Захват воздушного судна под угрозой его уничтожения и похищение человека с территории иностранного государства (напомню, что самолет считается территорией того государства, которому принадлежит авиакомпания), словом, то, что сделал Лукашенко, является актом пиратства, стоящим в одном ряду с безобразиями у берегов Сомали. Разница в том, что здесь пиратом выступает человек, хоть и незаконно, но фактически, контролирующий целую страну. И располагает он не крупнокалиберными пулеметами и моторными лодками, как сомалийцы, а военными самолетами и ресурсами целого государства.
Ему очень хотелось захватить человека, которого он считает своим личным врагом. Моральных ограничений у него нет, уважения к закону тоже. Но его не останавливает то, что притормаживает многих бандитов – страх. Он убежден в своей безнаказанности.
Во-первых, он не верит в способность Запада ответить жестко и консолидировано – он презирает демократии и убежден, что все рассуждения о правах и процедурах – от слабости. А значит, надо вести себя нагло и они испугаются, предпочтут не связываться.
Во-вторых, его, очевидно, поддерживает старший брат. Песков-Захарова пока молчат, но уже выразили свой восторг пропагандисты, а всем же, и Лукашенко тоже, понятно, что они не от себя говорят. Да и как не восторгаться – многие вообще считают, что это была совместная акция братских спецслужб.
И теперь не только жизнь Романа Протасевича, но и будущее мира и Европы зависит от того, найдут ли европейцы в себе силы ответить на акт пиратства так, как отвечали на него в прежние времена. С поправкой на время, конечно. Когда-то просто вешали на рее - сейчас, понятно, все должно быть по закону. Пиратам должны быть предоставлены адвокаты, содержать их должны в достойных человека условиях, а смертная казнь в Европе давно отменена. Но если Европа это проглотит, то ее просто не станет. А будет та дикость, которую символизируют сегодня два братских режима.