Все стороны согласились, что альтернативы Минским соглашениям нет. Вопрос в том, что под ними понимать. Вице-президент США Джон Керри дал ясно понять, что ключевая позиция Запада и, в первую очередь, Соединенных Штатов состоит в том, что Украина должна получить суверенитет над своими южными границами.
Поскольку ранее несколько раз было сказано, что Крым является территорией суверенной Украины, а он, как известно, находится на юге, то совершенно понятно, что в рамках Минских соглашений Запад также видит возвращение Крыма Украине. В России это воспринимается совершенно противоположным образом: нам дают понять, что Запад якобы готов уступить полуостров России и вся загвоздка состоит в Донбассе.
Это не так. В противном случае Керри высказался бы о восточных границах Украины. Он достаточно грамотный человек, чтобы понимать, где у Украины юг, а где – восток. Но российская пропагандистская система, тем временем, охотно подменяет юг на восток, и дает понять россиянам, что речь идет только о Донбассе.
Россия считает, что Украина должна внести поправки в Конституцию и провести выборы в Донбассе. Запад и Украина, тем временем, считают, что это параллельные процессы и выборы должны проводиться по украинскому законодательству. Соответственно, для проведения избирательного процесса ей необходим контроль над границей. Таким образом, принципиального понимания нет: Москва понимает Минские соглашения так, а Киев и Вашингтон – эдак.
Кроме того, Запад дал понять, что частью минского процесса является и дело Надежды Савченко, ведь в договоренностях прописан обмен всех на всех. Савченко является военнопленным, и у Запада есть своя логика, когда он говорит о том, что ее нужно обменять без каких-либо дополнительных условий. Путин, со своей стороны, высказался по этому вопросу достаточно обтекаемо: выразил готовность вернуться к обсуждению, однако не обозначил конкретной даты.
А время пройдет быстро. Для Путина Савченко – это горячая картошка за шиворотом. История раскручивалась с совершенно противоположными намерениями: сломать ее во время допросов, напугать и получить какие-то показания о зверствах украинских «фашистов», раскрутив таким образом пропагандистскую историю. Тем не менее, благодаря личным качествам Савченко и активной вовлеченности Запада и Украины в это дело результат получился совершенно противоположный. Савченко стала символом борьбы Украины за суверенитет и реальным политическим фактором, который очень мешает России. Она попала под увеличительное стекло СМИ, приобрела символический образ. Поэтому после объявления голодовки информационное и прочее давление на Россию будет только усиливаться.
Вместо того, чтобы получить пропагандистские плюсы, путинская Россия получила сплошные минусы. Думаю, те, кто затеял историю с Савченко, сейчас не вызывают у Путина большой симпатии, ведь ему приходится ее расхлебывать. И он будет ее расхлебывать.
Даже во времена Советского Союза, в гораздо более близких к Холодной войне условиях, экономическое и дипломатическое давление приводило к тому, что советские власти выпускали диссидентов. Они слишком сильно зависели от Запада в экономическом плане. Выпустят и сейчас. Вопрос только в том, что Путину нужно сохранить победное выражение лица.
В интересах Путина немного потянуть ситуацию, чтобы в российских СМИ тема Савченко чуть-чуть подстыла, а потом ее незаметно выпустить. Если же незаметно выпустить не получится, то нужно хотя бы представить некую комбинацию, дескать, Россия за это что-то получила. Думаю, Запад на это пойдет.
Таким образом, ухудшение акций внешней политики России имеет долгосрочную природу, но на этой долгосрочной ниспадающей кривой возможны небольшие коррекционные отскоки вверх. Сейчас мы переживаем фазу некой позитивной коррекции. В российских медиа это будет представляться как большая удача. Тем не менее, в сухом остатке получается, что с Минском продолжается некий «тяни-толкай». Вообще, Минск не может кончиться никогда. Все входит в бесконечный тупик.