"Зрадофилам" хоть трезубец над Кремлем поставь – скажут, что криво". Три с половиной года назад Петр Порошенко не сдерживал эмоции в адрес критиков.
Его можно было понять. К тому моменту страна окончательно поделилась на сторонников "зрады" и "перемоги". Первые искали причины для недовольства даже там, где их не было. Вторые – требовали сделать скидку на обстоятельства и полагали, что стакан наполовину полон.
Каждый лагерь окапывался. Полутона отвергались. По одну сторону баррикад были убеждены, что Украина движется не туда. По другую – полагали, что время работает на страну.
Каждый лагерь упрекал оппонентов в карьеризме и проплаченности. Апогей противостояния случился к весне 2019-го, когда накал президентских выборов обострил все до предела. Лагеря "зрады" и "перемоги" сходились в соцсетях врукопашную и пленных не брали.
Чтобы через два года поменяться местами.
Те, кто несколько лет назад объявлял запрет российских соцсетей "цензурой", теперь рукоплещут санкциям против медиахолдинга Медведчука.
А те, кто хвалил пятого президента за информационную гигиену, призывают не радоваться аналогичным шагам шестого.
Полное ощущение дежавю: каждый лагерь призывает держать строй, а любые колебания приравнены к ереси.
Мы снова меряем решение не "повесткой", а "автором". Фамилии вновь стали важнее последовательности. Зеленского ругают сторонники Порошенко – лишь за то, что он становится похож на предшественника.
А адепты шестого президента хвалят его за поступки, которые были не готовы прощать пятому. Вождизм победил и дал метастазы. Презумпция (не)доверия не оставляет места анализу.
Впрочем, накал противостояния объясним. Последние решения Владимира Зеленского меняют его политическое позиционирование. Клеймо "капитулянта" плохо вяжется с объявлением войны "пятой колонне".
Статус "пораженца" плохо сочетается с готовностью обострять противостояние с Кремлем. К концу своего второго президентского года Владимир Зеленский претендует на лавры ястреба в украинской политике. И все это бьет по имиджу его предшественника.
Прежде повестка суверенитета безраздельно принадлежала пятому президенту страны. Сделанное и достигнутое за его каденцию было надежной броней от критики и претензий.
Но после недавних решений Зеленского лагерь Петра Порошенко вынужден уже объяснять природу "несделанного". Невведенных санкций. Необъявленных подозрений. Непринятых ограничений.
Можно, конечно, выбрать стратегию обесценивания. Говорить о том, что все сделано не так, неправильно и невовремя.
Для ядерной партийной аудитории такой подход еще может сработать.
Но его вряд ли удастся продать его тем, кому важна повестка суверенитета, а не персона, которая ее отождествляет. И потому новые решения Зеленского не только объявляют политическую войну "партии Кремля", но еще и электоральную войну "партии суверенитета".
Впрочем, в точно таком же дефиците честности можно упрекнуть и тех, кто сегодня славит шестого президента страны за шаги, за которые они нещадно критиковали предшественника.
Еще недавно Зеленский предлагал "договориться посередине". Набирал в партию и в окружение людей из лагеря Антимайдана. И есть немало вопросов к тем, кто с одинаковым рвением защищал прежнюю президентскую жажду компромиссов и нынешнюю его готовность рубить с плеча.
На наших глазах адепты "зрады" и "перемоги" поменялись местами. И это печально. Потому что решение ценно не автором. Вектор движения – не фамилиями. А цвет кошки не имеет отношения к ее способности или неспособности ловить мышей.
Велик соблазн списать санкции на "вашингтонский обком". Объяснить решения шестого президента – фактом избрания сорок шестого.
Приписать решимость официального Киева Джозефу Байдену и его администрации. Но во всем этом сквозит все то же нежелание признавать за украинскими политиками способность к эволюции.
Хотя через трансформации проходили все президенты Украины, за исключением, быть может, четвертого.
И автором этих перемен в украинских президентах всякий раз становился не столько коллективный "запад", сколько все тот же "восток". Политика Кремля служила прокрустовым ложем, которое избавляло украинских лидеров от излишних иллюзий и розовых очков.
Даже избыточные уступки Киева Москва готова была считать недостаточными, оставаясь неизменной в своем стремлении переиграть 1991 год. Рано или поздно понимание этого простого факта заставляло украинских голубей отращивать клюв и когти.
Если Зеленский пройдет эту же эволюцию – стране впору будет гордиться. Это станет означать лишь то, что повестка суверенитета способна перековать даже самого аполитичного обывателя, волею обстоятельств оказавшегося в президентском кресле.
Если шестой глава государства решит бороться с партией Кремля всерьез и надолго – это будет означать, что у страны появились рельсы со вполне очевидной траекторией движения.
Потому что в ситуации открытого противостояния с "востоком" единственная доступная маршрутная опция для страны – это "запад". С неизбежным выполнением райдера европейских требований. С неизбежной перспективой реформ "вопреки".
Тот, кто решает побить горшки с Москвой, попросту не оставляет для себя иного выбора.
И в этот момент каждому придется делать выбор. Между повесткой и фамилиями. Между курсом и персоналиями. Между желанием чувствовать себя правым и фактическим положением дел.
В конце концов, лучше обмануться в собственном пессимизме, чем радоваться таланту предсказывать катастрофу страны.