В Сенате США голосование по кандидатуре Тиллерсона было достаточно острым. Он смог получить голоса 56 сенаторов, а 43 остались в статусе его противников.
Главной темой во время сенатских слушателей ожидаемо стали отношения Тиллерсона с Путиным в контексте сотрудничества ExxonMobil с российскими нефтяными и газовыми гигантами. Которые по определению контролируются верхушкой Кремля. Плюс, полученный в свое время орден от Путина. И уже 2 февраля Минфин США смягчил санкции в отношении ФСБ, которые вводил еще Обама. Безусловно, для тревоги есть все основания. И нельзя исключать, что в ближайшей перспективе именно в нефтегазовой сфере между США и Россией можно ожидать определенного потепления и ситуативных совместных операций. Тогда Украину ждут определенные сложности. К счастью, за прошедшие полтора года мы принципиально изменили стратегическую картину в нашей энергетике и оказались готовы к новым рискованным вызовам.
Проблема Украины заключалась в тотальной зависимости от отношений с Кремлем. От импорта энергоресурсов из России и их цены. Вместо того чтобы развивать собственную добычу газа, нефти и угля, власти предпочитали экономить на финансировании отрасли, получая дивиденды от импорта. В результате наша страна прочно сидела на газовой игле. Если говорить точнее – на нас набросили энергетическую удавку. Но в январе 2016 года эта бесконечная история нездоровых отношений была закончена.
Причин, побудивших правительство Арсения Яценюка принять жесткое политическое решение вообще отказаться от закупок российского газа, было несколько. Первая – этот поводок следовало когда-нибудь разорвать. Тем паче, что на европейском спотовом рынке газ был дешевле, чем в предлагаемом Газпромом контракте. Кремль, уверенный в своей возможности в любой момент потянуть Киев за газовый поводок, оказался в глупой ситуации и без привычных рычагов. Это была реальная победа. Российская компания некоторое время пребывала в состоянии шока, а потом предложила скидку. И повторила предложение через полгода. Оба раза получила категорический отказ. Потому что существовала и вторая, финансовая причина.
Российский газ в приличных объемах продолжает поступать на оккупированные территории Донбасса. Напрямую из РФ. И в Газпроме уверены, что именно Киев должен заплатить за этот праздник щедрости. Если Донбасс это Украина, то пусть Украина и платит. И в суде эта точка зрения имеет все шансы на признание. Если бы не эта своевременная рокировка Кабмина Яценюка и Нафтогаза. Поскольку контракта у Украины и Газпрома нет, ни о каких законных поставках речи быть не может. А если кто-то из РФ без контракта качает куда-то газ, то это его личное горе и странный выбор. Игра окончена, все свободны. Не исключено, что именно эту ситуацию Кремль захочет поменять с помощью старого партнера, возглавившего Госдеп.
Впрочем, однозначно записывать нового главу Госдепа в «друзья Москвы» явно не стоит. Возглавляя ExxonMobil, он исходил из интересов компании, теперь будет исходить из интересов США и американских корпораций. Безусловно, Кремлю есть что предложить, но и Украина тут совсем не в роли бедного родственника. Напомню, полтора года назад несколько решений украинского правительства принципиально поменяли ситуацию в нашу пользу. В январе 2016 года мы отказались не только от российского газа, но и покончили с монополией РФ на украинском рынке топлива для АЭС. В этой отрасли решение было не менее революционным и болезненным для Москвы, чем газовое.
Теперь кроме российского ТВЭЛ у нас активно работает американская Westinghouse. Учитывая огромные запасы урановой руды в украинских Желтых Водах и возможность строительства у нас завода американской корпорации, плюс приличная емкость рынка в Украине и Европе, тут есть о чем разговаривать. Да, ситуация для нас складывается не самым оптимальным образом. Но мы оказались готовы к этим рискам.