Поэтому на самом деле последствия решения выходят за рамки влияния на инфляцию и не являются весьма привлекательными, скорее, вызывают, как принято сейчас говорить, беспокойство.
Действительно ли экономическая среда страны улучшится, получит стабилизационные сигналы, и вместе с тем — придаст экономике желаемое ускорение?
Повышение учетной ставки, конечно, сразу скажется на денежных и финансовых рынках — прежде всего на росте стоимости межбанковских кредитов, а также спровоцирует повышение доходности ОВГЗ.
Из-за этого, во-первых, ускорится переток ресурсов из реального сектора к внутреннедолговым инструментам, то есть активизируется так называемый эффект вытеснения — те средства, которые хотя бы частично могли предоставляться бизнесу или домохозяйствам, будут направлены в безрисковые государственные облигации. Разумеется, ни о каких реальных инвестициях уже не будет речи, как бы власть ни напрягалась от собственных инвестиционных призывов.
Во-вторых, нерезиденты, находившиеся в выжидательной позиции, получив сигнал о росте доходности, также восстановят вхождение в рынок ОВГЗ. А учитывая то, что на протяжении последнего года курсовая динамика гривны четко (обратно) соотносится с куплей-продажей облигаций нерезидентами, еще одним непосредственным следствием станет тенденция к укреплению гривны. То есть, с одной стороны, экономика получает сигналы о повышении номинальной процентной ставки, с другой — сигналы к укреплению национальной денежной единицы. Для слабой экономики, которой является украинская, это только усилит разбалансировки на денежных рынках и повысит привлекательность арбитражных операций, однако никоим образом не будет иметь антиинфляционного результата. Скорее, наоборот — подорожание денежных ресурсов подтолкнет и инфляцию.
В конце прошлого года появилась надежда, что в условиях кризиса НБУ откажется от так называемого инфляционного таргетирования, активизирует расширение банковской системой предложения денег, выведет экономическую динамику из депрессивного состояния. Получилось же — как всегда. Доступ бизнеса и населения к льготным кредитам (по разным разрекламированным программам) остался скорее символическим. В целом для домохозяйств ситуация вообще ухудшилась. Так, хотя за последний (коронакризисный) год объем депозитов населения (домашних хозяйств) вырос с 640 млрд грн до 730 млрд грн (+14%), однако объем предоставленных кредитов домохозяйствам снизился с 220 млрд грн до 210 млрд грн (-5%), а разница между кредитными и депозитными ставками для домохозяйств оставалась «постоянной» на уровне 25%.
Это будет еще одним следствием для домохозяйств, в частности и экономической среды в целом. Нынешняя слабая экономическая динамика и удержание высокой безработицы (10% по международным методикам), а вместе с этим и низких зарплат и доходов, а также предотвращение доступа домохозяйств к денежным ресурсам означают, что население для поддержания собственной покупательной способности вынуждено использовать (продавать) собственные наличные сбережения в иностранной валюте для получения (покупки) гривни, что также будет подталкивать национальную валюту к укреплению. В других условиях это могло бы приветствоваться, однако в нынешних условиях (повышение процентных ставок и инфляции при валютном укреплении гривни) углубляет разрыв между денежным и реальным секторами, оказывает негативное давление на экспортный сектор, в свою очередь, провоцирует дальнейшее разбалансирование отечественной экономической среды.
Подобное расшатывание, к сожалению, будет продолжаться, пока НБУ не будет нести ответственность не только за финансовую стабильность (как в действующем законодательстве), но и за экономический рост и развитие (а это уже давно назрело), что, впрочем, будет определять совсем другой уровень задач, полномочий и взаимодействия правительства и НБУ.