Двадцать лет назад Украина открыла для себя слово “евроремонт”.
По мере того, как страна выныривала из нищеты 90-х, граждане начинали понемногу приводить в порядок свои квадратные метры. Металлопластиковые окна, входные двери и ламинат перелицовывали привычные интерьеры. Новая бытовая техника и перепланировка становились символическим прощанием с советским прошлым.
В слове “евроремонт” первая часть не уступала по важности второй. В ней было зашифровано наше представление о европейском быте. Запад воспринимался в Украине как средоточие комфорта – на контрасте с унылым пространством советского дефицита. И если для меньшинства наших граждан Европа была историей про ценности, то для абсолютного большинства – историей про новую сантехнику и стиральную машину.
К началу третьего года своего президентства Владимир Зеленский все меньше напоминает самого себя времен избирательной кампании. Обещания “договориться посередине” сданы в архив, заигрывания с пророссийским электоратом – тоже. Промосковские политики и медиа привыкают жить под санкциями, призывы взять Украину в НАТО звучат всё категоричнее.
Впрочем, не внешней политикой единой. Ключевую ставку внутри страны шестой президент делает на проект “Великого будiвництва”. Страна ремонтирует дороги и мосты, строит школы и детские садики. У оппозиции велик соблазн объяснить происходящее одной лишь коррупцией и откатами, но в таком подходе слишком много упрощения.
Не потому, что коррупции нет – при таких масштабах строительства она непременно будет. А потому что было бы ошибкой измерять любой поступок власти только лишь его коррупционной емкостью. В конце концов, человек сложен и пространство его мотивов редко сводится к одной лишь жажде наживы. Владимир Зеленский может и был случайным претендентом на президентский пост, но вряд ли он хочет остаться в памяти как случайный президент.
И теперь он делает стране “евроремонт”. Создание качественной инфраструктуры (а именно так звучит официальное описание программы) – это все тот же “ламинат” и “замена окон”, только в масштабах целой страны. Зеленскому нужен был смысл своего президентства и он его нашел. Шестой глава государства взялся строить Европу в украинском доме и делает это как умеет.
Для многих наших сограждан “быть Европой” означает “выглядеть как Европа”. Мы знакомились с западом в турпоездках – и привыкали мерять его качеством дорог и чистотой улиц. Но в том и особенность, что инфраструктурное благополучие никогда не было главным содержанием европейского пространства.
В конце концов, Россия и Беларусь сделали себе евроремонт задолго до Украины. Отремонтированные фасады этих стран не раз становились поводом для нашей зависти в довоенное время. Но оказалось, что налаженный быт еще не делает страну Европой. Новые декорации могут служить отличной ширмой для авторитарных вождей и гибридных диктатур. Минск и Москва привели себя в порядок, но это ничуть не приблизило их к Парижу или к Берлину.
Евроремонт изначально был историей про форму, а не содержание. Он не заменит честные кадровые конкурсы. Не станет альтернативой независимым институтам. Не уравновесит режим ручного управления, когда профессионализм приносится в жертву лояльности. Европейский дом стоит на ином фундаменте – и нет смысла мерять его качеством асфальта и количеством плитки на тротуарах.
Впрочем, для переизбрания евроремонта вполне может хватить. Профессиональное прошлое Зеленского помогает ему считывать общественные ожидания – а они, в свою очередь, вполне могут сводиться к запросу на бытовой комфорт. Сложно упрекать в этом людей, истосковавшихся по качеству жизни. Но вполне можно упрекнуть политиков, готовых подменять содержание – формой.
Никто не говорит о том, что подходы Зеленского непременно сделают из него Путина или Орбана. Но европейские правила игры нужны Украине как раз затем, чтобы никто не мог претендовать на аналогичную роль. Включая тех, кто придет на смену шестому президенту страны.
Разделение властей, верховенство права и честные суды – все это служит предохранителем от чужих амбиций.
Украина привыкла воспринимать Майдан как противовес чужим попыткам играть не по правилам. Но стране уже дважды приходилось выходить на улицы именно потому, что институциональный противовес за тридцать лет создать так и не удалось.
Проблема Зеленского еще и в том, что современная Европа находится не в лучшей своей форме. Она достраивает "Северный поток-2". Не теряет надежду на компромисс с Москвой. Пытается балансировать принципы – интересами. В такой ситуации нужна изрядная вера в европейские ценности, чтобы всерьез переносить их на украинскую почву.
А многие в нашей стране уверовали в Европу лишь потому, что Москва не оставила им выбора. И в этом случае велик соблазн заменить евроинтеграцию – евроремонтом. Подменить импорт правил – копированием фасада. Требовать членства в НАТО и ЕС – вместо того, чтобы соответствовать условиям для стран-кандидатов. Но все это ничуть не приблизит нас к западному миру.
Важность реформы не определяется ее популярностью. Качество политика не зависит от его умения нравиться. Форма не способна подменить содержание, а сделанные в нулевых евроремонты были все-таки историей про "ремонт", а не про "евро".
И теперь все будет зависеть от того, понимает ли это сам Владимир Зеленский. От того, насколько он верит в Европу и от того, как именно он ее себе представляет.
Нам предстоит прожить с президентом евроремонта еще от трех до восьми лет.