Буквально за несколько часов до окончания встречи экспортеров нефти в Дохе наблюдатели утверждали, что участники встречи не смогут встать из-за стола переговоров с пустыми руками: риск разочаровать рынок и обвалить котировки после подъема последних недель очень высок. Считалось, что судьба нефтяных цен будет зависеть от содержания договоренности – расплывчатого или конкретного, жесткого, с цифрами и сроками.
Но участники встречи в столице Катара сделали именно то, чего от них не ожидали – встали из-за стола с пустыми руками. Без каких-либо договоренностей вообще. Для того, чтобы оставить хоть какую-то надежду, было сказано, что вначале – в июне – к договоренностям должны будут придти страны – члены ОПЕК, а уж потом картель обсудит возможную заморозку добычи нефти со странами, которые не являются участниками организации.
Но это – хорошая мина при плохой игре. Потому что главная проблема, которая не позволила экспортерам достичь хоть какого-то согласия – как раз позиция стран, которые входят в ОПЕК и не согласились с остальными – Ирана и Ливии. Нет никаких признаков того, что к лету ситуация изменится. Более того, нынешняя встреча с политической точки зрения была важным событием для рынка именно потому, что членам ОПЕК и странам, которые не входят в картель – России и Казахстану, удалось собраться для совместных консультаций. И что же – эти консультации окончились пшиком, все вновь вернулось на уровень ОПЕК. Больше никаких надежд на такие встречи возлагать не будут. И России больше не удастся никого провести вокруг пальца.
А то, что это был очередной блеф, затеянный Владимиром Путиным и его приближенными, стало ясно уже во время самой встречи. России, настаивавшей на проведении консультаций с членами ОПЕК, удалось добиться новых ожиданий на рынке – а значит, и новых цен, которые пойдут в российский бюджет и карманы руководителей коррумпированной страны. Но когда начались переговоры, оказалось, что представителей Ирана на них не будет вообще, а российские представители поддерживают…иранскую позицию, которая состоит в возможности заморозки после выхода на досанкционный уровень добычи нефти.
Саудиты поняли, что их обманули.
С этого момента встреча в Дохе была обречена. Но на месте Путина я бы не радовался. Потому что теперь участникам рынка станет окончательно ясно, что никакого соглашения о заморозке не будет, что нефти станут добывать все больше и больше – а значит, она должна стоить все дешевле и дешевле.
Для российской экономики и политического режима это звучит, как приговор. Но – запрограммированный. Когда начался процесс переговоров по ядерной программе Ирана, в Москве еще могли думать, что доходов от нефти хватит всем. Но когда переговоры завершались, уже было ясно, что выброс иранской нефти на рынок приведет к значительному снижению цен, и без того обвалившихся. Но Россия уже не могла ни отказаться от поддержки Ирана на переговорах, ни перестать учитывать его позицию на нефтяном рынке. Сложилась действительно парадоксальная для Кремля ситуация: экономически интересы России также далеки от интересов Ирана, как и у Саудовской Аравии. Но в Москве предпочитают политическую логику.
Впрочем, даже если бы в России вдруг решили бы не поддерживать Иран, это немногое бы изменило. В Тегеране слишком долго ожидали возможности вернуться на нефтяной рынок, чтобы сейчас отказаться от продажи нефти в объемах, необходимых для того, чтобы вывести экономику Исламской Республики из маргинального состояния. Поэтому Иран все равно будет продавать нефть. Много нефти.
На встречу в Дохе помимо иранцев не приехали и американцы. А ведь США сейчас ведущая нефтедобывающая держава. Более того, многие скважины в США заморожены именно из-за дешевизны сырья – но если цены поднимутся, понадобится всего несколько недель для начала их работы. Поэтому до каких-то серьезных значений цены все равно не поднять. И удержать на нынешнем уровне тоже не так уж просто. Тут никакой блеф не поможет.