Поскольку один день предварительного заключения в СИЗО приравнивается к двум дням лишения свободы, задержанные попросту начнут давать взятки за затягивание процесса. Как известно, по «закону Савченко» на свободу уже вышел осужденный за взяточничество экс-председатель Львовского апелляционного административного суда Игорь Зварыч и сепаратистка из Харькова. Авторы законопроекта руководствовались идеей гуманизации законодательства, однако адвокат уверен: для нашего государства такая гуманизация преждевременна.
К чему «закон Савченко» может привести на практике?
Давайте вернемся к тому, что он предусматривает. «Закон Савченко» предусматривает для тех, кто был осужден к лишению свободы в пределах одного уголовного производства, применение коэффициента: один день предварительного заключения приравнивается к двум дням лишения свободы. Это значит, что в тех уголовных производствах или уголовных делах, в которых были очень долгие сроки предварительного заключения, эти сроки умножаются на два. Те заключенные, которые уже были осуждены и отбывали наказание в виде лишения свободы, в связи с принятием этого закона сегодня могут выйти на свободу.
Почему так? Потому что в соответствии с Уголовным кодексом Украины, если в уголовное законодательство вносятся изменения, которые улучшают состояние гражданина, они применяются со дня их официального опубликования. То есть со дня приобретения законной силы. Если же применяются более жесткие меры, то они не могут быть использованы по отношению к правоотношениям, возникшим до их применения. Это значит, что всех тех, кому по такому перерасчету может быть засчитан срок лишения свободы, будут обязаны выпустить на свободу. В любом случае по отношению к некоторым правонарушениям, я думаю, это не является адекватной реакций государства.
К примеру, если были три инстанции, а в уголовной практике такое очень часто – первая инстанция, апелляция, и вроде как приговор должен вступить в силу, но адвокат просит остановить выполнение приговора до решения судебной инстанции Высшего специализированного суда. И выходит, что все это время считается как предварительное заключение. То есть у обвиняемого может быть два года предварительного заключения, потом приговор – четыре года, умножили на два – и человек спустя два года на свободе.
Выходит, что так могут на свободу выйти и обвиненные в тяжких и особо тяжких преступлениях? Благодаря «закону Савченко» на свободу уже вышел осужденный за взяточничество экс-председатель Львовского апелляционного административного суда Игорь Зварыч, сепаратистка из Харькова.
Безусловно.
То есть теперь так называемым «постояльцам» СИЗО выгодно затягивание уголовного процесса. Может ли расцвести коррупция в СИЗО?
Я думаю, что в самом СИЗО это весьма маловероятно. Скорее, коррупция будет возникать в процессе уголовного производства. В том числе будут договоренности как со следствием, так и со следственным судьей насчет того, чтобы слушание дела переносилось на какие-то сроки. К примеру, возьмем самую «популярную» на сегодняшний день статью № 307 «Изготовление, хранение и сбыт наркотических веществ». Очень часто ловят людей, особенно молодежь, на таких вопросах. И за совершение такого преступления предусмотрено наказание в виде лишения свободы от трех лет и выше.
Теперь люди могут специально заплатить взятку – дело, к примеру, будет затянуто на полтора года. Потом суд назначает наименьшую меру пресечения, и человек, фактически, остается на свободе через полтора года. Вот такое может быть.
Депутаты, авторы законопроекта, подчеркивали, что закон направлен на гуманизацию законодательства. Насколько оправданы такие льготы для людей, в отношении которых применялось содержание под стражей? Ведь следует учитывать, что такая мера пресечения применяется к лицам, которые подозреваются в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления.
Определенная логика есть. Но давайте будем честными, Надежда Савченко сейчас находится не в той ситуации, чтобы писать законопроекты. Это понятно. Кожемякин профессиональный, неплохой политик, но я, честно говоря, не слышал, как он высказывал свою позицию по этому поводу. Крулько, Паламарчук, Емец – пока не могу для себя понять, какая политическая составляющая этого закона будет им на пользу.
Есть практика европейского права. Она говорит о том, что есть установленные законодательством сроки расследования уголовного дела. То есть сроки досудебного расследования. Именно нарушение этих сроков является основанием для того, чтобы, к примеру, Европейский суд по правам человека принимал решение не в пользу государства, а в пользу человека. В пределах такого подхода мы понимаем – нарушение сроков, затягивание этих сроков приведет к уменьшению срока нахождения в учреждениях исполнения наказания.
Вопрос в другом: этот шаг должен учитываться с момента принятия решения о применении меры пресечения в виде содержания под стражей или нет? Это главный вопрос. По моему мнению, исходя из практики Европейского суда по правам человека, должны быть четкие сроки уголовного производства. С момента нарушения этого срока, со следующего дня, уже должен считаться день за два, то есть тогда, когда права человека, которого держат под стражей, уже начали нарушаться.
Но тот срок, который установлен для проведения досудебного расследования, должен засчитываться день за день – это правильно. Но не день за два, потому что это основание для того, чтобы подозреваемый, обвиняемый, начал считать, что он может предотвратить наказание за совершенное преступление.
Опять-таки, что такое гуманизация? Можно так гуманизировать, что вообще отменить наказание за некоторые преступления. Или, к примеру, сделать особо тяжкие – тяжкими, тяжкие – средней тяжести и так далее. То есть гуманизация – это очень относительный вопрос. Она должна быть адекватной по отношению к событиям, которые есть в уголовном мире государства. К сожалению, на сегодняшнем этапе развития нашего государства такая гуманизация преждевременная – это полная дегуманизация.
За закон просто мега оперативно проголосовали. Как думаете, возможно, депутаты просто хотели пропиариться на имени Савченко?
Вопрос даже не юридического характера. Здесь 50 на 50. Возможно они думали, что закон кого-то пропиарит, но наше украинское общество не воспримет так этот шаг. Скорее, даже наоборот. Много людей пострадали от совершенных преступлений, поэтому не думаю, что кто-то, у кого горе в семье, будет радоваться принятию такого закона.
А как насчет быстрого принятия закона как попытки скрыть его негативные последствия?
Возможно. Скорее всего, даже из тех, кто голосовал, не каждый для себя осознавал, что за собой повлечет принятие такого закона.
Есть ли какие-то инструменты для судей, прокуроров, чтобы не давать преступникам возможности выйти на свободу раньше срока?
Да, есть. Самый главный инструмент – это своевременное, быстрое выполнение следственных действий и передача дела для рассмотрения в суд для принятия соответствующего решения. То есть нужно не затягивать досудебное расследование, осуществлять качественные следственные действия. Тяжким и особо тяжким преступлениям уделять особое внимание.
Занимаясь качественными расследованиями, они не будут тратить время на коммерческие дела – то есть те, которые специально фабрикуются, чтобы получить какую-то неправомерную выгоду. Если бы все было так в идеале, думаю, было бы немного случаев, когда затягивание следственных действий привело к ощутимому сокращению срока отбывания наказания.
Как думаете, какой процент осужденных наделены правом на освобождение после пересчета их сроков?
Я уже давно не смотрел эту статистику, но думаю, что 50% – это точно.