Несколько недель назад украинские СМИ облетела новость об украинской группе, посвятившей песню крымским татарам. Музыкальная группа «IGNEA», создающая музыку в жанре oriental metal, выпустила дебютный ведется на английском языке. Вы нацелены на заграничного слушателя? Ездите ли заграницу, как реагирует иностранный слушатель?
Мы еще не ездили, но, в принципе, хотели бы. На самом деле, что есть, то и повезем. Люди часто ходят на музыку, чтобы послушать музыку, а не тексты. Я не помню, кто, но кто-то говорил такую интересную вещь, что на Западе музыка делается ради музыки, а русский рок делается ради слов. Вот у нас музыка делается ради музыки.
По Вашему мнению, украинская музыка идет своим путем или движется в направлении Запада где, как Вы отметили, «музыка делается ради музыки»?
Я думаю, что у нас музыка движется в сторону Запада, но не забывает о каких-то своих местных элементах. Украинской музыке нужно только ускоряться в ту сторону. Я люблю приводить в пример такие группы как «ONUKA», «The Hardkiss», «The Maneken». Если все сделать правильно, если найти друзей заграницей, они тоже могут с точки зрения музыкального материала без проблем выстрелить на весь мир, потому что это – совершенно западный продукт.
Вы пробовали отправить заграницу свои песни? Как выглядит путь украинского исполнителя, который хочет продвинуть свое творчество на Западе?
Это («Alga», – FaceNews) наш третий релиз, мы раньше выпустили два релиза под названием «Parallax». В 2013 и 2014 годах мы отправляли на многие лейблы наш мини-альбом. Нам даже ответили, что интересно, и от нас ждут новостей. На самом деле, путь украинской группы на крупный лейбл точно такой же, как заграницей. Греза, что «мы выпустим крутой материал, и нас возьмет лейбл», является бредом как для нас, так и для заграничной группы.
Конечно, у нас на крупном лейбле выходили украинские группы, в частности «MORTON», но для всех путь один – вкладывать огромные кучи денег, собственного времени, сил, чтобы самому раскрутиться, потому что лейблы сейчас абсолютно не занимаются раскруткой. Они не могут взять пустую группу из ниоткуда и сделать из нее «конфетку», это должен сделать ты сам.
Именно в лейблах у меня, к сожалению, контактов нет, но мне кажется, сейчас из украинских производителей музыки к крупному лейблу близка только одна группа. Это «JINJER». И все. В этом – их заслуга, потому что они реально нигде не работают, занимаются только музыкой. Я не думаю, что благодаря этому они сейчас хорошо живут, потому что реально выкладываются в это все. Посмотрим, что из этого выйдет дальше.
Судя по Вашему клипу, в котором, например, есть, симфонический оркестр, у Вашей группы есть спонсор…
Нет, у нас не было спонсора. Мы все сделали сами, и очень низкобюджетно. На самом деле, там есть триллион проблем, которые мы видели уже при подготовке клипа, но ничего не могли сделать, потому что это все равно расходы, но будем знать на следующий раз. Очень многое решалось по знакомству, потому что пока досконально неизвестно, стоит ли целиком и полностью вкладываться в эту группу. Просто неизвестно, «схавает ли пипл», скажем так.
Не думали о том, чтобы адаптировать музыку к более привычному для украинцев слушателей формату, или не видите смысла делать массовый продукт, потому что часто от этого может страдать качество?
Я не склонен думать, что от массовости продукта теряется его качество. Скорее, наоборот, любой продукт становится массовым благодаря его качеству. У нас с одной песней получилась случайность, что она разошлась. Не думаю, что в будущем будут какие-то подобные ситуации. У нас все нацелено в основном именно на нашего слушателя, то есть это, грубо говоря, металхэда (металхеды, или металлисты, молодежная субкультура, предпочитающая музыку в стиле метал, – FaceNews).
После выхода клипа, наверняка, повысилась популярность, которую Вы можете отследить очень просто, например, по подписчикам в социальных сетях. Вы чувствуете поддержку украинского слушателя?
Здесь, в Украине, поддержки ноль, просто нет. Когда мы выпускали клип, у нас была в группе ВКонтакте тысяча подписчиков. Ходили люди, говорившие: «Ребята, у вас десять тысяч будет с ходу». Нет, мы рассчитывали на двести. Как видите, прошел месяц, и их стало всего на сто больше. На Facebook у нас количество подписчиков увеличилось в три раза, и оно до сих пор стабильно растет. Огромное количество ребят писало из разных стран, доходило даже до такого, что какой-то человек из Аргентины через несколько месяцев едет в Киев, и попросил нас сделать как-то концерт или придумать что-то, чтобы с ним повидаться, потому что ему очень понравилось. Мы держим с ним связь.
Сейчас Вы не репетируете. Почему?
Потому что нет смысла. Принцип нашей работы построен так, что мы готовимся в записи, но для записи нам не нужно репетировать, каждый занимается самостоятельно. За одну-две репетиции или за одну-две посиделки вместе со мной материал уже нормально играет. Наши репетиции направлены исключительно на живую деятельность, которой сейчас у нас, в принципе, нет.
Очень пессимистично. Не верите, что найдется слушатель?
Это все зависит не от нас, а от слушателя. Как оказалось, у нас в Украине вообще нет слушателя. Есть еще такая фишка как оправдание усилий. Если посмотреть на нашу концертную историю, можно заметить, что в Киеве мы выступали три раза: два раза в одном из культурно-развлекательных комплексов и еще один – в одном из клубов. Наша музыка не согласуется с рок-клубом или музыкальным комплексом. Можно там выступить, это не проблема, но что-то не стыкуется. С поездками в другие города тоже проблемы. Например, мы очень хотели приехать в Днепропетровск, организатор хотел нас привезти, но не было возможности получить наш звук. Исходя из этого, с концертами сейчас сложно. Посмотрим, как получится. Мне кажется, никто не пострадает, если у нас все получится.
Вы говорили, что начинали в 2013-2014 годах, то есть, в период Революции Достоинства. Многие помнят успех группы «Гринджолы» во время Помаранчевой революции. Почему не написали песню о революции в 2014 году? Это могло бы сделать группу популярной.
У нас нет желания разбрасываться и популяризоваться на чем либо, тем более, на таких вещах. Например, «Alga» делалась полгода. То есть, получилось такое совпадение или стечение обстоятельств. Сами понимаете, что с такой скоростью ни на что реагировать невозможно. Никакого желания реагировать творчеством на все происходящее в мире нет. Чтобы показать, что есть такая реакция, нужно делать материал очень быстро, а быстро в нашем случае не значит качественно.