Во вторник, 15 декабря, завершился первый этап реформирования прокуратуры. Более 1500 прокуроров, которые не набрали достаточно баллов в конкурсном отборе, с этого дня должны покинуть свои должности в органах прокуратуры, рассказывает эксперт Центра политико-правовых реформ Александр Банчук. Как известно, вчера генпрокурор Виктор Шокин по рекомендациям конкурсных комиссий назначил 154 руководителя местных прокуратур из 155 должностей. Впрочем, по словам эксперта, такие результаты реформы не вполне соответствуют ранее озвученным ожиданиям об обновлении прокуратуры. 84% новоназначенных руководителей и до реформы занимали должности в прокуратурах, объясняет Банчук. Также, несмотря на обещанное высокое жалование, оплата труда новоназначенных прокуроров может остаться по-прежнему низкой. Причиной тому экономические показатели бюджета. Об итогах конкурсного отбора прокуроров читайте в материале FaceNews.
| Александр Банчук |
Когда в Украине будут легитимные прокуратуры?
Пока мы можем говорить только о личном составе, который в местных прокуратурах уже сформирован. В принципе, думаю, все было объективно с точки зрения того, как это определено законом. А законом было определено – остаются самые умные. Соответственно, те, кто не набрал соответствующие баллы, фактически с сегодняшнего дня (15 декабря, - Ред.) не могут работать. Речь идет о более 1500 прокуроров, которые должны быть уволены из органов местной прокуратуры. То есть сокращение в местных прокуратурах произошло где-то на 25%, может даже немного больше. Дальше будем смотреть, сейчас будет очень много организационной работы.
Советник заместителя генпрокурора Давида Сакварелидзе Марина Цапок заявила, что только 16% новоназначенных руководителей не имеют опыта предыдущего руководства в прокуратуре.
Да, она права. По факту вышли те цифры, которые вы называете. То есть 84% тех, кого назначили на руководящие должности, до этого уже были в руководстве прокуратуры. Фактически, Генеральный прокурор оперся на проверенные кадры, выбрав их из предложенного конкурсной комиссией списка. Конечно, это немножко не соответствует тем идеям и призывам об обновлении прокуратуры, которые звучали в начале реформы.
Стоит ли в таком случае считать реформу прокуратуры «косметическим превращением»? Могут ли эти результаты указывать, что у прокуроров, которые уже работали, условия конкурсов были немного выгоднее?
Нет. Просто с самого начала была тенденция, что внешние кандидаты-юристы, которые пришли на этот конкурс, слабее действующих прокуроров. Так вышло объективно, во-первых. Это видно по их результатам в первом конкурсе на знание законодательства, или во втором – на общие способности и определение IQ. В самом начале было около 60% внешних кандидатов и 40% действующих прокуроров. После двух этапов конкурса осталось соотношение где-то 77% прокуроров и где-то 23% внешних кандидатов. Это показало качество внешних кандидатов. Во-вторых, возможно, не такой резонанс был в этом конкурсном отборе, поэтому мы видим такие результаты.
Какой из конкурсных этапов стал самым проблемным и прошел с нарушениями?
Думаю, если бы такие нарушения были, каждый из членов конкурса мог бы это обжаловать. Как, например, в Одессе в одной прокуратуре не назначено руководство, потому что один из участников обжаловал результаты конкурса и Одесский окружной административный суд стал на его сторону («дело Костенко» – Ред.). Возможно, была определенная тенденциозность. Ведь нужно понимать, что большинство в конкурсной комиссии составляли представители от Генерального прокурора, четыре против трех, которые были назначены парламентом.
Тем не менее, «дело Костенко» вскрыло системные проблемы законодательной базы проведения конкурса. Может ли оно все-таки вызвать волну обжалований, особенно сейчас, когда начнутся массовые сокращения прокуроров.
Большого числа обжалований не будет, даже если представить, что те, кто не сдал тесты из-за плохого знания законодательства или общих способностей, будут обжаловать решение. Это больше 1,5 тысяч прокуроров, но в пределах страны – немного. Нельзя сказать, что будет прямо валом этих дел.
Здесь другой вопрос: а что они будут обжаловать, если на их место назначен тот, кто получил высший бал? Если их поставят на должность, это что значит, что лучшего нужно будет увольнять? Нужно было лучше готовиться. Поэтому думаю, что попытки подачи исков будут, но не уверен, что они будут результативными.
В новом законе «О прокуратуре» значится, что с 15 июля 2015 года заработная плата прокурора местной прокуратуры должна составлять 10 минимальных. Однако сегодня о повышении заработной платы речь не идет. Значит, реформа окончилась профанацией?
С одной стороны нужно понимать: если бы людей не удовлетворяла заработная плата, они бы не подавались на конкурс, не проходили тестирование и все эти нервотрепки. Если же они уже работали в прокуратуре, то сами выбрали, чего хотят в ближайшее время от жизни.
С другой стороны, да, в законе действительно есть статья 81, которая определяет четкие цифры по поводу размера оплаты труда прокуроров. Но законом о бюджете на 2015 год правительство определило, что учитывая экономические показатели бюджета оно может выплачивать зарплату в пределах имеющихся ресурсов. Соответственно, правительство определило оставить прежние зарплаты, несмотря на положение закона «О прокуратуре».
Конечно, с точки зрения правительства не совсем правильно определять оклад в 3-4 раза меньше, чем это гарантируется законом. Но все-таки правительство действует в пределах закона, я бы так сказал.
В чем тогда смысл реформы? Если 1,5 тысячи прокуроров сократили, а заработные платы оставшимся все равно не повышают?
Этот вопрос, думаю, не ко мне, а к бюджетному процессу. В принципе на следующий год можно предложить реальные цифры, чтобы увеличить оплату труда прокурорам. Потому что не может прокурор получать меньше чем, к примеру, патрульный полицейский. Все-таки это более квалифицированная работа.
С проектом бюджета на 2016 год уже связана интересная история. На днях Петр Порошенко заявил, что в бюджете забыли заложить на средства на антикоррупционную прокуратуру. Что Вы думаете по этому поводу – ошибка или преднамеренный саботаж?
Бюджет формируется по запросам нынешних главных распорядителей бюджетных средств. Когда Генеральная прокуратура формировала свой запрос, еще не было закона об антикоррупционной прокуратуре, о ее особенном статусе. Поэтому Генеральная запрос так и сформировала. Дальше с ним работал Минфин. Но Минфин же не знает, в какой сфере что работает. Поэтому если Генеральная прокуратура не сделала запрос в бюджете отдельно на такую структуру, соответственно, в Минфине это не предусмотрено и в правительстве не прошло. Премьер-министр и другие просто не посмотрели, когда подписывали этот проект бюджета.
Думаю, что это скорее недостатки технологической подготовки бюджета на будущий год, чем конкретная цель. Тем более что на следующий день, когда публиковали проект бюджета, все сразу это увидели. То есть если даже кто-то преследовал саботаж как цель, она оказалась недосягаемой.
Но Вы не исключаете такой вариант?
Нет, я как раз исключаю. Думаю, что это просто бюрократическая ошибка в подготовке бюджета.
Сейчас новый закон о прокуратуре уже полностью действует?
С 15 апреля начнется новый этап, и тогда будет полностью действовать этот новый закон «О прокуратуре».
Что будет на этом этапе?
Возможно, сейчас будет об этом объявлено. До 15 апреля будет объявлен похожий конкурс или похожее тестирование на уровне региональных и Генеральной прокуратуры. А те, кто уже работают, должны понимать, что с 15 апреля будет действовать определенный орган – Квалификационно-дисциплинарная комиссия прокуроров. Соответственно, действия будут проверяться не их руководителем, а другим органом
Кто будет входить в Квалификационно-дисциплинарную комиссию, и кто будет иметь право ее контролировать?
Это будет коллегиальный орган. Будет входить пять членов от прокуратуры и шесть – не от прокуратуры. В шестерке двое, выбранные из учебных заведений, один – от Съезда адвокатов, и трое, назначенные нашим Омбудсменом.
В качестве резюме: принесла ли реформа прокуратуры какие-то определенно позитивные результаты?
На самом деле реформа еще не состоялась. Думаю, что следующий год будет переломным в этом вопросе, а не этот. Но этот этап принес, во-первых, более профессиональных прокуроров – для граждан это хорошо. Во-вторых, все-таки будет сформирована антикоррупционная прокурора, которая займется расследованием коррупционных действий, в том числе со стороны прокуроров. Думаю, это два основных месседжа по результатам изменений в прокуратуре в этом году.