Захарченко и Плотницкий появились именно для того, чтобы их российские хозяева могли в любой момент убить их, выслать, посадить и заменить другими мерзавцами. Нужно понимать, что они не являются архитекторами режима, который установлен на оккупированных Россией территориях Донецкой и Луганской областей. Приднестровский «президент» Игорь Смирнов продержался у власти более двух десятилетий прежде всего потому, что он был создателем своего собственного режима, главой Тираспольского горсовета, который расширил свою власть еще на несколько районов Молдовы. А до этого Смирнов был директором одного из самых крупных заводов Тирасполя и в борьбе за должность председателя горсовета обошел тогдашнего первого секретаря местного горкома партии – в 1990 году это многое значило. Именно поэтому вопрос о замене Смирнова Кремлем практически никогда не стоял – и в России решили избавиться от ставшего чересчур строптивым приднестровского предводителя только после того, как ПМР стала зависеть от Москвы на 100 процентов, а в самом регионе естественным образом сложилась своя номенклатура, из которой можно было выбрать преемника.
Захарченко и Плотницкий политикой не занимались вообще. О их существовании жители Донецка и Луганска узнали даже не в первые недели после российского нападения. Вот Пургин – да, занимался политикой на маргинальном уровне донецкого сепаратизма. И где теперь этот Пургин?
Отставка Захарченко и Плотницкого – если она произойдет – может быть очередным раундом аппаратной борьбы в самом Кремле, не более того. Сейчас оба проходимца считаются людьми третьего – Суркова. Если влияние Суркова на Донбасс уменьшится – а оно не может не уменьшаться, так как назначенный Путиным новый российский представитель в контактной группе Борис Грызлов имеет аппаратный вес, не сравнимый с весом конкурента – то тогда может возникнуть идея замены бандитов на кого-то менее кровавого и одиозного, чем Захарченко и Плотницкий. Ну а дальше-то что?
А ничего. Потому что главным смыслом происходящего на Донбассе должна стать ликвидация самих сепаратистских структур – ДНР и ЛНР. Кстати, если кто забыл, в этом состоит смысл Минских соглашений и с этим смыслом согласились и Путин, и Захарченко, и Плотницкий. Поэтому ДНР и ЛНР должны быть демонтированы вместе со своими главами, народными советами, министерствами и прочей ерундой. На нашей карте – и карте соглашений – есть только районы Донецкой и Луганской областей. Часть этих районов никогда не была занята российскими войсками, часть – освобождена, часть – должна быть оставлена оккупантами. В каждом отдельном районе должны быть проведены местные выборы. В каждом отдельном районе должен быть избран свой районный и городской совет. В каждом отдельном районе должен быть свой прокурор и суд. И даже так называемая «народная милиция», которая может формироваться районами самостоятельно – так написано в Минских соглашениях – должна быть у каждого района своя. Без единого командования. И единого центра у этих районов тоже быть не должно – и не может. Их центры – администрации Донецкой и Луганской областей, руководители которых назначаются из Киева. И никаких особых полномочий – судя по тем же Минским соглашениям – у властей этих районов не будет все равно. Или мы всерьез будем считать чем-то особым «трансграничное сотрудничеству в отдельных районах Донецкой и Луганской областей с регионами Российской Федерации» – после того, как Россия практически прекратила всю торговлю с нами? Или «участие органов местного самоуправления в назначении глав органов прокуратуры и судов в отдельных районах Донецкой и Луганской областей»? А может, «право на языковое самоопределение» – так, будто в Краматорске говорят на хинди, а в Донецке – на урду? При этом деньги все эти особые районы все равно будут просить у Киева. У России лишних денег нет.
Поэтому дело не в том, уйдут или останутся Захарченко или Плотницкий. Дело в том, сохранятся ли «ДНР» и «ЛНР».