мира" и позорно провалившаяся попытка ее практической реализации в Украине стали апофеозом четвертьвековой оргии "униженчества". Пациент дал, наконец, ответ на вопрос давно уже обеспокоенных его неадекватным поведением окружающих о природе его униженности. Русский человек, оказывается, унижен, когда он не может топтать и расчленять своих соседей, бывших собратьев по строительству платоновского Котлована. Увлеченный этим процессом, он уже не замечает, что топчет и расчленяет прежде всего свое собственное государство и его историческую перспективу. Вот что с нами на самом деле происходит, дорогой Джон.