"Почему украинское государство не делает ничего для освобождения Надежды Савченко? Почему не обменивает? Почему не ведет переговоры? Может быть, боится возвращения отважной летчицы?".
Эти вопросы постоянно возникают в общественном мнении, их тиражируют, на них пиарятся – и тема украинской – именно украинской, а не российской государственной ответственности – постоянно подогревается кремлевской пропагандой и ее украинскими ответвлениями.
Поэтому давайте посмотрим правде в лицо.
Судьба Савченко зависит от одного человека. И этот человек – Владимир Путин. Надежда упряма и готова поломать кремлевский сценарий ценой собственной жизни и здоровья. Но и Путин упрям и собирается придерживаться собственного сценария. Жизнь и здоровье Савченко для него, разумеется – пустой звук. Более того, происходящее вокруг летчицы сейчас полностью соответствует его интересам так как подогревает раздражение украинцев по поводу их собственной власти.
А значит – ослабляет позиции противника.
А значит – в будущем позволит добиться от этого противника политических уступок. Потому что противник, который не поддерживается собственным народом, куда удобнее противника, опирающегося на общественное мнение.
Поэтому Путин будет тянуть историю с Савченко ровно столько, сколько эта история позволяет ослаблять авторитет Украинского государства. Не больше – но и не меньше. Если для этого придется пожертвовать здоровьем Надежды – пожертвует. Если для этого нужно будет пожертвовать ее жизнью – пожертвует. И никакие обращения общественности, никакие заявления западных лидеров, никакие угрозы новыми списками и санкциями на него сейчас не повлияют. Как не повлияют на намерения Путина соображения Путина относительно обмена на Савченко кого-либо из россиян, находящихся в Украине – тех же Ерофеева и Александрова. Потому что Путину совершенно не интересна чья-то жизнь, он руководит страной, живущей совершенно в иной ценностной системе. Мы, между прочим, тоже в этой стране недавно жили и фразу Сталина, отказавшегося менять собственного сына на фельдмаршала Паулюса со словами "я солдат на фельдмаршалов не меняю", считали признаком доблести, а вовсе не дегенеративизма. Так чему же мы удивляемся?
Путин и его пропагандисты опьянены удачной игрой. Им не удалось добиться истерии в украинском обществе, когда был процесс над Сенцовым и Кольченко, когда захватывали крымскотатарских активистов в Крыму, когда арестовывали ни за что ни про что наших соотечественников в России. Оказалось, что именно дело Савченко – тот крючок, на который можно подцепить украинскую рыбину – и тащить, тащить, тащить на сушу, пока она не задохнется от гнева и бессилия. Какой же злодей добровольно отказывается от такой наживки – наживки дестабилизации и разжигания ненависти к власти враждебной страны?
Означает ли это, что действия Савченко не верны?
Нет, не означает. Савченко поступает совершенно осознанно, обращая внимание на российское беззаконие. Она борется за международное внимание к российскому беззаконию и своей судьбе – и выигрывает не только потому, что является депутатом и известным человеком, а еще и потому, что она отчаянна и способна к самопожертвованию. Именно поэтому она способна выстоять в одиночку против всей российской государственной машины.
Нет, неверны не действия Савченко. Неверна истеричная реакция на эти действия и попытки целого ряда людей заработать себе сомнительный капитал на происходящем. Именно эта реакция и именно эти попытки и помогают Путину. Именно они – а вовсе не действия Савченко - в конечном счете, превращают саму Надежду из героини, способной бороться с авторитарной системой в заложницу путинских планов дестабилизации Украины, а процесс над ней – в инструмент этой дестабилизации.
Надежде Савченко не нужны наши истерики. Ей нужно государство, способное в тяжелые моменты к консолидации и самоуважению.
Настоящее государство.