Тема генерального прокурора Юрия Луценко не сходит с уст политиков, ведь на этой неделе чиновник отчитывался о проделанной за год на посту работе перед парламентом.
Пока одни, в том числе, и президент, хвалили его наработки, отмечая небывалый прогресс в деле об госизмене Януковича, проведенную недавно спецконфискацию и количество переданный в суд дел, другие уверяли, что генпрокурор с обязанностями не справился. В последнем уверен, в частности, народный депутат от «Самопомощи» и глава парламентского Антикоррупционного комитета Егор Соболев.
Более того, политик незадолго до отчета Луценко в Верховной Раде даже начал собирать подписи под документом о выражении недоверия действующему генпрокурору. Однако поддержали его немногим более 40-та нардепов.
В итоге критике Соболев подверг не только работу Луценко за этот год, но и инициативы, озвученные прямо во время отчета. Одна из них – создание специализированной палаты при уже существующем уголовном суде вместо отдельного антикоррупционного суда.
Подробнее Егор Соболев рассказал в эфире телеканала «NewsOne».
Ранее генпрокурор Юрий Луценко говорил, что было подготовлено три представления о снятии неприкосновенности с народных депутатов, однако «до финиша», то есть парламента, дошло только одно – документ, касающийся народного депутата из группы «Возрождение» Геннадия Бобова. Его ГПУ обвиняет в уклонении от уплаты налогов. Более того, генпрокурор заявил, что нардеп согласился заплатить миллион долларов налогов. Как оцениваете эту ситуацию, и что, по Вашему мнению, произошло?
В пятницу генеральный прокурор написал в Facebook, что он вместе с Антикоррупционным бюро и Антикоррупционной прокуратурой подготовил представления на привлечение к уголовной ответственности трех народных депутатов. В действительности он не подписал два их трех документов: один – о незаконном обогащении Евгения Дейдея из «Народного фронта», другой – о незаконном обогащении Андрея Лозового из Радикальной партии.
Потом Юрий Луценко пришел в парламент и сказал, что «Бобов из «Возрождения» точно виновен, я уже подписал представление на снятие с него депутатской неприкосновенности, и этот Бобов согласился доплатить больше миллиона долларов налогов». После этого Бобов это опроверг. Вот и верьте генеральному прокурору.
Как можете прокомментировать то, что Генпрокуратура начала расследование в отношении первого заместителя директора НАБУ Гизо Углавы из-за будто бы сокрытия гражданства Грузии при приеме на работу в Бюро?
Его действительно обвиняют в том, что он нечестно сохранил грузинское гражданство. Это полный абсурд. Достаточно открыть грузинские законы, в которых сказано: если человек получает гражданство другой страны, автоматически теряет гражданство Грузии. Даже если бы Гизо хотел, не мог бы нарушить этот закон.
На самом деле, Гизо очень опытный прокурор, который посадил в Грузии не одного уголовного авторитета и политика-клептократа. Очень хорошо, что он переехал в Украину, в Киев, взял украинское гражданство и сыграл очень большую роль, чтобы молодые мальчики и девочки, пришедшие по конкурсу в Антикоррупционное бюро, стали хорошими детективами.
Я думаю, что это ему месть от людей, которые боятся НАБУ, потому что оно начало ставить их перед законом.
Также Юрий Луценко заявил, что вместо создания отдельного антикоррупционного суда будет быстрее и эффективнее создать специализированную палату уже при существующем уголовном суде. Как относитесь к такой инициативе?
Это снова мошенничество. В чем сейчас заключается проблема с судьями? Они не дают санкции на прослушку, на обыски, не арестовывают коррупционеров. Я уже не говорю о том, что они не вынесли ни одного решения даже в тех делах, которые были расследованы и переданы Антикоррупционным бюро и Антикоррупционной прокуратурой в суд.
То есть нам нужны суды первой инстанции, которые все это начнут делать. И мы предлагаем создать такой суд, назвать его антикоррупционным и дать ему право давать согласие на арест, прослушку, задержание, выемку документов и осуждать всех топ-коррупционеров. Вместо этого генеральный прокурор говорит: «А давайте создадим палату в Верховном суде, назовем ее антикоррупционной. Так проще, не нужно создавать новый суд».
Так на самом деле проще, но Верховный суд не может давать согласия на арест, задержание, не может выносить решения по сути. Он является так называемой кассационной инстанцией, куда жалуются, когда все суды пройдены, и человек все равно недоволен решением. То есть Юрий Луценко предлагает, чтобы у нас была антикоррупционная палата, которая сможет через три года сказать, что «это дело было расследовано плохо, давайте его расследовать заново». Это полная подмена понятий.