Последние несколько дней тема так называемых выборов в подконтрольных России сепаратистских анклавах "ДНР" и "ЛНР" не уходит с международной повестки дня. Свое мнение на счет псевдовыборов уже высказали официальные представители Евросоюза, США, ОБСЕ и других структур, и мнение это единодушно. "Выборы" в ОРДЛО противоречат Минским соглашениям и не могут быть признаны мировым сообществом. Такое внимание к "выборам" в марионеточных псевдогосударствах вызвано не только тем, что "волеизъявление" жителей оккупации запланировано на ближайшее воскресенье, но и тем, что украинская сторона вовремя сумела привлечь внимание к происходящему.
Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков сделал сразу несколько заявлений, получивших широкий резонанс. Во-первых, он формально признал, что Москва "имеет влияние на ДНР и ЛНР", во-вторых, что выборы в этих псевдореспубликах, по мнению Кремля, не противоречат Минским соглашениям, и в-третьих, что наиболее важно - допустил, что Россия может признать выборы в ОРДЛО.
Примечательно, что говорить на эту тему он начал не совсем по доброй воле, а отвечая на вопросы украинского журналиста на пресс-конференции. При этом от вопроса, признает ли Россия выборы в ОРДЛО, Песков пытался увильнуть как мог, дескать, говорить об этом сейчас не ко времени, нужно дождаться результатов итогов голосования. Но даже такой уход от ответа вполне можно трактовать, как намерение признать выборы, тем более что результаты будущего "волеизъявления" в "молодых республиках" прекрасно известны везде и всем уже достаточно давно.
Этим и воспользовалась представитель Украины в Минской переговорной группе вице-спикер Ирина Геращенко, которая после очередного раунда малопродуктивных переговоров, сделала свое заявление о том, что намерение России признать "выборы" в ОРДЛО - это срыв Минского процесса, "мандат на войну", приведя в пример предыдущие "выборы" на оккупированных территориях в 2014 году, и призвала мир дать жесткую оценку таким действиям России в виде усиления санкций. Это заявление быстро разлетелось по СМИ. И пусть до новых санкций дело не дошло, да и, наверное, не могло дойти. Оценка российским намерениям дана достаточно четкая.
Во всей этой истории любопытно то, что Кремль стал заложником собственной гибридной дипломатии. Ведь если посудить логически предмет всеобщего возмущения отсутствует как таковой. О каком, собственно, "признании" идет речь? Россия, как все прекрасно знают, не признала государственность ни ДНР, ни ЛНР и в ближайшее время такое признание в планы Кремля явно не входит. Тогда как можно признать или не признать "выборы" в непризнанном государстве? Если ДНР и ЛНР для России де-юре не существуют, то не существует и никакой деятельности, которую эти "государства" осуществляют, в том числи и выборов. В Украине, например, никто ведь не задается вопросом признавать или не признавать выборы в Косово.
Кремль же вся абсурдность этой ситуации, конечно же, нисколько не смущает. Никого в России ведь не удивило решение властей признать паспорта и другие документы, выдаваемые в непризнанных "молодых республиках". Да и на уровне риторики российские официальные лица очень часто говорят о ДНР и ЛНР как о полноправных государствах. К подобному конфликту между геополитической целесообразностью и пропагандой "для своих" россияне за годы "гибридной войны с Украиной" давно привыкли. Ведь все россияне прекрасно знают, кто и зачем воюет на Донбассе, но вслух все дружно говорят: "Нас там нет". То же самое и с признанием - хвастаться, как Россия отжала у Украины Донецк и Луганск - это одно, а формально признавать как-то глупо и никому не нужно. В отношении же государства Украина все ровно наоборот. Формально Россия как бы признает украинский суверенитет, но с ехидной улыбочкой, дескать, мы же все прекрасно знаем, что никакой Украины нет и быть не может.
В ловушку между необходимость говорить одновременно взаимоисключающие вещи попался и товарищ Песков. Когда ему задали вопрос в лоб, признает ли Россия "выборы" в ОРДЛО, ответить, что мол да, конечно, не позволяет формальная позиция Кремля, а правда, дескать, не можем мы признавать выборы в непризнанной стране, не будет понята ни среди сепаратистов Донбасса, ни рядовыми россиянами. Причем не будет воспринят, конечно же, не сам факт непризнания, а публичное признание в этом, которое воспримут как оскорбление и нарушение священного табу.
Нам же все эти противоречия оказываются на руку, ведь поймав за язык Пескова появляются достаточно веские основания не давать европейцам забыть о российской агрессии и необходимости противодействовать ей дипломатическими методами.