Три мотивации :
- поддержка/не поддержка граждан (то есть, рейтинги);
- позиция международного сообщества, опасающегося политического кризиса, деструктивного сценария, под которым понимаются в том числе досрочные парламентские выборы уже сейчас;
- самоопределение партий по досрочным парламентским выборам – являются базовыми в принятии тех или иных решений политическими партиями.
Это означает, что на каком-то этапе планы и действия у разных субъектов с разными мотивациями могут совпадать (скажем, в вопросе отставки правительства), но уже на следующем шаге – расходиться. Отсюда – затянутость и растянутость переформатирования парламентско-правительственной властной конфигурации.
Итак, БПП и НФ не хотят досрочных парламентских выборов. Но БПП прекрасно осознает, чем может закончиться ситуация, когда правительство возглавляет премьер с низким рейтингом доверия граждан, и который не имеет поддержки в Верховной Раде, а главное - нет никаких предпосылок считать, что что-то измениться. Но позиция международного сообщества, для которого досрочные выборы – это худший сценарий, не позволяет занять БПП более решительную позицию по отставке Кабмина (это и стало главной причиной того, почему не вся фракция проголосовала за отставку).
НФ считает несправедливой постановку вопроса о необходимости смены Кабмина Яценюка. В том смысле, что НФ и его лидер пожертвовали своими рейтингами – такой вопрос, как, скажем, повышение тарифов на ЖКХ, не мог не закончиться обвалом рейтинга для любого политика/политической силы. Другое дело, что НФ никак не может понять, что, будучи наименее подготовленной партией (из всех парламентских) к будущим парламентских выборам и, соответственно, по идее, больше всех незаинтересованной в их досрочности, только ускоряют перспективу выборов (причем, на старых условиях), настаивая на статус-кво. Коалиция не будет создана, а четыре фракции, которые наотрез не готовы работать с действующим правительством, только усилят свою критику, и в случае досрочных выборов НФ может, как и на местных выборах, опять их пропустить (а выпадение из общеукраинской кампании – это уже показатель).
Радикальная партия не хочет выборов, побывав и в коалиции, и в оппозиции, и, в общем, в вопросе переформатирования коалиции/правительства имеет сегодня в определенном смысле «золотую акцию», чем и пользуется.
Оппозиционный блок и «Батькивщина» работают на досрочные выборы. Но в вопросе отставки Кабмина Оппоблок не голосовал, и здесь могла сработать параллельная мотивация, тактический союз с определенными целями. Но в целом, Оппозиционный блок давно был ориентирован на досрочные выборы, отсюда – старая замусоленная повестка дня 2014 года, когда представителей партии зачастую ставят перед вопросом «Россия – агрессор или нет?», а они, естественно, дают завуалированный ответ. По большему счету, у нас нет позиции оппозиции, но есть спекуляция на электоральных штампах части Востока.
«Батькивщина» заняла технологически понятную тактику – чем меньше рейтинг власти и сложнее социально-экономическое положение, тем выше градус оппозиционности. Вначале представители партии критиковали только премьера, теперь уже - и президента. В этом смысле «Батькивщина» повторяет стандартную ошибку своего лидера в разные периоды – фальстарт.
Ну и, наконец, «Самопомич», как фракция с наименее понятной позицией в вопросе парламентско-правительственного кризиса. Понятно, что предложение возглавить правительство, сделанное Андрею Садовому, - это не столько про премьерство, сколько про коалицию. Прежде всего по причине самого лидера партии, который, судя по всему, хочет остаться в зоне политических «возможностей» на будущих президентских выборах. Неучастие/минимальное участие в исполнительной власти – это та позиция, которую партия заняла с самого начала прихода во власть после выборов 2014 года. С целью максимального пребывания в нише перспективы и возможностей.
А для этого необходимо не выходить за пределы «неопределенности», когда можно только наделять, домысливать и предполагать, а какой была бы «Самопомич» в случае получения большего объема власти, тем самым, избегая негативных ассоциаций с теми или иными решениями. И, в общем, такой подход вполне политически логичен.
Позиция же по коалиции – несколько алогична.
Во-первых, «Самопомич» мотивировала свой выход из коалиции несогласием работать с действующим правительством.
Во-вторых, уже на следующем шаге «Самопомич» озвучила ряд условий/требований, не относящихся к Кабмину (новый закон о выборах, новый генпрокурор на основании конкурса и т.д.), которые никто не мешал нарабатывать и в старой коалиции.
Ну, и, в-третьих, партия, в итоге, заявила, что не намерена входить в любую коалицию, независимо от того, кто будет премьером. Хотя именно в коалиции и можно нарабатывать эти решения (тот же закон о выборах).
Такой сознательный уход от любой определенности говорит о стремлении снять с себя любую ответственность, но при этом выглядеть в глазах либерально ориентированной части общества, ожидающей реформ, а также международного сообщества, конструктивной и ответственной политической силой, не разделяющей деструктивные сценарии, но де-факто так или иначе ускоряя их. То есть казаться, а не быть.