Кабмин Владимира Гройсмана упорно не хочет видеть у нас экономического и, в частности, институционального кризиса. Дело в том, что в Украине нет института, который бы осуществлял мониторинг рисков и рынков, а также института, который бы осуществлял оценку предстоящих кризисных явлений в свете растущего государственного долга.
Поэтому и далее ситуация будет стремительно ухудшаться. Даже если Кабмин и НБУ создадут более эффективную и централизованную систему регулирования финансового сектора и ужесточат контроль над бюджетной политикой, это все равно не поможет властям в данном бюджетном и экономическом цикле. К тому же за два следующих года Украина должна суммарно выплатить более 10 млрд долл. только внешних долгов в условиях роста процентных ставок на внешних рынках долгового капитала. Кстати, наш Минфин вслед за повышением Нацбанком учетной ставки с 17,5% до 18% годовых также повысил ставку размещения гривневых ОВГЗ с 18% до 18,5%. Но это сейчас не поможет предотвратить неблагоприятный этап.
Более того, Гройсман сам провоцирует новый виток инфляции, обвал производящей экономики и дальнейший рост национального долга. Почему? С октября мы будем тратить намного больше, чем зарабатывать. Ведь, как заявил 12 сентября министр энергетики и угольной промышленности Украины Игорь Насалик, в ближайшее время Кабмин повысит цену на газ для населения. Это является одним из условий Международного валютного фонда для предоставления нам очередного транша кредита в размере 1,9 млрд долл. Выходит, теперь украинцам остается связывать все свои надежды лишь с увеличением финансовой помощи от МВФ. Ну а если фонд не увеличит программу финансовой помощи, нас ждет крах.
Да, с нищей страны брать уже фактически нечего, а фонд – это типичный кредитор, для которого главное, чтобы заемщик с ним вовремя рассчитывался. Но, к сожалению, наше правительство не знает, где брать деньги на обслуживание ранее взятых кредитов. И теперь мы все в полной мере пожинаем плоды слабости и некомпетентности Кабмина как макроэкономического и финансового координатора. Повышение уже с 1 октября цены на газ для населения и промышленности в размере 23,5% - это лишь первый жесткий шаг, за которым последует много других.
Представители миссии МВФ, которые сейчас в Киеве, конечно, видят, что у нас нет положительных итогов, а так называемые экономические реформы – это всего лишь яркие театральные реформы, результат которых незаметен. Соответственно, явное различие между доходящей до экспертов правдой и распространяемой властью официальной информацией приводит к раздвоению мыслей. Словом, не надо обманываться, ожидая, что госаппарат будет уничтожать самих себя и основу своего собственного благополучия. Никакие реформы, которые должны уничтожить экономические отношения, кормящие крупных чиновников, у нас принципиально невозможны.
Судите сами. Даже поддержание такой высокой, 18%-й учетной ставки НБУ, – это уничтожение любой частной инициативы, любой конкуренции. Власть должна наконец-то понять, что неуспех украинского малого и среднего бизнеса – это неуспех экономической и денежно-кредитной политики государства. Извините, но теперь заходят в украинский производственный бизнес только те, у кого совсем железные "яйца". Например, практически во всех странах мира подключение к электросетям осуществляется бесплатно, так как у них энергокомпании зарабатывают на тарифе, а у нас помимо очень высоких тарифов и постоянно меняющихся правил присоединения к электросетям надо еще и выложить огромную сумму за подключение.
Этот и многие другие факты говорят о том, почему такие дорогие кредитные деньги не идут в условиях нашего монопольного финансового капитализма в реальный сектор экономики. И данная ситуация уже перезрела - все в малом и среднем бизнесе ухудшается. А можно ли сохранить без кредитных механизмов достаточный уровень потребления и производственный потенциал? Понятно, что нельзя. Вот поэтому еще раз подчеркну: пора керманычам понять, что банковский бизнес настолько хорош, насколько хороша экономика страны, соответственно основным драйвером восстановления украинской банковской системы может стать только реальный сектор экономики.
А то, что сейчас происходит, называется сознательным развалом экономики, так как нельзя доверять выход из кризиса тем людям, которые в него завели. Поэтому Украина сегодня – это самый дешевый европейский рынок. Даже страны Африки и Латинской Америки с огромным количеством структурных проблем торгуются с более высокими мультипликаторами. И, откровенно говоря, мы уже давно, еще с середины 90-х, торговались с дисконтом. Исключением был разве что небольшой период в жирные нулевые годы. Почему так, в чем причины и знают ли о них власти, запуская, к примеру, масштабную приватизацию 2018-2020?
Я бы выделил три основных причины, почему у нас так мало прямых инвестиций. Во-первых, это слишком низкое качество корпоративного управления. Во-вторых, несовершенство законодательства и судебной системы. В-третьих, отсутствие внутренних инвесторов на украинском рынке совместного инвестирования. А что происходило в других странах, например, в Польше (мне довелось окончить специализированные курсы на Варшавской фондовой бирже), если от них на каком-то этапе отворачивались международные инвесторы?
Вот в такие моменты в игру вступали польские негосударственные пенсионные фонды и институты совместного инвестирования. А в Украине нет должного объема национальных длинных денег и специализированных институтов. И в отличие от Польши, которая добилась больших успехов в создании собственного рынка капитала, наши нардепы уже несколько лет подряд не могут даже в первом чтении принять законопроект № 7055 "О рынках капитала и регулируемых рынках". Поэтому Украина до сих пор – это не цивилизованный европейский рынок, а производная от цен на сырье, которое находится в руках небольшой группы собственников известных местных финансово-промышленных групп.
В самом деле, давно пора двигать Украину по пути спокойного либерализма. Не идти на необдуманные авантюры, раздражающие сильно обедневшие слои давно не монолитного общества. Наконец четко уяснить один из основных уроков современного украинского реформаторства: нет ничего хуже отложенных реформ. Поэтому в Украине надо проводить экономические реформы очень быстро, иначе они не удаются или слишком затормаживаются. В случае успеха можно за два года провести экономические реформы и от бедноты и войны прийти к товарному изобилию и твердой гривне. Наш выход из этого большого кризиса не на путях войны и кровавой бани, а на путях реформации, модернизации, парламентаризации, расширения политического и экономического пространства, допуска умных людей, а не "смотрящих", к управлению государством.