Нужно понимать, что Путин написал свою статью не о прошлом. Он написал ее о будущем. Его текст – это недвусмысленный посыл вовне. Напоминание о том, чем чревата неготовность Киева "сложить оружие". Попытки обсуждать статью на уровне аргументов сродни разговору с гопником. Ребята из подворотни спрашивают у вас о том сильно ли вы умный не ради ответа. Все их слова – это прелюдия к драке. Эмоциональная накачка, призванная оправдать последующее насилие. Российский президент ведет себя точно так же.
Двадцатый век среди прочего подарил нам "теорему Томаса". Ее авторы в 1928 году заявили о том, что если люди считают ситуацию реальной – она будет реальна по своим последствиям. Например, если люди убеждены, что банк рухнет, они ринутся забирать свои вклады – и банк действительно может рухнуть.
Если Владимир Путин убежден, что украинская идентичность - дело рук коварной закулисы, то у него нет мотивов мириться с существованием этой идентичности. Если он считает, что официальный Киев не заслуживает нынешних границ – он будет делать все, чтобы их перелицевать. Если он убежден, что Украина рождена большевиками, то теперь он будет стараться исправить их "ошибку".
Статья Путина важна не своими заблуждениями. Предпосылки его картины мира могут быть сколь угодно ложными. Зато последствия будут более чем реальными.
Впрочем, есть еще один момент, заслуживающий внимания.
Долгое время российский президент рассуждал о национальной политике в духе советской традиции. Этот подход постулировал “братство” русских, украинцев и беларуссов. Теперь все изменилось. Владимир Путин окончательно отказался от советского концепта. Ему на смену пришел дореволюционный имперский подход. В рамках которого никаких украинцев и беларусов не существует, потому что они – все те же русские с локальными этнографическими особенностями.
Коллективного “Брежнева” в умах сменил не менее коллективный “Александр III”. И потому Владимир Путин в своем тексте отказывает украинцам уже не в праве на независимость. Он отказывает им в праве на существование. Уж коли, по его словам, народ один, разделенный извне чужой злой волей, то торжеством справедливости будет исправить эту “ошибку прошлого”.
Национальная политика большевиков объявлена в России ошибкой и преступлением. Ленина принято ругать за “внутренние границы”, по которым спустя 70 лет распадется СССР. Хотя именно эта политика позволила большевикам после распада империи собрать многие отколовшиеся территории.
Распад Российской империи сопровождался ростом национального самосознания окраин. Десятилетия квот и ограничений дали о себе знать: крах империи был воспринят российскими колониями как возможность для создания национальных государств.
Большевикам пришлось воевать не только на классовом фронте - оказалось, что центральной власти противостоят еще и национальные идентичности. И политика Ленина была лишь вынужденным компромиссом для выбивания почвы из-под ног у "национальных сепаратистов". Мол, зачем вам национальная независимость, если Советский Союз готов предоставить все необходимое, включая язык и культуру? Большевики не создавали национальные республики. Они лишь согласились с их фактическим появлением на карте.
А теперь Путин хочет совершить обратную трансформацию. Российский президент ведет себя как руководитель Белого движения – того самого, что не желало слышать об автономиях и суверенитетах. Того самого, что, в результате, проиграло гражданскую войну большевикам.
Впрочем, все сказанное ничуть не снижает уровня угрозы. Тот факт, что Путин не понимает историческую логику ХХ века, не отменяет его готовности вложиться в свою мечту. И то, что эта мечта рискует вылиться в полноценную войну – вряд ли остановит человека, которому "после смерти Ганди и поговорить не с кем".