Думаю, развитие отношений между Украиной и США является стабильным. Курс, который определен политическим истеблишментом США в отношении Украины, не претерпел никаких существенных и негативных изменений. Например, недавно состоялся разговор двух министров иностранных дел, а это чрезвычайно важное событие, в ходе которого все точки над і в очередной раз были расставлены и подтверждены все моменты, являющиеся для нас ключевыми.
Буквально несколько дней назад мы отмечали печальную годовщину попытки аннексии Крыма Россией. Стоит вспомнить не просто жесткое, а крайне жесткое заявление президента Байдена относительно этого события, где он четко и недвусмысленно сказал, мол, дорогие российские друзья, забудьте о том, что США и Запад в целом когда-нибудь признает то, что вы сделали в Крыму. Формулировки были действительно четкими и ясными, к тому же было сказано то, на что у нас вряд ли кто-то рассчитывал — что США на нашей стороне в борьбе за восстановление территориальной целостности. Это серьезные вещи.
Да, еще не было телефонного разговора Байдена с Зеленским. Мои американские источники деликатно объясняют, что это обусловлено тем, что ключевыми задачами Байдена являются внутриполитические, поэтому в течение дня он делает один-два звонка наружу. Но это вовсе не означает, что в ближайшее время не произойдет контакта с президентом Зеленским. Думаю, это вопрос лишь нескольких дней, максимум — недели.
Процесс назначения посла является очень сложным как в Украине, так и в США. Это долгосрочная процедура. В конце прошлого года почти состоялось назначение посла США в Украину, но с изменениями политической ситуации в Вашингтоне было очевидно принято решение, что в Украину поедет другой человек. Поэтому назначение нового посла предусматривает определенные процедуры и время. Но не думаю, что его отсутствие существенно влияет на наши отношения. Я в этом не вижу никакого политического подтекста, это исключительно рабочие, технические вопросы. Это не значит, что Украина как-то недооценена.
Кристина Квин, которая сейчас выполняет обязанности посла, по моему мнению, выполняет блестящую работу. Например, вспомним заявление послов G7 относительно того, что они ожидают, как мы выполним наше домашнее задание, необходимое для того, чтобы помощь стала еще более интенсивной и значимой.
Санкции США и ЕС — это мощный и скоординированный удар. Реакция на него в Москве крайне негативна, даже злобна. Это едва ли не впервые, когда начинаются прямые угрозы со стороны Кремля, мол, ждите, мы вам еще ответим. А это значит, что санкции являются чувствительными, они попадают в точку. Например, санкции наложены на директора ФСБ. Важно помнить, что Владимир Путин и сам из этой структуры, поэтому это прямой намек, мол, мы подбираемся к тебе, жди следующих шагов. Думаю, что именно этим вызвана такая нервная, неадекватная и агрессивная реакция в Кремле.
Это и проявление российской наглости: «Мы на равных и еще покажем вам кузькину мать». Но, к счастью как для Запада, так и для России, показывать ей нечего. Ведь Россия — это не СССР. Сейчас она для Америки среднерегиональное государство, на которое не особенно и нужно обращать внимание. И именно это больше всего бесит Кремль, потому что для него говорить на равных с Вашингтоном — это признание его геополитического веса, его значения. Если с тобой не говорят, а на предложения не обращают внимания и вообще тебя не видят, то это приводит к большой обиде. Русские страшно не любят, когда их так «оскорбляют».
Что это означает для Украины? Мы должны воспользоваться этим окном возможностей. Если сейчас есть как минимум намеки на общую позицию Запада в отношении Кремля, то нам нужно сделать свое домашнее задание. Важной его частью является проведение реальной судебной реформы. Это ключ ко всему, что дальше произойдет в нашей экономике, политике и общественной жизни.
Если мы сможем это сделать не фиктивно и голословно, а чтобы это действительно заработало, то откроются возможности для инвестирования в экономику Украины и продвижения вперед по линии ЕС и НАТО. Поэтому я считаю, что наша дипломатия должна разработать четкие пункты по выполнению этого домашнего задания и совместно с нашими партнерами, обсудив этот план, быстро сделать конкретные шаги. В таком случае мы действительно будем выглядеть в глазах своих западных партнеров как страна, которая не только говорит, но и делает, а затем мы получим большую помощь и будем приближаться к ЕС и НАТО.
В последнее время в России дошли до такого маразма, что называют Украину западным проектом и пишут название страны в кавычках. Это уже признак полной политической близорукости, если сказать деликатно. Или полной геополитической глупости. Поэтому увеличение количества обстрелов — это прямое следствие того, что происходит между Вашингтоном и Москвой, а мы чувствуем это на себе потерей жизней наших воинов-героев. Поэтому другие выводы, которые мы должны сделать из этой геополитической ситуации, — это то, что нам крайне необходимо усиливать наши вооруженные силы. И здесь стоит вернуться еще к одному положительному сообщению из Вашингтона о том, что первые $125 млн военной помощи уже были выделены Украине. Это очень конкретная помощь, а не общие разговоры. Это техника, которая поможет нам сдерживать российскую агрессию.
Скажу откровенно, что мне нравится направление и ритм наших отношений с США. А относительно России, то нам нужно понять — и есть признаки того, что наша власть наконец начинает понимать — что с Москвой договориться невозможно. Единственным путем к сохранению независимости и суверенитета является тесная инкорпорация в западные структуры и повышение оборонной способности.