Как и многие наблюдатели в Украине, Зеленский рассматривает последние действия Москвы как ответ на введение санкций против лидера пророссийской партии ОПЗЖ Виктора Медведчука и прекращение вещания фактически принадлежащих ему телеканалов, пишет Виталий Портников для «Вот Так». Уже когда Совет национальной безопасности и обороны Украины принимал решение об этих санкциях, одним из главных вопросов было то, как отреагирует на них Владимир Путин. И, возможно, именно сейчас мы приближаемся к ответу на этот вопрос.
О стягивании Украиной войск к российским границам ранее заявлял в Верховной Раде Украины начальник Генштаба украинских вооруженных сил Руслан Хомчак. Впрочем, пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков ответил, что «никого не должно беспокоить», как и почему Россия перемещает войска на собственной территории, так как «это ни для кого не представляет никакой угрозы». Министр иностранных дел России Сергей Лавров добавил, что это Украина готовится к силовым действиям на Донбассе и предупредил, что подобные действия могут привести к разрушению Украинского государства.
Концентрация российских войск на Донбассе, впрочем, наблюдается не в первый раз. Но мы давно не наблюдали такой концентрации дипломатических консультаций по этому поводу. 30 марта тема урегулирования на Донбассе была одной из главных на видеоконференции, которую провели президент Франции Эммануэль Макрон, федеральный канцлер Германии Ангела Меркель и президент России Владимир Путин. Из официальных сообщений об этих переговорах можно было сделать вывод, что взаимопонимания так и не удалось достичь.
Уже 31 марта – 1 апреля министр иностранных дел Украины Дмитрий Кулеба общался с государственным секретарем США Энтони Блинкеном, министр обороны Украины Андрей Таран – с министром обороны США Ллойдом Остином, а глава украинского Генштаба генерал Руслан Хомчак – с председателем Объединенного комитета начальников штабов вооруженных сил США генералом Марком Милли. Во всех трех случаях американские собеседники украинских чиновников выражали твердую поддержку Украине и обещали помочь укреплению ее обороноспособности в защите от российской агрессии.
Но что самое интересное – в тот же день, когда состоялась беседа председателя Объединенного комитета начальников штабов с начальником украинского Генштаба, генерал Марк Милли беседовал и с начальником Генерального штаба вооруженных сил России генералом Валерием Герасимовым. В официальном сообщении Украина, разумеется, не упоминается, но можно легко предположить, о чем шла речь. Так что, если Владимир Путин действительно решил устроить у украинских границ «психическую атаку» на нервную устойчивость своего американского коллеги Джозефа Байдена и новой администрации, он получил наглядное представление, что в Белом доме, госдепартаменте и военных ведомствах наблюдают за ситуацией на Донбассе со всей серьезностью.
Означает ли это, что Путин откажется от войны? Ну, во-первых, мы пока что не знаем, действительно ли он собирается начинать «настоящую», большую войну. Сама концентрация сил у украинских границ, даже если она не выльется ни во что ощутимое – это естественная часть гибридной войны, которую Кремль ведет против Украины с 2014 года. И эта концентрация может завершиться и отводом войск, и новыми военными провокациями. Подобное решение может принять только сам Путин.
Но о чем можно говорить со всей уверенностью – так это о том, что нынешняя атмосфера напряженности и ожидания войны означает полный и бесповоротный крах иллюзий о том, что Владимир Зеленский может о чем-то договориться с Владимиром Путиным и что российский президент заинтересован в прекращении конфликта. Иллюзий, в которые верили многие украинские граждане и которые помогли бывшему телевизионному комику победить на президентских выборах 2019 года. Впрочем, похоже, тогда Зеленский никого не обманывал – он и сам в эти иллюзии верил.
А теперь украинцы начинают понимать, что угроза войны никуда не делась, и с тяжестью в сердце возвращаются в реальную жизнь, из которой они два года назад попросту выпали.