"Занял нишу, которую освободил Стас Михайлов", - так говорят и пишут об Олеге Виннике, только этим объясняя феномен его популярности в Украине. Кто-то удовлетворён таким фактом и даже радуется, что украинцы, точнее – украинки бальзаковского возраста получают "своего Михайлова". Кто-то видит в подобном сравнении яркий пример низкопробности, отсутствия вкуса и падения общего культурного уровня. Но стороны едины в одном: украинского популярного артиста уверенно сравнивают именно с российским. Даже не пытаясь в поисках аналогов обратить взоры не "за поребрик", а в сторону Запада.
Между тем любимец молодых волчиц состоялся не в родном городе Сочи. Он стажировался в Германии, работал в Австрии и Швейцарии. То, что делает Винник, может не нравится такому же количеству сограждан, которые от него в восхищении. Да, он представляет массовую культуру. Однако использует при этом опыт, полученный на европейских сценах. Украинский артист всего лишь адаптировал для потребностей, скажем так, не очень взыскательной публики то, что делал в западных мюзиклах. И вот человека, исполнявшего оперные партии и роли в культовых мюзиклах "Отверженные" и "Горбун из Нотр-Дам", сравнивают с персонажем, получавшим премии от радио "Шансон" в России. Вряд ли это правильно.
А вот другой популярный в украинской культурной среде и Facebook-сообществе пример. Если некий автор книг, не важно, мужчина или женщина, заявляет о желании писать для широкой аудитории и завоевать у неё популярность, в ответ получает: "Ну, прямо как Дарья Донцова!" Российская писательница, создавшая (по слухам, не сама, а с помощью "литературных рабов") больше сотни иронических детективов для женской аудитории, считается эталоном дурного вкуса. Ладно, пускай так. Вопрос в другом: почему, осуждая подобное чтиво, украинский публичный интеллектуал не может вспомнить ничего, кроме сделанного в России?
Между тем говоря об упомянутом жанре, надо, прежде всего, апеллировать к польской писательнице Иоанне Хмелевской. И тогда знак "минус" автоматически поменяется на "плюс". Если обратиться к мелодрамам как таковым, следует сравнивать наши образцы с европейскими и американскими аналогами. Не с госпожой Донцовой, а с мисс Сандрой Браун, Норой Робертс, Джоджо Мойес и тому подобными.
Обсуждая, точнее – осуждая очередной сериал украинского производства, его сравнивают по уровню низкопробности, прежде всего, с российским. Да и потом – тоже с российским. Для Facebook-общественности других примеров низкопробности нет. И не было никогда. Как будто забыли о бразильских, мексиканских, турецких теленовеллах. Телевизионный продукт, производимый сегодня в Украине, не оригинален. Однако создаётся вот уже несколько лет подряд именно по зарубежным форматам. И зарубеж этот – не Российская Федерация.
Можно возразить: у нас, как в том анекдоте про конверсию. Кто только не собирал трактор из деталей, сделанных на военном заводе – всё танк получается. По аналогии, как не старается украинский труженик массовой культуры брать лучшее на Западе – всё равно выходит "русское". Но подобные выводы делают те, кто ничего, кроме русского и советского не знает. И знать не хочет.
Для таких "Ласковый май" - плохо и низкопробно. Они готовы сравнить с популярным в позднем СССР проектом всё, что им не по душе в современной украинской "попсе". При этом забывают, например, о "Bad Boys Blue" - по сути, то же самое. Ругая примитивный шоу-бизнес и всё, что с ним связано, доморощенные снобы не понимают и не желают принять очевидного: живущие до сих пор на радиоволнах "АВВА", "Вoney M" и прочая классика – тоже попса по их определению. А, значит, по умолчанию низкопробна. Хотя десятилетия показали – это не так.
Тексты песен Олега Винника именуют вершиной примитивизма. Интересно, все ли критики его песенного творчества знают хотя бы английский язык? Англоязычные хиты, под которых до сих пор отплясывает украинский народ в формате "Дискотеки 80-х", по содержанию точно такие же. Основы шоу-бизнеса, массового кинематографа, популярной литературы, даже рок-музыки заложены на Западе. И пора бы понять, а вместе с тем – принять: украинцы, которые хотят популярности и получают её, изначально черпают вдохновение там, а не в России. Чтобы понять, недовольным нужно ориентироваться в чём-то ещё, кроме российской культуры. А не получается.
Объяснение тому очень простое. Недовольные популярной украинской музыкой, украинским кино и украинскими авторами, к которым на книжных ярмарках выстраиваются очереди, мыслят очень по-советски. Отчасти мозги им замкнула как раз официальная советская идеологическая и культурная политика. Когда считалось нормой читать самиздат, смотреть "пиратку" подпольно и слушать контрафактную музыку. Вот, дескать оно какое, настоящее, не попсовое. Это и есть альтернатива той официально дозволенной в СССР массовой культуре, которая упомянутые массы сознательно отупляла. Отсюда их вывод: то, что нравится большинству, качественным быть не может.
Союз распался. Но упомянутые убеждения никуда не делись. Обвинение в низкопробности украинского продукта, претендующего на популярность у масс - это проявление травмы, полученной в СССР. Где доминировала Россия и где ничего, кроме русского советского, широкой публике не предлагалось. Однако сравнивать Украину с Россией во всех сферах жизни и творчества – демонстрировать не высокий интеллект, а узкость мышления.