Нет ничего обманчивее безмолвия. Нередко то, что должно стабилизировать, разрушает. То, что сегодня выглядит как успех, станет завтра стратегическим поражением, а мощь окажется трухой. Вот парадоксы российской диалектики.
- Выборы. Предательская легитимация единовластия. Превращение выборов в инструмент статус-кво делает из них бомбу замедленного действия. При отсутствии легального инструмента перемен единственным способом обновления становится переворот либо «улица»- либо то и другое вместе.
- Ловушка лояльности. Единовластие работает пока может опереться на лояльность и обслуживающего аппарата, и населения. Но лояльность прямо пропорциональна ресурсу задабривания. Его исчерпание делает лояльность иллюзорной. А следовательно, почвой для грядущего предательства.
- Российский импрессионизм. Стирание границ между противоположностями - законом и беззаконием и намеренная расплывчатость норм провоцирует безответственность власти. Но отказ правящих от ответственности и четких правил порождает зеркальную ситуацию в обществе- оно не ощущает ни обязательств по отношению к власти, ни потребности следовать правилам.
- Консолидация через поиск врага. Рано или поздно «чистильщики» переходят к зачистке элиты. И для демонстрации лояльности Персонификатору, и в борьбе за блага и влияние. Пожирание своих -неизбежная ступень в процессе поиска врагов и пожирание идет с аппетитом.
Ресурсное проклятие. Пока продажа сырья наполняет российский бюджет, сохраняя жизнеспособность системы. Но что произойдет, когда мир перестанет нуждаться в российской бензоколонке? Идея добиться «углеродной нейтральности» России к 2050 г выглядит как очередной миф. Ведь придется перестраивать экономику и механизм обогащения правящей корпорации. Разве она к этому готова?
- «Шредеризация» Запада. Российской элите удалось растлить западный мир. Но не будем недооценивать способность либеральной цивилизации к самоочищению во имя выживания.
- Изоляция подрывает державность. Понятно стремление Кремля изолировать страну от внешнего влияния. Но государство может быть влиятельным игроком только при всесторонней интеграции в мировые отношения. Изоляция населения превращает в изгоев и политическую элиту.
- Военная мощь как способ самоубийства. Траектория СССР продемонстрировала, чем завершается опора на военную мощь в ущерб благосостоянию населения. История, однако, ничему не учит - Россия вернулась в знакомую колею.
- «Эффект бумеранга». Россия может серьезно влиять на политику Запада. Чем больше Кремль будет демонстрировать агрессивность в отношении либеральных демократий, тем больше будет провоцировать ответное сдерживание. Угрозы и шантаж- лучший способ разбудить обленившийся Запад и вернуть ему боевую форму.
- Кто у нас иноагент? В ситуации, когда элита сидит в офшорах, статус «иноагента» оказывается двусмысленным. А гетто отверженных ждет пополнения за счет выброшенных сверху.
- Ловушка «Пандоры». Оффшоризация доходов российского правящего класса говорит, что его национализация не удалась и Запад остается для него жизненным ресурсом. Значит нельзя быть уверенным в его готовности следовать национальным интересам. Клептократия делает государственный суверенитет сомнительным.
- Репрессивный каток и его двойная сущность. Репрессии усмиряют, но и порождают сомнения в силе тех, кто запускает каток. Репрессии сужают шансы на мирные перемены, провоцируя возмездие. И еще: карательные меры «веером» и без четкого целеполагания (в том числе «отстрел» своих) означает выход репрессивного механизма за пределы системной логики и контроля.
- Ловушка Лукашенко или «еж в штанах». Миграционный кризис, спровоцированный Лукашенко, говорит о его попытке выжить, столкнув Россию с Западом и спрятавшись за российской спиной. Задача очевидна: выдоить «двух коров» одновременно, получив отступные от ЕС и поддержку Москвы. ЕС придется отступить по гуманитарным соображениям. Но выигрыш Кремля сомнителен: Россия будет нести ответственность за «гибридную атаку» своего подопечного против Европы. Или признать, что не имеет на него влияния.
- Запад отступает- но надолго ли? Либеральные демократии, столкнувшись с экзистенциальными вызовами, предпочитают идти на диалог с оппонентами. Но нужно видеть и другое: отказавшись от надежды интеграции России «в Запад», они будут восстанавливать способность к ее сдерживанию, окружая Россию рвом. А для чего демократии наращивают свои оборонные бюджеты?
- США-Китай- новая биполярность. Россия теряет роль главного соперника США и выталкивается во второй эшелон государств. Унизительно, ибо скатывание вниз расшатывает державную скрепу. Еще важнее другое: в случае конфликта США и Китая для России самоубийственно поддержать любую сторону. Еще унизительнее, если новая «двойка» возьмется перестраивать мир без российского участия.
- Сможет ли Америка стать лидером 21 века? Байден поставил задачу возродить инфраструктуру США и дать импульс американской нации. Если получится, Америка прыгнет в будущее, увлекая за собой инертную Европу. Россия с ее «умеренным консерватизмом», напротив, делает ставку на прошлое. Разнонаправленность движения создает угрозу даже не противостояния России и Запада, а изоляции страны, выбравшей прошлое.
- Кризис- как средство обновления. Запад застрял в кризисе. Но каждый раз кризис приводил к обновлению западных демократий. Смертелен не кризис, а тишина деградации и загнивания….