Ведь, как известно, информационный фронт является одним из важных составляющих гибридной войны, которую против нас ведет Россия и ее полезные идиоты внутри Украины.
Время от времени напряженность в общественное сознание вносят и политики. Так, в понедельник в интервью немецкому Funke Media Group президент Петр Порошенко заявил буквально следующее: "Москва пытается получить наземный коридор из оккупированного Донбасса на оккупированный Крым, захватив Мариуполь и Бердянск".
Попробуем разобраться, что именно имел в виду президент. Итак, информация о том, что "Мариуполь вот-вот сдадут" с августа 2014 г. стала уже эдаким мемом. Город "сливали" по слухам и летом 2014 г., когда через границу хлынули российские военные, и зимой 2015 г., когда развернулись упорные бои под Широкино, а Мариуполь оказался под ударом российских "Градов". Но с того времени прошло уже почти четыре года, а город, хоть и в статусе прифронтового, продолжает жить и работать.
Итак, если чисто теоретически предположить, что россияне вместе с оккупационным корпусом все же решатся на проведение локальной операции, то никто не будет штурмовать полумиллионный город, что называется "в лоб". По всей видимости, на российских штабных картах уже давно нарисованы "стрелочки" наступления в обход через Волноваху в направлении Бердянска с дальнейшим выходом на рубеж Чонгара.
Вероятно, одновременно через перешеек ударит и крымская группировка, а также вероятно, что будут высажены и локальные десанты с моря (благо на Азовское море уже стянута амфибийная группа).
Но для такого пессимистического сценария дальнейшего развития есть несколько важных моментов, которые ставят под сомнение возможность его реализации. Итак, во-первых, для такой операции нужно привлечь минимум 50 тыс. солдат. А значит, подвоз просто огромного количества боеприпасов и топлива в любом случае станет достоянием разведки, и значит, Украина получит какое-то время на реакцию - как в плане обращения к союзникам, так и в плане переброски дополнительных сил.
Во-вторых, начало зимы на приморском направлении не самое лучшее время года для массированных наступательных действий. Достаточно взглянуть на прогноз погоды на ближайшие недели, где температура воздуха колеблется от -10 до +2, а что это значит в условиях "жирной" приазовской степи, объяснять, я думаю, не нужно, как и то, как это скажется на мобильности наступающих частей и их снабжении.
И еще. Даже если такой коридор будет пробит, российские генералы станут перед той же проблемой, перед которой стал наш Генштаб летом 2014 г. во время боев на приграничье - удержание почти 300-километровой "кишки", которая вполне очевидно будет вытянута вдоль трассы Мариуполь ‒ Мелитополь ‒ Чонгар. Для того чтобы обезопасить себя от артиллерийских ударов, россияне будут вынуждены взять под контроль еще минимум 40 км вглубь нашей территории, и значит, командованию понадобится некоторое количество дополнительных войск и время для того, чтобы организовать полноценные оборонительные позиции. Причем понятно, что сидеть россияне будут вынуждены в обороне, имея за спиной море и ожидая удара ВСУ, который одним махом может перекрыть дорогу и организовать "котел" с огромным количеством потерь как в личном составе, так и техники.
Понятно, что поддержка с моря им в этом случае гарантирована, но и наши военные будут действовать всеми имеющимися силами. А в условиях, когда одна сторона ограниченна в пространстве для маневра, как показывает российский же опыт лета 2014 г., даже одна "кочующая" батарея "Градов" может нанести просто огромный урон - и это не говоря уже об "Ураганах" или "Смерчах" с новейшими "Ольхами". Готово ли российское общество принимать караваны "груза 200" и "груза 300" в этом случае - вопрос довольно спорный, ведь уже сейчас далеко не все внутри страны поддерживают действия Кремля и лично Путина.
Кроме того, фактически Россия будет втянута в полномасштабную войну в центре Европы, на которую, хотят они или нет, придется реагировать западным политикам. Причем только "озабоченностью" уже не обойдется, и на фоне падающей цены на нефть эффективность новых санкций для экономики РФ может оказаться катастрофической. Нельзя отбрасывать и тот факт, что в условиях прямой агрессии Европа может решиться и на массовую поставку современного вооружения для ВСУ.
С другой стороны, дальнейшие действия военно-политического руководства России, как показали последние события в Черном море, предсказать не может никто. И есть некоторая доля вероятности, что, несмотря на все возможные издержки, Путин может решиться на такую авантюру.
И тогда введение военного положения, мобилизация резервистов, масштабные военные учения и переброска боевых бригад к границам с РФ и оккупированным Крымом не выглядит чем-то странным. Ведь с военной точки зрения это просто превентивный шаг, который позволяет эффективнее реагировать на изменение стратегической обстановки, если таковое произойдет.
Рассматривая гипотетическую ситуацию наступления, в очередной раз стоит признать почти полное отсутствие у нас средств противодействия высадке десанта с моря, если таки россияне решатся на это. Однако вряд ли такие очевидные вещи не понимает Генштаб, и думается, что у наших военных есть план "Б" как реагировать на подобные действия.
Недаром ведь россияне откровенно опасаются, например, действий нашей авиации, судорожно разворачивая дополнительный дивизион ЗРК С-400 на севере оккупированного полуострова - в Джанкое.
Подводя итог, можно говорить о том, что вероятность сухопутного (или вернее комбинированного) наступления россиян на приазовском направлении все-таки стоит признать минимальной. А значит, следующую "сдачу Мариуполя" следует отложить по крайней мере на весну следующего года - когда России будет понятно, сыграла ли ее ставка на президентских выбор, и исходя из этого предпринимать или не предпринимать столь радикальные шаги по обострению обстановки.