Арест украинского журналиста Романа Сущенко в России, разумеется, это попытка показать, что напряженность сохраняется, что расслабляться нельзя, но в еще большей степени это то же самое, что и ситуация с Надеждой Савченко – попытка взять заложника, чтобы впоследствии вести торг.
История с Савченко, видимо, ничему не научила. Ведь что Россия получила благодаря этой ситуации? Ничего, кроме репутационных потерь. Ничего другого в глазах международного потребителя информации она не приобрела. В глазах российского обывателя тема Савченко тоже всплывает далеко не в победной риторике.
Тем не менее, по-видимому, таким образом спецслужбы показывают свое рвение и поддерживают паранойю среди высшего руководства: "кругом враги, шпионы, поймали очередного". Это тоже вполне обычная вещь: показать себя умудренными и заодно запугать начальника, чтобы он понимал, что без этих спецслужб ему не жить.
Проблема в том, что сейчас произошло качественное изменение в общественных настроениях. Крым перестал радовать, мем "че там у хохлов?" изжил себя. Украинцы живут сами по себе. Да, по мнению россиян, они плохие, жидобандеровцы и прочее, но они сами по себе. На первый план начинают выходить собственные, внутрироссийские проблемы. Да, поймали какого-то Савченко или Сущенко – никто даже фамилию не помнит. Для широких народных масс это не значит ничего. Ни консолидации, ни взрыва патриотической риторики не будет.
На самом деле, российское общественное мнение переживает сейчас депрессию, что тщательно скрывается пропагандистами. Об этом, кстати, говорят и выборы. Путин утверждает, что их результат, а именно, рост поддержки Единой России свидетельствует о том, что РФ стойко реагирует на давление извне. В лучшем случае это невежество и глупость, а в худшем – осознанное вранье. В тех регионах страны, где выборы более-менее свободные, где есть конкуренция, поддержка Единой России снизилась. А выросла она в процентном отношении только в той части, где результаты рисуются и вообще ничего не отображают – например, в Чечне, где 91% от списочного состава избирателей поддержали Единую Россию, а на выборы якобы пришли 96%. Это фальсификация. Все знают, что на деле явка в Чечне была около 30%, а уж сколько от этих 30% голосовали за Единую Россию – бог знает.
Но когда Путин говорит, что выборы означают рост поддержки партии власти, это показывает, что он не ориентируется в ситуации: в 2011 году за Единую Россию голосовали 32,4 млн человек (оставляя в стороне издержки подсчетов, чуровские фальсификации и так далее), а в этом году – 28,4 млн человек. При этом как на прошлых выборах, так и на нынешних примерно 12 млн было обеспечено за счет мертвых душ из подобных Чечне республик, зон особого электорального режима. 12 млн – это приписное войско, которое в любую погоду проголосует за кого велено Кадыровым или другими республиканскими вождями. На основной территории страны явка и поддержка Единой России упала, а значит, увеличилась доля и значение приписного электората.
Так что физическое число голосовавших за Единую Россию уменьшилось на 4 млн, а процентное соотношение выросло на 4%.
Сейчас население вовсе не консолидируется вокруг Путина. Вокруг него консолидируются так называемые "мертвые души" из Чечни, Тувы и прочих республик. То есть на самом деле выборы показали, что люди скорее разочарованы, чем восторженны. Поддержка нарисована, а на самом деле люди пребывают в состоянии когнитивного диссонанса.
Это советская модель, когда власть отдельно, а люди – отдельно. На словах они говорят, что поддерживают курс партии, дают отпор врагам (все эти формулы они знают), но потом приходят домой и на кухне обсуждают, почему цены растут.
На этом фоне патриотические прыжки выдохлись, просто со стороны это еще не очевидно. Поэтому так и стараются замазать реальную ситуацию. Так что на этом фоне то, что поймали какого-то журналиста и что он там "разведывал", россиянам не так уж интересно. Тем, кто сохраняет ясную голову, понятно, что это бред сивой кобылы. А остальные просто больше заинтересованы собственными проблемами.