Анонсированный весной прошлого года проект деолигархизация потерпел фиаско. Теперь Петр Порошенко ведет себя, как типичный украинский президент,— строит клан, призванный стать финансовой базой при политической надстройке, гарантирующей длительное пребывание у власти, а затем — мирный отход с должности.
В основе клана находятся несколько ближайших соратников президента, обеспечивающих непрерывный поток средств. В первую очередь это Игорь Кононенко, который раздает направления для обогащения с последующим получением комиссии.
Речь идет, например, о компании Центрэнерго, где за схемы поставки угля отвечает близкий к верхушке БПП депутат Сергей Трегубенко. Приватизацию компании срывают второй год подряд вопреки тому, что интерес к ней проявляла крупнейшая французская корпорация Gaz de France. Заблокировали даже прозрачный конкурс по назначению главы Центрэнерго — претендентам лично звонил Кононенко с просьбой не выступать с публичными протестами.
Еще одна масштабная схема Кононенко включает вывод денег из государственных облэнерго, где под его зонтиком работала компания Энергомережа братьев Крючковых. Один из них недавно был объявлен в розыск, а накануне на новом Rolls-Royce приезжал в Фонд госимущества обсуждать условия приватизации облэнерго. В своем интервью глава регулятора Дмитрий Вовк прямо сказал, что Кононенко пытался командовать его органом и защищать Крючковых, называя их “неплохими парнями”.
Подмастерьем у Кононенко в сооружении клановой семьи трудится депутат Александр Грановский, отвечающий за прохождение правильных решений в судах и гарантирующий принятие решений по прокурорской цепочке. На уровне СБУ вертикаль Кононенко—Грановского обеспечивает заместитель главы спецслужбы Павел Демчина, которого недавно назначили первым замглавы СБУ, руководителем антикоррупционного управления.
Второй опорой клана является главный куратор оборонных заказов страны Олег Гладковский. Владелец Кременчугского автозавода Константин Жеваго негодует — его техника продается в более 80 странах мира, но не подходит для родной страны, а заказы забирает черкасский завод Богдан, производящий примитивную отверточную сборку белорусских МАЗов.
Третий столп президентской Семьи — глава Государственной фискальной службы Роман Насиров, имя которого стало символом сохранения старых схем на таможне и непрозрачной работы налоговиков.
После ослабления позиций Бориса Ложкина роль контактера с олигархами взял на себя Юрий Луценко, проведший переговоры с Игорем Коломойским во время недавнего визита в Ивано-Франковскую область. На сегодняшний день Коломойского пытаются запугивать сценарием национализации ПриватБанка якобы по требованию американцев, взамен предлагая договориться. В свою очередь Коломойский, понимая, что его раскуркуливание может стать новым “национальным проектом”, выстраивает оборону. Его главная опора — не столько группа Відродження, спасающая коалицию голосами, сколько Народный фронт и министр Арсен Аваков, посылающий сигналы о возможном протесте вооруженных батальонов против власти Порошенко.
Но даже политические конкуренты способны договариваться, когда речь заходит о контроле над главными дойными коровами страны. Так, Кононенко и Аваков являются кураторами Министерства инфраструктуры, где коррупция, кажется, неистребима. Одна из историй показательна: когда руководителя Дунайского пароходства вызвали в министерство и попытались уволить, тот попросился в туалет, откуда совершил звонок министру внутренних дел. После чего министра инфраструктуры вызвали на ковер в МВД. Или другой случай — когда руководитель Полтавского автодора при собеседовании на вышестоящую должность даже в присутствии телекамер общественных наблюдателей доказывал свою незаменимость словами: “Я от Кононенко”.
Поскольку экономический прорыв до следующих выборов президента сомнителен, а партийная касса трещит от теневых доходов, все вероятнее становится проверенный Леонидом Кучмой способ сохранения власти. В его основе — моделирование второго тура выборов, когда против действующего президента будут выводить наиболее одиозного и наименее проходного кандидата.
А пока вместо борьбы с олигархами создаются условия, в которых их принуждают идти на уступки и делиться. В итоге система не очищается, а лишь перераспределяются потоки и активы в интересах президентского клана. Единственный способ остановить эту волну — вынуждать власть к очищению через объединение новых политиков и пропаганду нетерпимости к коррупции. А введение международных санкций против коррупционеров из новой власти должно стать весомым аргументом в этой борьбе.